Судьба
Шрифт:
— Я… ничего не скажу… шлюха поганая… кха…
— ТОГДА Я ЗАСТАВЛЮ!
Блум принялась тянуть ее за волосы и начала таскать по асфальту. Лера начала орать, так как Блум тянула за волосы безжалостно. Порой она била Леру по голове ногой, причиняя ей боль. Затем Блум уложила ее на живот и наступила ногой на спину, а потом продолжила со всей силой тянуть ее за волосы.
— А-А-А!!! ТВАРЬ! ОТПУСТИ МЕНЯ!
— ГДЕ АНЯ, ЧЕРТ ТЕБЯ ПОДЕРИ? ГДЕ? — крикнула от злости Блум.
— ПОШЛА ТЫ НА ХРЕН!
— ЕСЛИ ТЫ МНЕ НЕ СКАЖЕШЬ СЕЙЧАС ЖЕ, Я ВЫРВУ ТЕБЕ ВСЕ
Блум продолжила тянуть Леру за волосы, но потом поняла, что бесполезно. Она не хотела проявлять жестокость, но потом начала понимать, почему Икинцыцы 1 жестоко обращается с врагами. Блум решила пойти по его принципу и жестоко обойтись с Лерой, которую она презирала не меньше, чем Аню. Со всей силой потянув за волосы, Блум нанесла удар ногой по затылку, одновременно отпустив ее, в результате чего лицо Леры врезалось об асфальт. Блум села и начала бить ее лицо об асфальт в надежде изуродовать ее лицо. Лера зарыдала.
— ВСЕ! ХВАТИТ! Я СКАЖУ! ХВАТИТ! — сдалась Лера, после чего Блум остановилась, но не встала с нее.
— ГДЕ ЖИВЕТ АНЯ? Если ты сейчас же не скажешь… Я УБЬЮ ТЕБЯ! ПОНЯЛА? — Блум от злости принялась сжимать ее шею своими ногтями, — ГДЕ?
— УЛИЦА М. ПЛАНТА 24! ВСЕ! ОТПУСТИ МЕНЯ!
— НЕ ВРИ МНЕ, МРАЗЬ!
— КЛЯНУСЬ! АНЯ ТАМ ЖИВЕТ! КЛЯНУСЬ СВОЕЙ ПОКОЙНОЙ МАМОЙ! ТОЛЬКО ОТПУСТИ МЕНЯ! УМОЛЯЮ!
0. Блум решила поверить ей и отпустила, после чего встала. Лера, чье лицо было окровавлено и изуродовано (пластическая операция просто необходима), схватилась за лицо руками и продолжала рыдать. Блум же тяжело дышала от злости, ибо хотела ее избить и проявить безжалостность, но потом поняла, что Икинцыцы 1 этого не одобрит. Она должна оставаться доброй. Но только не сегодня.
— Имей ввиду: если с Икинцыцы 1 что-то случится, я тебя уничтожу. Вали из этого пригорода и больше никогда не возвращайся. Ты поняла меня? — пригрозила Блум, — Я найду Аню и прикончу ее. Чтобы я тебя больше не видела, Лера.
Лера ничего не сказала, продолжая плакать. Блум развернулась и побежала в сторону, ибо дом Ани находился не настолько далеко: бегом 15 минут. Блум мысленно проклинала Икинцыцы 1 за не проявленную бдительность, ибо в этом винить стоит его: будь он бдительным, он бы не вляпался в проблемы.
— «Правильно про тебя говорил Ики 2: ты ходячая проблема. Вечно попадаешь в неприятности. Придется самой вытаскивать тебя. После всего этого я точно приведу твою башку в порядок. Будешь знать, как не слушать лучших друзей», — мысленно обещала себе Блум.
Надо признать, что проблема Икинцыцы 1 заставила Блум позабыть о депрессии. Она невольно вышла из нее, но надо действовать — этому ее учил как раз-таки самый проблемный парень из всех, кого она знала. И сейчас Блум оставалось успеть и вытащить его оттуда, пока Аня не осуществила коварную месть.
— Ох… где это я?
Икинцыцы 1 очнулся на кровати… привязанным. Его руки были привязаны, как и ноги. Благо он был в одежде, но
— Очнулся, милый?
Из тени перед ним вышла Аня… в белой спальной одежде. Это была своеобразная майка, прикрывающая интимную часть девушки, но ноги были полностью видны. Сама Аня выглядела вполне привлекательно в такой одежде, чтобы возбудить «камня», коим являлся Икинцыцы 1. Но у него это вызывало лишь страх за себя.
— АНЯ? ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ? — удивленно произнес Икинцыцы 1.
— Ики 1… я хочу с тобой попрощаться по-красивому. По-особенному. А это получается только с тобой, — хищно улыбнулась Аня, после чего начала подходить к кровати, — И в этот раз нам с тобой никто не помешает.
— ЧТО? Эй… мы же вроде бы помирились…
— Для полного мира я хотела по-своему заключить перемирие. Теперь все будет на моих условиях. Кстати, я тебя не простила, — Аня положила одну ногу на кровать.
— То есть? — Икинцыцы 1 продолжал находиться в страхе.
— Это месть, Икинцыцы 1. За все прошлое.
8. Икинцыцы 1 теперь окончательно понял, от чего его предостерегала Блум. Аня в действительности хотела отомстить. А он ведь даже забыл понятие женской мести, которая бывает коварной. Она хотела переспать с ним в качестве мести Икинцыцы 1, чтобы тот опозорился. Вот теперь Икинцыцы 1 понял, что Аня вернулась не с миром, а оставить от себя след — несмываемое черное пятно для Икинцыцы 1. Он этого не ожидал и понял, что Блум была права на счет нее. А выбраться теперь он не может, ибо туго привязан к кровати.
— Аня… лучше не надо… Это плохо кончится для нас обоих…
— Заткнись, — Аня залезла на кровать и села на нем, — Я хотела тебя заполучить, но ты меня игнорировал. Придется за это расплатиться. Может, тогда ты станешь моим.
— ЧТО? ТВОИМ? АНЯ, У ТЕБЯ КРЫША ПОЕХАЛА! — Икинцыцы 1 крикнул от услышанного, но Аня прикрыла его рот руками.
— Тшш… Пока никто не должен услышать и узнать о том, что сейчас произойдет между нами. Уверена, ты сам захочешь со мной переспать, но я тебя буду игнорировать. А может и нет. А пока… получай удовольствие вперемешку со стыдом и позором. Думаю, ты давно не девственник. И да… — Аня вытащила скотч и заклеила ему рот, чтобы он не кричал и не звал о помощи, — Вот теперь ты в моей власти. И тебя никто не спасет. А теперь наслаждайся, если хочешь смягчить свою участь.
Аня уселась на него и начала массировать ему верхнюю часть тела, издавая некий стон. Икинцыцы 1 пытался вырваться, но безуспешно: он туго привязан к кровати. Аня потом нагнулась и собиралась его поцеловать. Икинцыцы 1 закрыл глаза и…
— СЛЕЗАЙ С НЕГО, ТВАРЬ!
0. Аня резко округлила глаза и ничего не успела сделать, как ее сзади схватила… Блум и жестко бросила на пол. Аня сильно врезалась головой об пол и сразу вырубилась. Икинцыцы 1 открыл глаза и увидел спасительницу. Блум посмотрела на него строгим взглядом, а потом покачала головой и решила развязать его.