Стриптиз в кино
Шрифт:
Я подскочила к нему. Зачем он пугает бедняжку? Она хотела как лучше, а он…
— Погоди, Нейлор… — сказала я.
— Нет, это ты погоди! Я шутил с ней и обходился достаточно мягко, сама знаешь, но то, что произошло сегодня, переходит все границы. Она представляет общественную опасность, отвлекая полицию от настоящих дел.
— Да послушай меня! Успокойся, Нейлор. Тревога не была ложной. Рейдин никого не обманывала… Ты можешь выслушать? Кто-то оставил эту игрушку на дорожке к моему трейлеру, и, когда Флафи выбежала, эта штука сдетонировала. Или как это говорится?
— Так и говорится, — буркнул он.
— Какое-то чудо,
Нейлор снова взглянул на Рейдин, на сборную солянку из проводов и ошметков у нее в руках и мрачно кивнул. Потом перевел взгляд на своих коллег — они подъехали на двух дежурных машинах со специально обученными собаками — и махнул рукой, чтобы те уезжали. Что они и сделали, не скрывая неодобрения и бормоча ругательства.
Во время вынужденной паузы Нейлор успел избавиться от своего снаряжения и предстал перед нами в более нормальном виде и с менее раздраженным лицом. Я хотела надеяться, что он понял и раз и навсегда зарубил себе на носу: на Рейдин нельзя обижаться, как бессмысленно обижаться на дождь или землетрясение. Просто нужно верить, что именно ты не намокнешь и не провалишься сквозь землю.
Мне казалось, Нейлору уже все должно быть ясно, но он продолжал стоять в палисаднике у Рейдин, о чем-то размышляя. Потом двинулся к порогу, возле которого та стояла, как всегда, заложив руки за спину. Ступал он с превеликой осторожностью, так как был уже наслышан о ее капканах и не хотел угодить в какой-нибудь из них.
— Ничего страшного, — утешила его Рейдин. — Умные и добрые люди в мои ловушки не попадаются.
Однако Нейлор не поверил ей на слово, и был прав, потому что чуть не запутался в рыболовной леске, протянутой от бочки с водой к навесу над лестницей.
Благополучно закончив путь, он молча протянул руку соседке. Та поняла, что следует не пожимать ему ладонь, а положить в нее изуродованную игрушку.
— Осторожней с этим, — предупредила она. — В неумелых руках и тарелка может взорваться.
Джон глубоко вздохнул — это я увидела со спины и осознала, каких усилий ему стоит сдерживаться в такой серьезный момент и не обрушивать на Рейдин всю силу полицейского воздействия.
— Спасибо за предупреждение, — сказал он самым вежливым тоном, на который только был способен. И спросил, немного поколебавшись: — Быть может, вы желаете что-то рассказать мне об этом… м-м… вторжении вражеских сил?
Лицо Рейдин разгладилось. Старушка уже забыла об угрозе упрятать ее в больницу и с готовностью повторила все, что рассказала мне. Но с одним добавлением.
— Я вообще-то не видела того, кто это подбросил, но слышала, как машина подъехала и остановилась между нашими трейлерами. Как раз я вышла свои заграждения проверять… Но об этом я уже говорила… А у него музыка опять играла.
— У кого? — спросил Нейлор.
Рейдин огляделась по сторонам и заговорщицким тоном сообщила:
— Я и позабыла уж эту песенку, не слыхала с тех пор, как сам Дэн Хикс ее наяривал. Мой дорогой покойный муж очень ее любил. А тут два раза кряду и…
— Что два раза, милая? — Я вмешалась, чтобы приостановить не слишком связный рассказ.
— Как что? Да вот эта, которая… как ее? “Как же смогу я скучать по тебе, если ты не уезжаешь? ” — Рейдин оперлась на дверь и мечтательно улыбнулась. — Никогда не принимала эти слова на свой счет. Но мотив что надо. Убойный.
Нейлор повернулся и пошел от дверей Рейдин, держа в руке
— Эти ребята из цветочного магазина, видать, очень любят такую музыку.
— Почему вы так решили, Рейдин? — спросил Нейлор, поворачиваясь к ней.
— А как же, если и в тот раз, и в этот она играла у них в машине? Они и сегодня на ней приехали.
— Откуда вы знаете? Видели?
— Машину — нет, она за углом была. А слышать — слышала. Та же музыка, что и когда цветы привозил… “Как же смогу я скучать по тебе… ” Ужасно любил мой бедный муж эту песню…
Я посмотрела на Нейлора и прочитала в его глазах искреннюю благодарность в адрес моей странноватой соседки. Что меня очень обрадовало.
Глава 13
Нейлор не стал тратить много времени на то, чтобы объяснить мне основы криминалистики и суть лабораторных исследований. Просто поспешил уехать, чтобы поскорее сдать на экспертизу взорвавшуюся игрушечную собаку. Перед этим он коротко сказал мне, что игрушку, как и букет цветов, следует рассматривать в качестве предупреждения. Пока еще полушутливого, если подобные вещи вообще можно назвать шуткой.
— Если бы они хотели, — добавил он, — причинить тебе и твоей собаке более серьезный вред, то начинили бы свою чертову игрушку не таким количеством взрывчатки. Но, как бы то ни было, Кьяра… — его голос звучал непривычно серьезно, — как бы то ни было, они дали тебе понять: не вмешивайся во все эти дела. То же самое, дорогая, пытался сказать тебе и я, только другим способом.
Взгляд, который он бросил на меня при этом, не выражал ни симпатии, ни ласки: типичный взгляд полицейского при исполнении служебных обязанностей. Я для него была сейчас лишь одним из свидетелей преступления, да еще из тех, кого нужно охранять, чтобы не случилось чего-нибудь плохого. Конечно, он хотел бы запереть меня в доме, и чтобы я носа не высовывала на улицу, не говоря уж о клубе. Но ведь там, помимо всего прочего, моя работа — пускай некоторые считают ее не вполне пристойной. (Не знаю, не знаю, по-моему, это куда пристойнее, чем, например, политика, где люди зачастую оголяются гораздо больше, но в отличие от нас не доставляют этим ровно никакого удовольствия никому: ни женщинам, ни мужчинам.) Да, там, в клубе, пока еще была моя работа, которая мне давала и средства, и, если хотите, своего рода удовлетворение: меня многие знали, мной любовались. Разве это не приносит вполне естественного удовлетворения? Даже радости… Ох, далеко не всегда, конечно.
На вечер я оставила Флафи у Рейдин, забросав их пачками со сладостями, которые были утешением для обеих, и собачьй едой. А еще они будут счастливы от общения друг с другом — если, конечно, не умрут раньше времени от переедания. Надеюсь, сегодня больше никто не побеспокоит Рейдин опасными глупостями вроде букетов с угрожающими записками или самовзрывающихся игрушек.
— Иди, иди, Кьяра, — напутствовала меня Рейдин со своего любимого кресла. — У нас с Флафи все будет о’кей. Кроме того, мой Джерри… — она ласково похлопала приклад дробовика, — он всегда со мной и готов отразить любое вражеское нашествие. За нас не беспокойся, дорогая. Мы поиграем с собачкой в настольный хоккей, поедим немножко, посмотрим программу о животных, Флафи вдоволь полает на львов и обезьян…