Шрифт:
Глава 1
Небольшое королевство Харц-Кобург в Центральной Европе Весна, 1880 год
— Разбудите ее!
— Нет! — испуганно возразил королевский казначей. — Сегодня ваша очередь ее будить.
— Вы должны разбудить ее! — настойчиво повторил Монтильон, управляющий делами принцессы. — И сразу после завтрака я поговорю с принцессой о неотложных делах.
Румяное лицо казначея исказилось от страха, и он отчаянно замотал головой.
— Умоляю, Монтильон, не заставляй
— Хватит пререкаться! — вмешался главный распорядитель королевского замка, появившийся из своего кабинета при звуках знакомой перебранки. — Монтильон, либо ты пошлешь казначея, либо будь любезен сам разбудить ее королевское высочество.
— Хорошо, — сердито ответил Монтильон, смирившись с неизбежным.
Он прекрасно знал, почему никто не отваживался будить вспыльчивую принцессу Марлену. Ее боялись все слуги. Принцесса не пощадила даже пожилую кормилицу, запустив в нее мраморной статуэткой.
Бедная женщина отделалась несколькими синяками и царапиной на руке, но тем не менее отправилась прямо в спальню старого короля, показала ему синяки и объявила, что больше никогда не будет будить его избалованную дочь. Король посочувствовал ей и освободил от этой обязанности, пообещав сделать принцессе замечание.
Поднимаясь по лестнице ясным майским утром, Монтильон грустно качал седой головой. Старый король умер. Этот спокойный, терпеливый и добродушный правитель маленького европейского королевства почил полгода назад в возрасте восьмидесяти одного года. Королева, его супруга, умерла десятью годами раньше.
И теперь двадцативосьмилетняя вдовствующая принцесса Марлена должна была взойти на престол. Ее коронация была отложена по двум причинам: во-первых, из-за отсутствия средств, а во-вторых, ее родственник, датский принц Уильям Третий, просил подождать его коронации.
Монтильону приходилось ежедневно напоминать принцессе, что, если она не примет предложения богатого титулованного поклонника, ей придется отправиться в Америку в длительное турне, чтобы собрать средства для своего обнищавшего королевства.
У принцессы, храброй, решительной молодой женщины с блестящими зелеными глазами и огненно-рыжими волосами, не было ни малейшего желания отправляться в Америку.
Сегодня вечером в замке, возвышавшемся на отвесной скале, состоится бал, во время которого у нее будет возможность выбрать себе подходящую партию. Всю жизнь принцессу холили и лелеяли, укрывая от всевозможных невзгод, и ей захотелось вырваться из-под домашней опеки. Она бы с удовольствием провела целый сезон в любимом Лондоне, развлекаясь на балах с красивыми поклонниками, включая и двух кузенов из английской королевской семьи.
И хотя рыжеволосую красавицу вдову интересовали в первую очередь развлечения, она не забывала, что, будучи представительницей королевского рода, обязана исполнить свой долг. В семнадцать лет принцесса
Вдовствующий король, королевство, принцесса и обожающий ее супруг могли бы и дальше жить вполне счастливо, если бы не безвременная кончина Седрика Примроуза. Седрик был старшим сыном и наследником огромного состояния, которое могло бы спасти королевство, но он умер раньше своего престарелого отца, оставив, таким образом, молодую вдову без единого фартинга.
Размышляя о превратностях судьбы, Монтильон медленно поднимался на второй этаж королевского дворца. Наконец он подготовил себя к предстоящей неприятной миссии, расправил плечи и торопливо зашагал по длинному коридору, увешанному портретами представителей королевской династии, с незапамятных времен правивших этим маленьким нищим королевством.
Последняя представительница этой династии сейчас мирно спала в своей спальне.
Остановившись перед закрытой дверью в комнату принцессы, Монтильон достал из кармана золотые часы. Стрелки показывали 10.32. Он приказал подать принцессе завтрак в 10.35 ровно. Монтильон глубоко вздохнул и тихо постучал в дверь. Ответа он и не ждал, поэтому не мешкая открыл двойные двери, ведущие в королевскую спальню.
Оказавшись в просторной комнате, Монтильон посмотрел на отделанную золотом огромную кровать и непроизвольно улыбнулся. Золотисто-рыжие волосы принцессы разметались по шелковой подушке, а ее красивое лицо казалось совсем юным.
Монтильон пересек спальню, думая о том, какой милой и привлекательной выглядела принцесса во время сна. Она больше напоминала девушку-подростка, чем взрослую наследницу престола. К тому же она была принцессой крови и одной из первых красавиц Европы. И именно ей предстояло спасти свое королевство.
Монтильон прошел к окнам и раздвинул тяжелые бархатные шторы. Спальню залил яркий солнечный свет. Принцесса что-то недовольно пробурчала и еще глубже зарылась в подушки.
— Ваше высочество, — голос Монтильона был полон нежности, — уже половина одиннадцатого. Вам пора просыпаться.
Ответа не последовало.
— Принцесса Марлена, я приказал подать ваш завтрак в… А вот и он, — улыбнулся он горничной, которая боязливо вошла в спальню с подносом в руках.
Не взглянув на принцессу, девушка торопливо поставила поднос на столик у кровати и выскользнула из комнаты. Как только дверь за ней закрылась, Монтильон заговорил громче:
— Пожалуйста, просыпайтесь, ваше высочество! — А потом еще громче: — Принцесса Марлена, пора вставать!
Рассерженная принцесса отозвалась: