Субботник
Шрифт:
— Только не надо объяснять мне очевидные вещи, Госпожа! — разозлился Орсег. Элесит передернуло плечами: за всю супружескую жизнь она так и не привыкла к этому обращению. Особенно «гармонично» оно звучало во время ссор и споров. — Я все это и так знаю. Но ты не понимаешь всего?
— И что я, по твоему мнению, упустила?
— Во-первых, — принялся загибать пальцы Орсег, — Ланика использовала больше
— Мы этого не знаем, — нахмурилась Элесит. — Мы не знаем, как растут маленькие Хозяйки леса, потому что их вообще не бывает. Ланика — уникум, единственная в своем роде. Я надеялась, что в городе она вырастет человеком, но не вышло… Бедная девочка…
— Это почему бедная? — вскинулся Орсег.
— А как она будет искать себе мужа, когда придет ее время? Заманивать в парк и вызывать на Поединок воли? Ты как себе это представляешь?
— Положим, по части воли она кого угодно за пояс заткнет, — пробормотал Орсег. — Это же была твоя идея — посвятить девочку в Заклятые перед отправкой в Карвийн. Тоже, кстати, слишком рано.
Леди развела руками.
— А что было делать, если Сила так и не хотела пробуждаться? В Карвийн бы ее не приняли, она по природе не городской маг. Зато теперь она овладеет всеми видами магии.
— Включая лесную! — ядовито подхватил Орсег. — Для которой еще слишком мала!
— Да ничего с ней не случится, — слабо защищалась Элесит. — Если она сумела подчинить себе эти… как их там… саженцы и вырастить свои деревья, значит, эта магия ей вполне по силам. Ничего страшного!
— А тайна? А сад?
— Тайна… Ну и что, тайна. Садовник уверен, что это просто магия такая… если боишься, можно его заколдовать и убрать эти вспоминания. А насчет парка… договоримся как-нибудь…
— Ага, договоримся, — ядовито поддакнул страж. Он бросил метаться по комнате и сел, обхватил руками голову. — Ну, почему это случилось? Мы же девочку предупреждали!
Казалось, Элесит только и ждала этого вопроса. Она наклонилась вперед и заговорила со всей возможной
— Ор, Ланика поступала точно по нашим советам. Мы же в первую очередь запретили девочке вступать в конфликты со смертными, чтобы она случайно не поменяла облик. А тамошний садовник — дурак, не захотел выслушать ее объяснения. Девочка его честно спросила, несколько раз. Он требовал, чтобы она работала. Конечно, ребенок понял его по-своему. Она же выросла в лесу. И ничего страшного не случилось…
— А дети? Которые тоже видели?
Элесит вздохнула.
— Это неизбежно. Да и Ланика ничего им не рассказала, кроме того, что умеет выращивать растения по своему желанию.
— Хорошенькое ничего, — вставил Орсег.
— А насчет парка… Договоримся с муниципалитетом.
Леди внезапно хихикнула.
— Рад, что ты находишь в этой истории хоть что-то смешное.
— Извини, я просто представила, какие будут ходить истории про городской парк, когда Ланика подрастет и войдет в силу. Будет очень интересно послушать…
— Тебе это кажется смешным?
— А разве нет? Особенно как не повезет тем, кто любит мусорить и ломать ветки…
— Им уже сейчас не повезет, — мрачно буркнул Орсег. — А вот когда она вырастет, все будет куда страшнее…
— Ну, когда вырастет, тогда и будет думать. Я объясню Ланике, какую ответственность накладывают ее способности и все будет хорошо…
— Если тебе удастся уладить вопросы с муниципалитетом. Девочке потребуется возможность посещать парк в любую минуту.
— Тебе, кажется, не мешали ограды и сторожа.
— Мне — да. Но Ланика еще мала и не умеет прятаться.
— Отлично, — решила благородная леди. — Ты, конечно, помнишь, что Карвийн — свободный город и Этнографическому ведомству не подчиняется?
— Поэтому? — с опаской уточнил Орсег.
— Поэтому с муниципалитетом договариваться будешь ты! Лично. Заодно и девочку проведаем.
— Госпожа, ты же обещала, что будешь сидеть дома! — аж задохнулся от такой наглости Орсег.
— Но ты же не оставишь меня одну, когда в мире творится такое… — захлопала глазами леди Элесит.
Лесной страж тяжело вздохнул. Жена опять обвела его вокруг пальца.