Стриптиз
Шрифт:
– Есть еще кое-что, о чем вам следует знать, – проговорила Эрин. – Сегодня утром я звонила в офис конгрессмена. Сказала, что я близкий друг Джерри Киллиана.
– Так-так, – протянул Гарсиа. – И, конечно, он не стал разговаривать с вами.
– Само собой.
– Надеюсь, вам не пришло в голову назвать себя?
– Само собой. Хотите, я попробую еще раз?
– Нет. Пожалуйста, не надо. – Гарсиа встал из-за стола и пошел расплатиться по счету.
Эрин подождала его у дверей. Они вышли на улицу. Накрапывал небольшой, совсем летний дождик, и пальмы, выстроившиеся вдоль бульвара, выглядели промокшими и несчастными.
Укрывшись от капель под вывеской ресторана,
– Это мой домашний телефон. Не вздумайте потерять!
Эрин спрятала бумажку в сумочку.
– Ваша жена знает, чем вы занимаетесь?
– Не беспокойтесь. Звоните в любое время. – Он ладонью прикрыл свою драгоценную сигару от дождя и повел Эрин к машине. – Донна поймет. Верьте мне.
– Наверное, в ее жизни тоже был свой Дэррелл Грант? – предположила Эрин.
– И притом мирового класса. Ваш рядом с ним – просто сосунок.
– И что же с ним случилось?
– Сначала я засадил его, а потом женился на его жене, – объяснил Гарсиа.
– Значит, вот какая нынче мода, – усмехнулась Эрин.
– Значит, да. Донна говорит то же самое.
Глава 13
Двадцать пятого сентября, по-осеннему ветреным утром, Джерри Киллиана опустили в могилу на кладбище Декейтур-Мемориал-гарденз, в нескольких милях от Атланты. За похоронами последовала небольшая церемония, на которой присутствовали бывшая жена Киллиана, их дочери и девять его друзей с флоридской телевизионной станции. Всех пришедших проводить его в последний путь незаметно фотографировал человек, затаившийся ярдах в сорока пяти от могилы, среди пушистых молодых сосенок. Он был одет могильщиком, однако на самом деле работал на Малкольма Дж. Молдовски. Снимал он тридцатипятимиллиметровой камерой «лейка» с телескопическим объективом, на всякий случай дублируя каждый снимок несколько раз с различной экспозицией. Во второй половине дня шесть проявленных черно-белых пленок уже лежали на письменном столе Молдовски в Майами. Все до единого лица, оказавшиеся в кадре, были тщательно изучены и идентифицированы, однако не удалось установить, мог ли кто-нибудь из этих людей быть связующим звеном между покойным мистером Киллианом и здравствующим конгрессменом Дэвидом Лейном Дилбеком.
Молдовски был убежден, что женщина, звонившая в офис Дилбека, на похоронах не присутствовала. Кем она была – любовницей? Тайным партнером по шантажу? Найти ее представлялось делом почти нереальным. Работай Киллиан не на телецентре, а в каком угодно другом месте, Молдовски послал бы сообразительного и осторожного частного детектива аккуратно поразведать среди его друзей и коллег. Но в данном случае риск был слишком велик. Люди, имеющие отношение к средствам массовой информации, обычно бывают эксцентричными и подозрительными, и появление среди них сыщика только осложнило бы положение. Самым разумным было вооружиться терпением и подождать: а вдруг эта таинственная женщина объявится снова? Впрочем, она вполне могла и не объявиться.
А пока что Малкольм Дж. Молдовски чувствовал себя как человек, знающий, что в его дом каким-то образом проникла кобра. Где она прячется, где ползает – неизвестно, но рано или поздно все равно наступишь на нее. Единственный вопрос: когда это случится?
Дэррелл Грант грузил в грузовик инвалидные коляски, когда появились Меркин и Пикатта, броуордские детективы, занимавшиеся расследованием краж и грабежей. Ничем не выдавая себя, они вылезли из своей машины без номерных знаков и трижды неторопливо обошли вокруг грузовика. Наконец один из них спросил Дэррелла, чем это, черт возьми,
– Своим делом, – буркнул тот, не отрываясь от своего занятия.
