Ступень вторая
Шрифт:
— Не то слово. Это ж каким надо быть придурком, чтобы столько натыкать? Мы здесь ляжем, все это дезактивируя.
«Мы» — радовало, потому что Серый уже не отделял себя от клана и потому, что не собирался бросать меня одного на разбор завалов.
— На самом деле нам надо всего лишь пройти до двери, из особняка можно все это безобразие отключить.
— Думаешь, управление после смерти Вишневских не накрылось?
— Хороший вопрос. Управляющие нити ведут в особняк. Если управление накрылось, просто
— А если не отключится? — продолжал допытываться неугомонный Серый.
— Если не отключится, будем вычищать по одной. Вот так, смотри.
Я подошел к одной из ловушек и принялся за работу. В этот раз я сделал ее видимой, чтобы Серому были понятны все этапы: как подцепить, как расплести заклинание, как поставить заглушку на месте выхода управляющего сигнала.
— Долго, — резюмировал он.
— Зато надежно, — отрезал я. — Ни одного этапа пропускать нельзя. Были бы одиночные — можно было бы выжечь, но тут сеть, поэтому только так.
Ожил переговорный артефакт, и Глаз нервно спросил:
— Вы там как? Все норм?
— У нас норм, — подтвердил я. — А у тебя?
— У меня тоже, — с явным облегчением ответил он. — Никого даже на горизонте.
— Хорошо, до связи.
Хотел сказать, чтобы в следующий раз связывался не раньше, чем кто-то появится, но не стал. Он и без того нервничает, а напоминать лишний раз, что мы с Серым здесь не в бирюльки играем, — заставлять его нервничать еще сильнее.
— Проконтролируешь? — неожиданно спросил Серый, подходя к следующей ловушке.
Я встал рядом. Делал он еще медленней, чем я, и с таким напряжением, что аж пальцы подрагивали, но зато выполнял все в точности. Закончил, выдохнул и затряс руками, приходя в себя.
— Молодец, — совершенно справедливо похвалил я его. — Не ожидал такой скорости.
— Скажешь тоже, скорости. Блин, я так боялся, что не удержу и рванет.
— Сильно не должно, — ответил я. — Они на защиту от вмешательства не заряжены. Ставивший не думал, что их вообще можно обнаружить.
— Так-то можно. Есть артефакты, позволяющие видеть чужие заклинания, но громоздкие они, неудобные в использовании.
Серый успокоился от удачного разбора ловушки, но не расслабился, попросил меня проконтролировать разбор второй и вообще указывать, где ловушки, на случай, если он чего-то не заметит. За третью он уже принялся самостоятельно.
Через полчаса я предложил сделать перерыв и вернуться в сторожку. Серый согласился даже с некоторым облегчением. Усталость не помешала ему налить себе в кружку кофе, осмотреться с интересом внутри и почти сразу спросить:
— Восстановить здесь отопление и остальное можно или только менять?
Мне показалось, что в голове у него уже подготовился к работе калькулятор, рассчитывающий грядущие убытки,
— Скорее всего, можно, но я пока не проверял. Вот до дома дойдем, отключим всю красоту вокруг и займусь этим местом. Его протопить проще.
— Так и я про что, — оживился Серый. — Горячий кофе из термоса — это хорошо, но сидеть в тепле с работающим водопроводом и канализацией еще лучше.
— В особняке могло сохраниться. Обычно ставят несколько степеней защиты, наверняка не все вылетели.
— Я так понял, что со смертью Вишневских вообще все, завязанное на магию, пошло вразнос.
— Там необязательно должно было быть все завязано на магию.
— Электричество отключили сразу, я узнавал. Нам придется переподключаться, — со вселенской грустью сказал Серый. — Сдерут, как с клановых, семь шкур. Водопровод там свой был, но осталось ли там что-то от него?.. — печально посмотрел в окно на особняк и вдруг подпрыгнул на стуле, чуть не выплеснув кофе из чашки, оглушительно заорав: — Дым! Там идет дым из трубы!
Я прильнул к окну. Дым действительно шел, слабой струйкой, плохо видимой на фоне купола. Серый вообще наверняка заметил только потому, что надеялся хоть на чем-то сэкономить. Мы не бедствовали, деньги у нас были и все прибывали, но пост финансового директора выглядит тем солиднее, чем солидней финансы.
— Получается, кто-то выжил? — повернулся он ко мне. — Не, Ярослав, это не дело, столько трудов — и насмарку.
— Почему насмарку?
— Потому что сделку отменят, как недействительную. Если выжил кто-то из Вишневских, то…
Я постучал его по лбу, выразительно, используя имитацию стука по дереву. А то договорится сейчас до того, что ради экономии наших денег нужно будет гасить всех в доме. Да даже попросят вернуть — ради бога, но в том виде, в котором мы покупали. Восстановить снятое проще простого будет. После чего владелец еще умолять будет забрать у него собственность.
— То купола бы не было, — ответил я. — Серый, ты чего? Это же элементарно. Защитная система вышла из-под контроля, потому что некому было ею управлять. Вишневские вымерли все. Если кто-то и выжил, то прислуга. Или что-то продолжает работать в автоматическом режиме.
— Да?
Серый повернулся к окну, но столь сильно взбудоражившего его дымка уже не было. Я даже засомневался, что он был. Но если он был и там кто-то есть, то этому кому-то приходится несладко.
— Думаю, через полчаса мы доберемся до входной двери и узнаем сами.
Серый с готовностью отставил кружку с остатками кофе на дне и двинулся к выходу. На пороге он задержался, поджидая меня, и вышли мы вместе. Я решил еще отзвониться Глазу, чтобы он нас примерно час не дергал, и тот подтвердил, что снаружи все в порядке.