Судьба пройдоха
Шрифт:
— Это простая логическая задача, просто пошевели мозгами, или они у тебя уже успели атрофироваться пока ты валялся по больницам? — с вызовом, нарочно поддевая мальчишку, бросил Рик.
— Дана, что он ко мне привязался? Он меня уже задолбал своими задачами!
— Вот только не надо за сестру прятаться, мужики так не поступают, — продолжал свой воспитательный процесс Рик, не обращая внимания на злющего Алекса. — Нужно не хныкать, а навёрстывать упущенное. Или хочешь, чтобы тебя твои сверстники дразнили тупицей?
— Я тебя себе в учителя не нанимал! То, что ты спишь
— Ошибаешься, — губы Рика тронула улыбка победителя. — У меня есть такое право. Считай, что я оформил над тобой опекунство, и до твоего совершеннолетия ты обязан меня слушаться.
— Дана! — взвыл Алекс, ища глазами поддержки у сестры.
— Один прав, но слишком жёстко наседает, второй тоже прав, но нехватка выдержки и внимания только усугубляют ситуацию. Вам нужно научиться ладить друг с другом. Рик вовсе не издевается над тобой, Алекс, он прав в том, что нужно начинать подтягивать свои знания. Последние два года мы совсем забросили твоё обучение.
— Значит, ты всё-таки на его стороне?
— А вы что уже разбились на два вражеских лагеря? Тут нет сторон, Алекс. Мы семья! — а так как это повторялось уже который день, даже Дана начинала терять терпение.
— А почему он тогда так ехидно усмехается? — никак не мог успокоиться Алекс.
— Так, вы невыносимые, я пошла за шоколадом!
Но когда вечером она привычно закрыла дверь на ключ, Рик поднялся ей навстречу, нежно привлекая к себе девушку.
— Сегодня специально поинтересовался у доктора. Секс разрешён. Так что теперь моя очередь, — жарко прошептал он, целуя и прикусывая от нетерпения её кожу. — Тебя должно пугать, как сильно я тебя хочу.
Глава 22
С одной стороны — это выглядело странно, теперь секс стал не просто занятием любовью ради удовольствия, нет, теперь это был щадящая близость три раза в день, и это больше было похоже на сосредоточенный процесс зачатия. Дане казалось, что Рику теперь доставляют оргазм не фрикции, а само осознание для чего он это делает. Поэтому с другой стороны — это выглядело даже мило, что он так хочет ребёнка. Он обращался с ней очень нежно, судя по всему, решив развить в себе безграничное терпение и выдержку.
В больнице особенно не разойдёшься, поэтому вот уже пять дней это происходило в одной и той же позе по одному сценарию. Рик бережно укладывал Дану на кровать, раздевался, накрывая сверху её своим телом, и начинал двигаться, иногда целуя её в губы или шею. Теперь на первом месте было семяизвержение, а не блаженное наслаждение. После чего Дана была должна ещё минут двадцать лежать и не шевелиться.
— Мы ведь на этом не зациклились? — поинтересовалась она как-то вечером, отдыхая после очередного раза, пока Рик, сидя в изножье кровати, с нескрываемым удовольствием разглядывал её обнажённое тело.
— Нет, это ещё не паранойя, — усмехнулся он. — Это упорство. Я хочу добиться поставленной цели, а шалить и экспериментировать будем уже потом. Тем более, скоро домой. Дома можно и поразнообразничать. Мне уже тошнит от этой больничной палаты.
— Надо же целеустремлённый
— Так тебе кажется, что я это делаю без любви? — тут же насупился Рик, резко подавшись вперёд, чтобы посмотреть ей прямо в лицо. — Ты ошибаешься, Давина! Почему ты вдруг решила, что я отставил чувства в сторону? Я с тобой груб или может быть холоден? Или заставляю тебя силой?
— Да нет же, вот ведь завёлся. Я хочу сказать, что обычно люди занимаются любовью непринуждённо, особо не заморачиваясь и не ставя чётких планов. А ты слишком сосредоточен на оплодотворении. Может, относиться к этому чуть проще? Ты ведь в курсе, что иногда для этого нужно больше времени, месяцы, а то и годы?
— Годы? Пф, это произойдёт гораздо раньше! Дана, — Рик прилёг рядом с ней, крепко обнимая девушку. — Я обеспечу тебе стабильность, о которой ты загадывала. Тебе не придётся вкалывать на трёх работать и бояться позволить купить себе лишние колготки. Обеспечивать семью буду я. Я лишь хочу, чтобы у меня появилась эта семья, поэтому дай мне этих детей, и я сделаю тебя счастливой. Роди мне ребёнка. Не надо смотреть на меня, как на маньяка.
— Но ты и правда иногда меня пугаешь, — потёрлась она об него кончиком холодного носа. — Я ведь с тобой, я никуда не денусь. Мне сделать себе такое тату, чтобы оно каждый раз тебе напоминало об этом?
— Никаких тату, не позволю тебе портить своё тело.
— И даже маленькую птичку на запястье? Цветущую веточку на щиколотку? Замочную скважину за ухом? — с улыбкой стала дразнить его Дана.
— Нет, не драконь меня. … Я люблю тебя, — выдохнул Рик, ловко укутываясь вместе с ней в одеяло.
— Мне бы хотелось с тобой поговорить, — Дана вдруг стала серьёзной. — Это важно. Прими это пожалуйста, как просьбу любящего тебя сердца, как заботу самого близкого для тебя человека.
— Мне это уже не нравится…
— Нет, Рик выслушай. Когда ты лежал в реанимации без сознания, твой лечащий врач разъяснил мне кое-какие нюансы. Я собиралась с тобой поговорить, когда ты поправишься, а раз тебе уже выписывают, значит, время пришло. Ты тогда почти впал в кому, потому что в твоём подсознании моё присутствие прописалось, как жизненная необходимость. И когда меня долго с тобой рядом нет — твой организм отключается. Это какой-то психологический мощный блок, но это лечится психотерапией…
— Ты хочешь сказать, что я больной на голову? — перебивая её, сквозь зубы процедил Рик.
— Забота любящего сердца, Рик. Как ты меня слушаешь? Я не считаю тебя больным или придурком, ты же знаешь, что принимаю тебя со всеми твоими демонами. Я беспокоюсь. Я не хочу, чтобы ты терял сознание или каждый раз хватался за сердце, когда уйду на работу или выскочу в магазин. Если ты принял ответственное решение стать отцом, то ради будущего нашей семьи и безопасности твоего ребёнка, тебе стоит так же ответственно подойти к решению этого вопроса. Доктор сказал, что это серьёзно и шутки шутить с этим не стоит. Что это редкое явление, но оно опасно для того, кто зависим.