Студиозус
Шрифт:
— Очень приятно. Прошу присаживайтесь. Если честно, мне было очень интересно узнать, над чем именно вы работаете.
— Работали, — поправила Корнелия.
— Ну да, работали. Искусственный интеллект?..
— Правильно он называется «Цифровой интеллект на основе кристалла Адуляра».
— Да-да. Если честно, мне бы хотелось узнать, на какой стадии сейчас ваши исследования?
— Сэр Виллис, — Корнелия поправила очки, ровно так же, как их обычно поправляет Бернадетт, — эти исследования секретны, и мы не можем разглашать промежуточные результаты.
— Ясно, — кивнул я, но было нестерпимое желание хлопнуть ладонь
— Тогда что вы хотите от меня?
— Нам нужна лаборатория с третьим классом защиты и со всеми приборами контроля окружающей среды, пятнадцать адуляров емкостью в два Декарта, плотностью от восьми по шкале Мооса, и чистотой минимум «Б»-ранга, а лучше «А»… — начала перечислять Корнелия Иткинс, с таким видом, будто заказывает «хэппи-мил» в Маке.
— Миссис Иткинс, а вы точно пришли устраиваться на работу? Или вы спутали меня с каким-то слугой? — усмехнувшись, спросил я. — Я понимаю, что вам, как учёным, особое отношение, но не до такой же степени. Тем более, даже не изучив предварительные результаты…
— Сэр…
— Давайте так, мистер и миссис Иткинс. Я даю вам, скажем, неделю, в течении которой вы подготовите все документы, включая планы и предварительные результаты ваших исследований. И только после изучения этих документов, я приму решение, работать с вами или нет.
Бернадетт и её отец взгрустнули, а Корнелия, резко встав и развернувшись, быстро зашагала в сторону двери.
Переглянувшись со смущёнными отцом и дочерью, я лишь улыбнулся, кивнув в сторону двери.
Они поклонились и вышли, только Бернадетт, остановившись у двери, пропищала «Извините».
Интересная семейка. Но, если их изыскания и правда настолько перспективны, насколько я представляю, то я с радостью смирюсь с поведением наглой учёной и найду средства и помещение для их работы.
Вечер окончился неожиданно. Всё началось со звонка Майкла Юдина, который пригласил нашу семью в «Маленькую Россию», чтобы отпраздновать наше с Еленой поступление.
Вспомнив, что Джи хотела там побывать, я согласился. Да и самому хотелось отдохнуть в компании близких по крови, это Джи и Белла, и по духу, это уже Майкл, Елена и сам персонал ресторана, людей.
В намеченное время мы уже были в холле ресторана, где нас встретили, и со всеми почестями проводили в ту же кабинку возле сцены, где нас уже ожидали Юдины и… Куперы. Понурый Джеймс и улыбающаяся Элис.
Глава 24 Строй + Эпилог
Итон сегодня был более оживлён, чем в день первого экзамена. Настолько, что автомобили в город не пропускали. Ничьи, кроме служебных и королевских. Поэтому машину пришлось оставить у въезда в город, и идти пешком сначала до Итона, а позже и до набережной Темзы, где построили временные трибуны для нескольких тысяч человек и возвели сцену, с парой огромных экранов по бокам от неё. Обрадовало то, что меня и Беллу с Джи пропустили в отдельную ложу, совсем близко к сцене, при этом и сама полноводная река была в хорошей видимости. И за черепичными крышами домов Итона Виднелись и одни из главных героев сегодняшнего праздника. Корабли. Сотни парусов, сейчас закреплённые на реях, колыхались на высоченных мачтах пока скрытых от глаз посетителей кораблей. И, нет-нет, но кто-то смотрел на этот лес мачт с нетерпеливым
Мне же было немного не до кораблей. С самого утра ныла голова, будто маленький кузнец бил кувалдой по стенке черепной коробки. Было ощущение, что я что-то не сделал, или что-то забыл, или что=то сделал не так. Но это е чуйка. Она никогда так сильно себя не проявляла.
Постаравшись расслабиться и забыть про ноющую боль в голове, я полуразлёгся на пластиковом кресле и прикрыл глаза. Нужно подумать, что я мог пропустить.
Виллисы извинились за своё поведение. Точнее Джей раскаивался, что отреагировал на мой приезд так агрессивно. Конечно, я его простил, ведь его обвинения были вполне логичны. Даже сам извинился, что не смог обезопасить своих гостей. Джей лишь улыбнулся и сказал, что мы уже почти родня, поэтому не стоит беспокоиться. Мы с Беллой лишь молчаливо кивнули с натянутыми улыбками на лицах. Вот по поводу свадьбы и объединения говорить не хотелось совершенно. Хоть Виллис и извинился, но осадочек, похоже, остался.
Юдины и вовсе старались не вспоминать вечер нападения, целиком поглощённые новостью о том, что Хелен получила письмо из Итона с подтверждением её поступления на второй курс кафедры хилеров. Было забавно наблюдать, как Майкл весь вечер пытался сблизиться с Беллой, постоянно отвешивая ей комплименты и откровенно флиртуя. Белла не отвечала, но принимала всё с благодарной улыбкой. Под конец вечера, изрядно захмелевший Юдин даже был готов вступить в наш род за один поцелуй в щёчку.
Именно в этот момент всё испортила, или наоборот, расставила по местам, Джинджер. Она, смотря на меня, с громким шёпотом спросила:
— Мэтт, если за поцелуй в щёчку мы будем принимать в род, то нам нужно будет принять и принцесс Шарлотту и Амелию. Помнишь, когда они вчера уходили…
Наверно, впервые в жизни, я почувствовал, как мои щёки загорелись. Я не знал, куда себя деть, поэтому лишь виновато улыбнулся, глядя на Элис. Все взрослые молчали, а она, лишь хмыкнув, бросила на стол салфетку, лежащую у неё на коленях, и ушла. За ней, так же молча ушёл и Виллис. Я хотел было побежать за ними и объясниться, но понял, что мне это незачем. Возможно эгоистично, но любая из принцесс, или даже Эми, выигрывали в сравнении с Элис, даже, хотя-бы, возрастом. Купер, конечно, до безобразия мила, но она, всё же подросток, со своими тараканами в голове. Я никогда не пойму её, с моим-то реальным возрастом. Поэтому я лишь пожал плечами на вопросительный взгляд Беллы. Обстановку, после ухода Виллисов, разрядила сама же рыжая:
— Я вот подумала… Собаки же не целуют, они лижут… Это тоже своего рода поцелуй, да ведь?
Заинтригованный рассуждением девочки, я лишь кивнул.
— Значит, если меня поцеловал Алмонд, это тот пёс в Пуле, то мы его тоже должны принять в род?
Вопрос, шутливый для нас, но животрепещущий для самой Джинджер, вновь вернул нам веселое настроение, и остаток вечера прошёл вполне дружелюбно. Если, конечно, не считать, явно настроенного больше, чем на дружбу, Майкла, которого даже Джи к концу вечеру стала называть дядей Мишей.