“СТРЕСС МОЖЕТ СДЕЛАТЬ НАС МОЛОЖЕ”

Почему некоторые люди восстанавливаются после испытаний лучше, чем другие? Какова роль воспитания? А физиологии? Отвечает психолог Надежда Владиславова.

Psychologies: Вы работали в горячих точках, и проблемы с устойчивостью вам знакомы. Надежда Владиславова:

Да, я работала в зоне боевых действий в Чечне в организации «Врачи мира». Занималась реабилитацией населения в военный и послевоенный период. И видела, как тяжело приходилось многим, причем не только участникам событий, но и некоторым коллегам: они великолепные специалисты в мирной жизни, но военная ситуация оказывается для них невыносимой. Реагируют по-разному, бывает, отказываются ехать в точку, которую считают опасной, плачут, говорят, их жизнь ценнее, чем чья-то еще… Я не думала, что мне еще пригодится военный опыт, но сейчас ситуация напоминает военную. Именно так, не послевоенную, потому что событие еще длится: карантин позади, но «призрак бродит по Европе». От чего зависит наша реакция? Н.В.: Устойчивость к стрессу вырабатывается в детстве, когда складывается наша модель мира. Многое зависит от того, как родители обучают детей переживать стресс. Есть два неправильных варианта поведения. Первый – говорить «у тебя руки не оттуда растут, ты неумеха» или «ты хиленький, не справляешься» и сравнивать: «Вот Костя так, а ты не так». Второй – «не надо, не лезь, мама сама все сделает». И ребенок, взрослея, учится в ситуации стресса впадать в ступор: я ничего не могу, пусть за меня сделает кто-то другой.

А какое поведение родителей поможет? Н.В.: Когда ребенку предстоит что-то сделать, во-первых, задайте ему вопрос: «Ты хочешь сам или мы вместе это попробуем делать?» Во-вторых, если вы ему помогали, даже если вы практически все сами сделали, скажите ему: «Мы хорошо потрудились, ты старался и получилось». Для ребенка завязать впервые шнурки – тоже стресс. Поддержите его в этой ситуации. Кажется, просто! Но не у всех получается. Н.В.: Родительство начинается с роли «кормящей матери», в которой может быть и отец. И родители в этой роли порой застревают и пытаются «кормить», когда уже пора оказывать ребенку эмоциональную поддержку. То есть помогать ему осознавать свои эмоции: «Понимаю, что тебе грустно, ты чувствуешь обиду, я бы тоже на это обиделась». Это крайне полезно для подростков, которым часто стыдно признаться в чувствах, они делают вид, что у них все круто, даже когда это совсем не так. Вторая часть поддержки – не только угадать чувства ребенка, но и обозначить свое пристуствие: «Как я злюсь на эту твою подружку, что она так себя повела!» Это две части эмпатии: «С тобою вот что происходит, а со мною вот что происходит». И тогда человек понимает, что он не один. Получая поддержку от более сильного, он обучается переживать стресс. И следующую стрессовую ситуацию он пройдет по-другому.

Конец ознакомительного фрагмента.