Судьба
Шрифт:
Бережно держа чашу в тощих руках, Гилтас глубоко вдохнул. Его обволок резкий аромат кефра, а разум наполнился мыслями о потерянном друге и отсутствующей жене.
Над ямой медленно вырастала конструкция.
12
Когда Кериан пришла в сознание, ее волокли по узкому переулку, пальцы ее ног бились о торчащие булыжники. Ей хватило ума не сопротивляться, вместо этого воспользовавшись возможностью оценить ситуацию.
Двое мужчин держали ее под
Незаметно приподняв голову, она бросила беглый взгляд вперед. Пара кхурцев несли находившуюся без сознания Са'иду. Их сопровождали еще несколько мужчин. Лица кхурцев были скрыты шарфами и низко натянутыми широкополыми шляпами. Продвижение безмолвной процессии можно было отследить по катящемуся впереди нее звуку захлопывавшихся ставней и дверей. Местные научились исчезать, когда Сыны Торгана выходили на улицу.
Сперва она подумала, что они направляются к Храму Торгана, но окрестности сказали ей другое. Это не был Храмовый Путь, вдоль которого располагались важные святилища Кхури-Хана. Храмовый Путь представлял собой широкий мощеный проспект. А это была полутемная убогая улочка с высокими домами из обожженной глины. Эти здания наводили на мысль об Арембеге, южном районе города, лабиринте тесных улочек и переулков, лишенном площадей и сууков. Арембег был отличным местом для головорезов, укрывавшихся от солдат хана и его легиона информаторов.
Схватившие ее остановились у ничем не примечательной двери в тупиковом переулке. Один из торганцев поднял свою дубинку и выстучал по двери некую последовательность. Узкая дверь приоткрылась внутрь на несколько сантиметров.
«Они у нас», — сказал торганец, и голос внутри велел им войти.
Комната была широкой. Меблировка — скудной. Традиционные короткие трехногие кхурские стулья с единственным шестом в качестве опоры для спины. Са'иду усадили на один из них, связав руки за спиной. Один из державших руки Кериан торганцев проворчал насчет неудачи, которая постигнет тех, кто плохо обращается со святой женщиной.
Подобные сомнения не терзали их в отношении Кериан. Они не побеспокоились насчет стула, а просто швырнули ее на грязный пол, лицом вниз. Коснувшись пола, она ухитрилась сделать так, чтобы ее левая рука безвольно упала на нижнюю часть спины.
«Что со зверем?» — спросил голос. Его акцент не принадлежал коренному жителю Кхура, а голос звучал громко в комнате с низким потолком.
«Он был слишком свирепым. У нас не было подходящего оружия. Он убил двоих моих людей, и подрал еще четверых. Мы набросили на него сеть и оставили там».
Кериан беззвучно возликовала. Орлиный Глаз был жив.
«Инструменты
Кериан услышала звон металла и ворчливое замечание, что железо скоро будет достаточно горячим. Она не сомневалась, для кого были эти «инструменты», и каково было их предназначение. Сквозь щелочку век она наблюдала, как торганцы расхаживали туда-сюда подле жаровни с раскаленными углями.
«Милорд, вы были правы, что следили за храмом», — сказал один из кхурцев. — «Откуда вы знали, что лэддэд вернется туда?»
«Я не знал. Но я давно подозревал, что Са'ида предатель. Меня не удивляет, что эльфы оставались с ней на связи. Она была их союзником, когда те находились здесь. Даже теперь она работает над разрушением вашего народа и ваших богов».
Ответы кхурцев сказали Кериан, что всякая щепетильность в отношении того, что они схватили жрицу, быстро угасала. Один из мужчин спросил, как следовало поступить с женщиной лэддэд. — «Сомневаюсь, что мы добьемся чего-либо от нее», — хладнокровно произнес чужеземец. — «Возможно, если она увидит, что придется вынести жрице, у нее появится больше желания поделиться своими знаниями».
Кхурцы занялись омерзительными предположениями на тему собственной стойкости Кериан перед лицом боли. Их злобный хохот придал ей решимости действовать. Когда достаточно из них отвернутся, она покажет им, что такое настоящая стойкость.
Чужеземец сделал резкий выговор. — «Почему эльфийка не связана?» — спросил он. Торганцы рассмеялись над его беспокойством. Они изрядно поколотили ее. Она не скоро очнется.
«Идиоты. Вы понятия не имеете, с кем имеете дело». — Он приказал ближайшему человеку связать Кериан руки и лодыжки.
Обмотанные тряпками сандалии парня направились к ней. Он нагнулся, чтобы взять ее безвольную руку. Используя его тело, чтобы скрыть движение, она вытащила свой потайной нож и погрузила в грудь человека. Тот открыл рот и рухнул на колени. Кериан зажала клинок в зубах и катапультировалась на руках и коленях. Она толкнула умиравшего человека в следующего ближайшего головореза. Прежде, чем тот успел среагировать, она уже была на ногах. Блеснул нож. Второй торганец рухнул на первого с перерезанным горлом.
Тусклое освещение комнаты не позволяло людям точно понять, что она сделала. Не поняв, что она вооружена, они решили, что та просто делает отчаянную попытку одолеть намного превосходящего противника. Лишь их чужеземного хозяина встревожило ее внезапное пробуждение. Кериан в первый раз увидела его. Тот сидел на краю длинного стола в дальнем конце комнаты. Его лицо освещала стоявшая перед ним на столе лампа. Кериан никогда не видела его прежде, но в нем легко можно было узнать неракца. Он был пожилым, лысым, с густыми темными бровями. Его тонкий плащ ничуть не скрывал доспехи и украшенную драгоценными камнями шпагу. Все это она заметила за один беглый взгляд, прежде чем тот выкрутил фитиль лампы.