Судьба
Шрифт:
— Зачем тебе это? — спросил он, удивленный ее желанием. — Разве ты не знаешь, как много там погибает молодых людей? Ты хочешь умереть?
— Мне сказали, что на одного погибшего приходятся двое, уходящих с почетом.
Он покачал головой.
— Учеба длится годами. Уйти нельзя, пока не докажешь свое мастерство на арене, а все это время живешь немногим лучше раба. Такая жизнь не для вас, царевна.
— Мне нужно попасть туда, — настаивала она, но, как ей казалось, не очень убедительно. — Я должна, меня там ждет человек, мне нужно
Он внимательно посмотрел на нее.
— Ты отказываешься от свободы? Ты, должно быть, очень любишь его?
— Ты не понял. Этот человек не способен на самостоятельные поступки. Без моей помощи она погибнет.
— Она? — первая половина его лица поднялась, почти достигнув левой. — Ну что ж. Если мне не удается убедить тебя, нужно обдумать, как нам правильней поступить. Тебе нужна соответствующая одежда. Подожди здесь, я постараюсь что-нибудь найти.
В желудке у нее заурчало, она вспомнила, что уже давно ничего не ела.
— А ты можешь принести еще и еды?
Придав своему лицу подобие улыбки, он исчез в темноте.
Прислушиваясь к неумолчному пению цикад, Ика присела в камышах, обхватив колени руками. Совсем недавно она еще была перед дворцом. Очень странно смотрел на нее первосвященник. Еще более загадочно, что ее отвели в комнату из ее видения. И потом это чудовище, Минотавр...
Она вздрогнула и постаралась не думать о нем. Самое странное — откуда появился этот молодой человек? Как он узнал, что она находится в подземелье? Возможно, он из семьи местной знати, только из-за уродства его отправили в подземелье присматривать за буйным и непредсказуемым Минотавром.
Тогда первая его забота — выполнение своих обязанностей, а уж потом все остальное.
Она заерзала на месте. Стоит ли ждать его возвращения? Может быть, у него свои темные замыслы, и беды ее еще не закончились.
Цикады умолкли. Ика собиралась встать и убежать, но заметила, что к ней приближается вовсе не ее спаситель. Это была процессия темных фигур, их лица были скрыты капюшонами. Она забеспокоилась: они повернули прямо к ней. Может, они собираются казнить ее?
Девочка спряталась поглубже в тростниках и стала наблюдать за ними. Люди были босиком, всего их было двенадцать человек. Они остановились на полянке и принялись медленно пританцовывать и размахивать руками, как птицы.
Послышалась тихая мелодия флейты. В руках у них появился некий сосуд, из которого пили все по очереди. Никто не произнес ни единого слова. По их таинственным жестам Ика догадалась, что это тайный ритуал.
И скорее всего, свидетели им были не нужны. Поэтому Ика вся сжалась и замерла на месте.
Когда сосуд был опустошен, фигуры образовали круг и продолжили медленный танец, двигаясь неторопливо и осторожно. Они простерли руки к луне, словно призывая ее спуститься на землю. Эти руки, связывающие небеса с землей, походили на бледных змей. Накидки были сброшены, и Ика увидела их нежные груди.
«Да, это ритуал», —
Флейта заиграла быстрее, и женщины запели. Ика не могла разобрать их шепота, но отгадала намерения. Проходя по кругу, каждая женщина срывала с себя одежды; они танцевали обнаженные среди разбросанного платья.
Длинные, темные волосы свободно опускались на их плечи. Руками они проводили по своему телу, и движения их становились все более раскованными. Подул ветерок и донес до Ики незнакомый густой запах.
Опьяненная запахом и сладостной, чувственной музыкой, Ика заворожено глядела на эти извивающиеся тела. Постепенно, не сдерживаемые разумом, руки женщин приникали к грудям, к бедрам.
Ика заволновалась, ее руки и ноги тоже стали выделывать танцевальные па. «Язон», — пронеслось у нее в голове.
Одна из женщин с громким криком упала на землю. Тело ее извивалось, стоны вырывались из горла, она полностью забыла об окружающей реальности.
Затем, как будто очнувшись от наваждения, незнакомки собрали одежду и ушли прочь, оставив Ику наедине со своими желаниями. Ей страстно захотелось познать тайное наслаждение, девочка уставилась на свои руки, раздумывая, не могут ли они помочь делу.
— Это лунный танец, — прошептал кто-то позади нее. — Ты не должна была видеть его.
Ика обернулась, перед ней стоял тот самый молодой человек. От стыда ее кинуло в жар.
— Но может быть, я заблуждаюсь, и у тебя есть полное на то право, — добавил он, немного подумав. — Иначе почему наша Мать привела к тебе своего посланника.
Посмотрев туда, куда он показывал, Ика увидела длинную гадюку у своих ног. Змея будто улыбнулась и уползла загадочно прочь, как и танцовщицы.
Ее спаситель протянул руку.
— Не бойся, царевна. Змея приносит благословение. И мне стало спокойнее за тебя. Значит, правильно, что ты должна стать бычьей танцовщицей.
Ика хотела объяснить, что ее отец — Посейдон, но что-то заставило ее промолчать.
«Мне знаком этот танец», — удивленно подумала она и подала руку. До сих пор ее тело желало танцевать и покачиваться в таинственном лунном свете.
— Тебе нужно торопиться, — сказал он. — Необходимо проникнуть к танцорам до того, как появится стража. Вот, переоденься.
Ика оглянулась в поисках подходящего места для переодевания. Кусты были не выше пояса и не давали необходимого укрытия.
— Извини, — сказал он. — Я не подумал. На Крите мы не обращаем внимания на подобные вещи. Если хочешь, я могу отвернуться.
Он повернул голову, и Ика улыбнулась его словам. Он довольно вежливый, ее спаситель.
— Тебе следует подумать о новом имени.
Если бы он знал, как рада она наконец перестать считаться Дафной!
— Меня можно называть Икадория, — она решила произнести свое настоящее имя.