Стрелы в полёте
Шрифт:
– Да зачем в «скорую»? Я сам на машине. Буду в травмопункте раньше любой «скорой». Мне бы его побыстрее до машины довести. Она там, за сквером.
– Мальчики, давайте, – распорядилась рыжеволосая. – Оставляйте торбы, мы вас здесь подождем.
Ребята безропотно подчинились, подхватили Четвертого с двух сторон, отстранив Сергея, продолжавшего держать «дипломат».
– Ой, это же, кажется, с истфака, – сказала вторая девушка, вглядываясь в перепачканное лицо Четвертого. – Препод с истфака, да?
– повернулась она к Сергею.
–
– Мы ж не дятлы, не стучим, – обиженно сказал один из парней. – Ну, вперед, помчались. Может, у него череп треснул.
Они довольно быстро повели пошатывающегося Четвертого в сторону скверика, и Сергей последовал за ними.
Всю стометровку до автомобиля он оглядывался, но их никто не преследовал. Только девушки, поставив пакеты на снег, стояли у крыльца, и рыжеволосая казалась издалека этаким горящим факелом, символическим факелом знаний, средоточие которых являл университет. Здоровяку, судя по всему, досталось основательно.
«Ничего, тебе, гаду, за риск деньги платят, – со злостью подумал Сергей. – Работа у тебя такая…»
Лондар явно был не из бедных. Или же… – Сергей даже замедлил шаг, – или же Гость ошибся, и служителям Тартоса удалось «внедрить» не одного, а двух лондаров. Тот, что отдыхал у бочки – тоже мог быть атлантом. Тем самым, пропавшим, восьмым и последним из переброшенных для проведения Ритуала. И тоже заэкранированным – потому-то его и невозможно было отыскать…
Ребята усадили Четвертого в машину. Сергей бросил «дипломат» на заднее сиденье, протянул им деньги:
– Спасибо, хлопцы, за помощь. Это вам на пиво – с подружками посидеть.
– На пиво так на пиво, – деловито сказал один, принимая деньги. – Хотя мы и за так могли.
– Падайте еще на здоровье, мы дотащим, – с улыбкой добавил другой. – Шутка, конечно.
– Ну, шутки я еще понимаю, – Сергей сел за руль. – Если что, буду искать вас.
– Ага! Двадцать первая группа, экономический.
Бросив последний взгляд на пустынный сквер, Сергей сдал назад – экскаватор уже угомонился, но работяги по-прежнему бродили по-над ямой – и, развернувшись, поехал к ближайшей аптеке. Четвертый сидел тихо, прикрыв глаза, и, казалось, дремал. Буквально через квартал Сергей обнаружил аптечный киоск и, остановив машину, направился за нашатырем.
Засовывая пузырек в карман, он повернулся к своему «жигулю» и увидел, что передняя дверца приоткрыта, а Четвертый довольно быстро удаляется по тротуару, вновь держа в руке «дипломат». Сергей немедленно устремился за ним, по пути захлопнув дверцу автомобиля. Он понимал, что хватать Четвертого за руку нельзя – тот явно начнет шуметь, привлекая внимание прохожих, потому что, несомненно, считает, что именно он, Сергей, жахнул его по затылку и теперь куда-то увозит. Действовать нужно было с толком, учитывая психологическое состояние потерпевшего.
– Послушайте, – негромко сказал Сергей, догнав Четвертого, –
Четвертый вздрогнул и, не оборачиваясь, устремился к гастроному, где было довольно людно.
– Во-вторых, – торопливо продолжал Сергей, – по башке бил вас не я. Зато я вырубил того, кто вас ударил. Я вас спасал, потому что вы – наш. Мне тоже снились всякие странные сны – словно о другом мире. Знаете, что это за мир? Вы же историк, да? Это затонувшая Атлантида.
Сергей даже не ожидал, что так быстро добьется желаемого результата. Четвертый резко остановился и, близоруко прищурившись, уставился на Сергея.
– Атлантида? – отрывисто переспросил он. – Вы так думаете?
– Я не думаю, я знаю, – твердо ответил Сергей. – Мне сообщили достаточно много сведений.
– Стены Посейдониса… из красного, белого… и черного камня, – пробормотал Четвертый. – Камень они добывали в недрах срединного острова, и в недрах земляных колец. А стены из меди… из олова… а стену акрополя покрыли орихалком, испускавшим огнистое блистание… Да, да… Ты прав, старик Платон… Как же я… – Он подался к Сергею. – Кто вы? Кто сообщил вам сведения, какие?
– О, это долгий разговор, – с облегчением сказал Сергей. – Знаете, давайте вернемся в машину, и я обрисую вам все в общих чертах. Я, собственно, и остановился-то, чтобы нашатыря для вас купить – в чувство привести, а вы уже и так оклемались.
– Атлантида… – задумчиво протянул Четвертый. – Значит, не только у меня весь этот полубред – у вас тоже?
– И не только у меня, – заверил его Сергей.
– Но зачем же по голове-то бить? Кто это был?
– Давайте поговорим в машине, – вновь предложил Сергей. – Во-первых, здесь нас могут заметить и вновь попытаться дать по голове – и мне, и вам… – Четвертый при этих словах нервно дернулся и начал озираться,
– …а во-вторых, у вас лицо, как у трубочиста, люди оборачиваются. А в машине есть зеркальце.
– Так идемте же, – Четвертый зашагал к машине. – Господи, а я уже к психотерапевту собрался…
– У меня тоже была такая мысль, – сказал Сергей. – Но мы с вами не психи. Мы далеко-о не психи, даже наоборот. Вот, держите очки.
В машине Сергей убедил Четвертого в необходимости понюхать нашатырь – для «просветления мозгов». Потом Четвертый вытер носовым платком лицо, почистил рукавом шапку и приготовился слушать.
– Только сначала давайте сделаем две вещи, – предложил Сергей. – Я научу вас экранироваться и мы отсюда уедем. Покатаемся немного, потом остановимся в каком-нибудь закоулке, и я вам все расскажу.
Четвертый не стал возражать и задавать вопросы. Видимо, удар по голове оказался для него весомым аргументом – он понимал, что дело серьезное.
С экранированием никаких проблем не возникло. Выслушав Сергея, Четвертый, морщась и потирая голову, сказал:
– Ну, это же элементарно, для первоклассников. Я подобные дела уже давненько практикую.