– Товар краденый? – поинтересовался Меркин.
– Конечно, нет, – нервно ответил Дэррелл Грант. На лбу у него выступили крупные капли пота.
– А с чего следует начинать день приличному человеку, а, красавчик? – вступил в разговор Пикатта.
– С кофе «Фолджерс», – ушел от ответа Дэррелл Грант, закатывая в кузов кресло фирмы «Эверест и Дженнингс». – Вы не могли бы отойти и дать мне закончить со всем этим? Пожалуйста! – Он был так вежлив потому, что его сильно беспокоило кое-что из сказанного Эрин. А именно – что может случиться с Анджелой, если он снова попадется.
Пикатта и Меркин обменялись профессионально-понимающими взглядами, отчего Дэррелл Грант занервничал еще больше. Взяв длинную крепкую веревку, он продел ее через колеса кресел и привязал к вбитому в стенку кузова кольцу: закрепленные таким образом, кресла не принимались кататься туда-сюда по всему кузову при каждом повороте.
– А что с твоим фургоном? – полюбопытствовал Пикатта.
– В каком смысле?
– В том, что на кой черт тебе понадобилось нанимать грузовик?
– Фургон слишком маленький, – хмуро объяснил Дэррелл Грант. – По-моему, ежику ясно.
– Да уж яснее некуда, – ухмыльнулся Меркин. – Твой бизнес по краже инвалидных колясок процветает вовсю. Так что, пожалуй, не сегодня – завтра ты создашь целую фирму.
Пикатта расхохотался. Дэррелл Грант запер кузов и присел на бампер.
– Это, конечно, не то, что угонять машины, – продолжал язвить Пикатта. – На машинах-то ведь имеются серийные номера, которые можно проверить.
– Да к тому же они регистрируются, – подхватил его коллега.
– Вот-вот! Плюс к тому – в водительских правах записывается номер машины, – прибавил Пикатта. – В чем состоит особая прелесть инвалидных колясок? В том, что их гораздо труднее разыскать.
Дэррелл Грант достал свой огромный охотничий нож и начал кончиком лезвия чистить под ногтями, вытирая его о джинсы. Самообладание и уверенность Дэррелла произвели впечатление на полицейских.
– Значит, вы думаете, что я украл их? – проговорил он, кивком указывая на кресла. – Или давайте по-другому: вы хотите, чтобы я выложил вам все как на духу? Если бы я и вправду украл их, вы действительно хотели бы это знать?
– Нет, – сказал Меркин. – Пожалуй, что нет.
– А тогда кончайте пудрить мне мозги, договорились?
– Вот потеха! – сказал Пикатта. – А мы как раз собирались попросить о том же самом тебя.
Дэррелл Грант уставился на него снизу вверх с самым невинным видом.
– В этом месяце ты дал нам три следа. – Пикатта сделал паузу. – Три следа – верней некуда. Неплохой счет, а, красавчик?
Дэррелл положил нож на колени.
– Вы же знаете, как это бывает. Кто-то в выигрыше, кто-то в накладе.
– Да ты просто кладезь премудрости, – заметил Меркин.
Детективы напомнили Дэрреллу все три случая и проинформировали о результатах проведенной по ним работы. Первый человек, на кого Грант навел их, отрекомендовав его как торговца кокаином, на самом деле, как оказалось, занимался делом куда более безобидным – таскал из прачечной, где работал, пакетики стирального порошка «Тайд» и продавал их. Другой, якобы крупный специалист по ограблению банков, оказался всего-навсего подростком, ради развлечения ломавшим (но весьма редко грабившим) автоматы по продаже билетов на пригородных станциях железной дороги, а шайка угонщиков автомобилей, специализировавшихся на иномарках, – тройкой обыкновенных мелких воришек.