Ступень вторая
Шрифт:
— Серег, Глазьевы на чем специализируются?
— Да много на чем, а что?
— Размышляю, на чем им можно показать наглядно, что шутки с нами — не самая хорошая идея.
— Стоп-стоп-стоп, — возмутился Иван. — Не втравливай клан в криминал. Это плохо отражается на его репутации.
— И на финансах, — заметил Серый. — Особенно на финансах. Штрафы, компенсации и все такое…
— Обещаю, с нами связать не удастся. То есть официально не удастся, так-то наверняка поймут, чья ответочка прилетит, но доказательств не будет.
— Точно не будет? — серьезно спросил Иван.
— Совершенно точно.
—
— Вот спасибо за разрешение, — ехидно сказал я. — Ваша милость, может, еще подскажете, куда их лучше стукнуть?
— Лучше всего — репутационно, — ответил Иван. — А это проще всего сделать в столице: куча фотографий и статей гарантирована. У них сеть магазинов свадебной моды.
— Чего? — Серый так удивился, что даже притормозил. — Ты ничего не путаешь? Они ж по металлургии?
— Серег, я никогда ничего не путаю, мог бы уже запомнить, — чуть снисходительно ответил наш юрист. — Если я говорю, что им принадлежит, значит, принадлежит. Ты думаешь, я не изучил их активы от и до?
— Неожиданно. Глазьевы — и вдруг свадебная мода.
— Захапали по случаю, — пояснил Иван. — Вроде, продавать собирались, но так и не продали до сих пор. Даже странно, потому что активы действительно непрофильные.
— Но точно их? — я сомневался.
— Точно. Там даже их эмблема с глазом на фоне восходящего солнца.
— Закатывающегося, — проворчал Серый. — Как только они с нами связались, их солнце тут же принялось закатываться.
Пока они развлекались болтовней, я полез в сеть. И точно — Глазьевы в том числе занимались свадебной модой, а один их магазин был недалеко от нашей квартиры. Говорите, самый страшный удар — репутационный? Я ухмыльнулся.
Около нашего крыльца стояла машина со знаками Императорской гвардии. Больше никаких других машин и никаких других магов не наблюдалось. Да и эти, как только мы подъехали, сразу тронулись с места и отбыли, четко выполняя указание: охранять до моего появления. Возможно, Глазьевым вообще хватило бы демонстрации того, что за нами стоит Императорская гвардия, но проверить этого не довелось, что само по себе хорошо.
Машину Серого я укутал охранными заклинаниями, после чего мы прошли в квартиру. Дверь я закрыл, после чего добавил к защите пару заклинаний и предупредил:
— Так, орлы, до моего появления никому не открываете. Я дома, но занят по самое не могу, оторваться никак, а без моего разрешения открыть не можете. Все поняли?
— Почти, — ответил Серый. — А кто появиться-то может?
— Скорее всего, никто, но подстраховка не помешает.
После чего я занялся привычным формирований иллюзий и невидимости на себя и дверь. Можно было отправить себя наружу коротким телепортом,мой нынешний уровень это позволял. Но к чему тратить лишнюю ману, если можно обойтись ее минимумом? Время у меня ограничено, но не настолько.
По карте я уже примерно определил, куда идти. Торговый центр был большим, нужный мне магазин находился на втором этаже. Главное — чтобы никто в меня по дороге не влетел и тем самым не выявил человека под невидимостью.
Возможно, все дело было в том, что сейчас
Дородная матрона со скептическим выражением на лице тянула ткань на фате, которая хоть и выглядела воздушной, выдержала бы, даже если матрона на этой фате решила бы спуститься из окна, чтобы избегнуть нежеланного брака. Правда судя по ее хищному лицу, брака не удастся избежать даже жениху.
Продавщица на издевательства над тканью смотрела совершенно равнодушно. Продолжалось это ровно до той поры, пока я не прикоснулся к фате, используя проклятие старения. Она тут же расползлась на клочки в руках испуганно охнувшей матроны.
— Вы испортили товар! — испуганно взвизгнула продавщица.
— Да вы просто гнильем торгуете, — не растерялась покупательница. — Кто бы мог подумать, на вид такой приличный салон, а сбываете неликвид.
— Какой неликвид? — возмутилась продавщица. — У нас всегда новейшие коллекции. Ни одного платья старше полугода не держим. Списываем тут же. Вы намеренно испортили товар и не хотите за это платить.
Я уже прошелся по всем вешалкам и стоял рядом, поэтому увидел, как она нажала кнопку вызова охраны. Сцену я хотел досмотреть до конца, поэтому магазин покинул, но далеко не ушел, всего лишь в соседний отдел, из которого все было прекрасно видно. И слышно — потому что обе дамы уже орали друг на друга на очень повышенных тонах и не услышать, что они говорят, мог только глухой.
Охранник примчался едва ли не бегом и перегородил выход, потому что матрона вознамерилась покинуть салон, а с продавщицей они находились явно в разных весовых категориях, поэтому та ей помешать никак не могла, хотя и хотела. Но прогулочный катер круизному лайнеру, как известно, не соперник.
— Полицию надо вызывать, — пискнула продавщица, обрадовавшись поддержке в лице охранника. — Преднамеренная порча имущества.
— Да какая порча? Фата у меня просто расползлась в руках. От старости, наверное, — вяло огрызнулась матрона. — Неужели вы думаете, что я могла бы ее порвать. Сколько у меня силы в руках?
Охранник с ответом замялся. Потому что бицепс матроны был толще его ноги, а что там — сало или мышцы — под одеждой не видно. Я бы поставил на сало, если судить по внешнему холеному виду, но охранник решил на внешний вид нарушительницы не полагаться.
— Камеры посмотрим, решим, — ответил он.
— Да что смотреть? — агрессивно воскликнула покупательница. — Старье сбывают, а я виновата?
— Что вы выдумываете? — всхлипнула продавщица. — Вот эту коллекцию вообще только вчера привезли.
Она взялась за рукав «только вчера привезенного платья», чтобы показать в развороте, но тот неожиданно остался у нее в руках, и если бы полностью — двумя лоскутами с неровными краями. Само платье тоже недолго висело на вешалке: покачалось и свалилось неприятной желтоватой кучкой. Выглядела «новая коллекция» набором ветхого тряпья. Использовать его теперь можно было только как ветошь для протирки. Серый наверняка оценил бы: у него такое в багажнике лежало «на всякий случай». Любовался я плодами своей диверсии недолго.