Стриптиз для профессора
Шрифт:
Этой ночью мы остались в доме Царя. Отец Маши попросил меня остаться с ней рядом. В ее комнате.
Все в доме переживали за нее. Кир, Царь и Ворон заходили каждый час и спрашивали все ли с ней в порядке. Марк и Володя уехали, сразу после того, как Нинель отвели в комнату. Они были поражены происходящим.
Я был прав, когда думал, что моя девочка окружена мужским вниманием, только ошибся родом этого внимания. Для них всех она была ранимой, хрупкой малышкой. Они любили ее.
Наконец я понял, что связывают Машу со всеми этими
Моя маленькая бедная девочка так и не рассказала мне всей истории, я и не настаивал, а свернувшись клубочком у меня под боком, долго плакала, а потом уснула, все также прижимаясь ко мне.
Я эгоист, но сейчас я радовался.
Она сказала, что любит меня.
И я верю ей…
Почему то после сегодняшнего я уверен, что Маша всегда честна в своих словах. Сказать «люблю» для нее значит многое, как и для меня.
Сегодня был сумасшедший день. Впервые в жизни мне было больно. Настолько сильно, что это не сравнится даже с болью, которой раньше причиняли словами Маши. И даже с той болью, когда меня бросила Вика. Намного больнее для меня оказалась вид боли в глазах любимой девочки.
Если она когда-нибудь спросит меня совета относительно Нинель, я отвечу, что предательство нельзя простить. Его можно закопать глубоко внутри, но рано или поздно обида всплывет. Обидел раз, обидит и два. На месте Маши я бы не простил женщину, что бросила.
Но надеюсь, она меня не послушает и никогда не спросит.
Меня тоже предали. Бывшая жена, но это несравнимо с предательством матери. Это разные случай, разные последствия и тут возможно прощением.
– Спит? – спросил шепотом Царь и вошел в комнату, прикрыв дверь за собой. В комнате горел ночник, что позволило разглядеть мужчину. Он уже был переодет в домашнее.
– Да. – сказал я и погладил ее по голове.
– А ты чего не ложишься? – спросил он и сел на кровать.
– Боюсь, что она встанет, а я не замечу. – отвечаю, улыбнувшись краем губ.
– Не бойся. – отвечает Царь и гладит Машу по икре – У нее крепкий сон с детства.
Странно сидеть тут и обсуждать Машу с тем, кто спал с моей бывшей женой.
Все-таки жизнь странная штука и неизвестно, что произойдет завтра.
– Знаешь, я часто смотрел на Машу и думал, что ее сложно будет иметь отношения с мужчинами. Ты же понимаешь, что в вашей паре командовать будет она? – спрашивает и тихо смеется.
– Понимаю! – отвечаю я и улыбаюсь. – Но эту проблему я решу. У меня есть некоторые рычаги давления.
Например, я знаю, что она не кричит, когда целует меня.
Не может думать, когда я ее щекочу.
И согласна на все ради огурчиков.
– Ошибаешься! – отвечает Царь – Их нет ни у кого.
– А у её отца?
– Тут сложнее. Маша всю жизнь пытается угодить ему. Показать себя сильной. – он грустно поглядывает на Манюню – Но она никогда не уступит ему. Будет идти до конца.
–
– Нет. Никогда. Чаще всего у них одно мнение на двоих. Сережа доверяет Маше и лишь, поэтому не стал настаивать на разрыве ваших отношении. Но тут еще и твоя жена сыграла нам на руку.
– Вика? – спрашиваю я удивленно.
Вот уж не ожидал?
И что хвалила?
Странно!
Думаю, а меня тут с грязью смешала.
– Да. Я в тот же день выяснил причину ее ссоры с Машей. В итоге ей пришлось поведать мне вашу историю, слегка приукрашенную конечно, но довольно занимательную. Знаешь, почему Маша, выбрала тебя?
– Почему?
– Вы похожи с ее отцом. У вас обоих были отношения со шлюхами и каждый из вас их ненавидит, но любит.
– Я люблю Машу. – перебиваю я.
– Верю. Но я не об этом. Я о том, что любил. – он впивает в меня серьезный взгляд – Ты мог стать хорошим хоккеистом, но из-за шлюхи потерял все. Также и с моим братом. Он мог стать отличным командиром, если бы не его женушка…
– Вика не виновата в том, что я не стал хоккеистом. – почему-то защищаю жену.
– Правда? – усмехается он – Не она ли была за рулем в том день, когда случилась авария? Не из-за нее у тебя проблемы с ногой?
У нас с Викой в тот день была годовщина отношений, и мы пошли в ресторан. Я не пил, потому что с утра у меня была тренировка по хоккею, а так же, потому что был за рулем. Но Вика себе не отказывала. А потом каким-то образом уговорила меня, чтоб она села за руль. До дому мы так и не доехали. Попали в аварию, к счастью, без летального исхода, но на хоккее мне пришлось поставить крест.
Я сам виноват в этом, потому что доверил ей руль. Поэтому вины Вики тут нет.
– Это уже неважно. Я стал тем, кем являюсь.
– Маша любит тебя. Поэтому не подведи ее. Она заслуживает любви, что не смогли ей дать родители. Я пытался, но я ей всего лишь дядя. – печально произносит Царь и потянувшись гладить Машу по голове. Нежно и аккуратно.
– Я позабочусь о ней. – обещаю ему и целую Машу в лоб, отчего она морщится.
Мария
Утром просыпаюсь от стука в дверь. Открываю глаза и оказываюсь нос в нос с Тимусенком.
Может укусить?
Хотя, нет!
Зачем мужика раньше свадьбу пугать?
Печально усмехнувшись, пытаюсь вырваться из его цепких объятий и открыть дверь. Но ничего не выходит.
Накачал тут профессор бицепсы книгами.
Умничка моя!
Я люблю жамкать мышцы!
– Кто там? – произношу я охрипшим голосом, отчего Тим просыпается и непонимающее на меня смотрит.
– Машунь, это папа. – произносят за дверью.
– Открыто! – кричу я, чем еще больше заставляю нахмуриться профессора.
Обожаю, когда он хмурится.
Сразу такой секси!
Как я уже заметила первые пару минут после пробуждения Тимусенок, вообще ничего не понимает. Амнезия временная.