Судьба
Шрифт:
Риш слушала, застыв, словно лазоревая мраморная статуя. Тедж надеялась, что та отслеживает всю эту путаницу лучше ее. Можно не сомневаться, что Тедж очень скоро ждет романтическое свидание с комм-пультом. Домашнее задание. Она ненавидела домашние задания. Но теперь ей ничего другого не остается.
– Все это привело к тому, что Форпатрил всю жизнь служил потенциальным магнитом для заговора недовольных политических партий. Его отчасти прикрывал клан кузена, а отчасти – его собственная манера поведения… полагаю, правильнее всего будет назвать это «откровенная посредственность».
– И мать Айвена Ксава не стремилась как-то продвигать его? – спросила Риш, явно озадаченная такой материнской оплошностью. – И даже не заботилась о его карьере?
– Насколько я могу судить, леди Элис всегда гораздо больше стремилась уберечь его от риска. Видите ли, он у нее единственный ребенок. Хотя она дама суровая. И если бы с Грегором что-нибудь случилось, уверен, она первым делом проследила бы, чтобы виновные были должным образом повешены с соблюдением всех традиций, а после этого, несомненно, вовсю занялась бы подготовкой сына к новым обязанностям.
– А мне казалось, что она секретарша, – еле выговорила Тедж. – В базе данных написано, что она какой-то секретарь. – Она посмотрела на Морозова, и тот ответил ей недоуменным взглядом. – Очаровательное преуменьшение?..
– Секретарь по протокольным вопросам Императорской резиденции. Многие десятилетия была официальной распорядительницей императора Грегора, теперь – первый помощник императрицы Лаисы. Одна из самых влиятельных женщин в столице, только влияние это она осуществляет по-своему – тихо и незаметно. Но мне известно, что шеф Иллиан никогда не позволял себе ее недооценивать.
Собирается ли Айвен Ксав познакомить ее со своей матерью, когда они прилетят в Форбарр-Султан? И если так, не лучше ли будет сначала сообщить ей о разводе, а уж потом – о свадьбе?
Пока Тедж переварила информацию, Морозов собрал остатки обеда и выставил поднос в коридор. А когда вернулся, то снова обратился мыслями к своим непосредственным обязанностям.
– А как баронесса вообще пришла к тому, чтобы создать вас, Драгоценностей? – непринужденно поинтересовался он у Риш. – Для нее это, должно быть, был очень захватывающий проект…
Потом настала очередь Тедж собрать воедино все, что осталось от ее сообразительности, и снова уклоняться от ответов, а мысли об Айвене Ксаве загнать в глубину сознания. Откуда он то и дело норовил высунуться, напоминая о предстоящих проблемах.
Как Айвен и надеялся, приманка сработала и на ближайшие несколько часов полностью отвлекла Деплена от запутанных личных дел его высшего фор-адъютанта, особенно после того, как в ходе инспекции был обнаружен первый грузовой контейнер, спрятанный под фальшивой антенной. За сим последовала весьма беспорядочная пожарная эвакуация, повсюду – армейская СБ, ошарашенные преступники, играющие в прятки по всему кораблю, капитан «Канзиана», жаждущий крови, мертвенно-бледный от ярости и раздосадованный открытием, что он прямо у себя под носом не разглядел преступную схему. Айвен отступил на задний план, документируя и комментируя весь этот цирк, как подобает идеальному адъютанту адмирала, коим он и являлся.
Устраиваясь поудобнее в кресле катера, чтобы лететь обратно, в Генштаб на планете, Деплен выглядел почти добродушным. И в кивке, которым он указал Айвену на кресло напротив, было на сей раз куда больше дружелюбия. Адмирал в блаженной усталости откинулся на спинку и прикрыл глаза, но через пару минут снова открыл их и несколько ошеломленно воззрился на своего подчиненного.
– Хорошая работа, Айвен. От тебя действительно есть прок.
– Спасибо, сэр.
– А я-то уже думал… ладно, не важно. Я твой должник.
«Айвен» – это хорошо. Айвен был «Айвеном», когда адмирал бывал им доволен, «Форпатрилом» – когда настроен нейтрально, и «капитаном» – когда Деплен бывал раздражен. Сейчас, вероятно, самый удачный момент перейти к обсуждению следующей темы. К тому же, учитывая продолжительность полета, другого случая просто не будет. Он вдохнул побольше воздуха.
– Рад, что вы так думаете, сэр. Так уж вышло, что мне как раз сейчас требуется одно личное одолжение. Связанное в какой-то мере со всем этим. – Он обвел рукой салон, напоминая своему слушателю об успешной операции на борту «Канзиана».
– Правда? – Деплен был достаточно благоразумен, чтобы ничего не обещать заранее, но интонация у него была вполне благодушная, и он кивком предложил Айвену продолжить.
– Мне нужно разрешение на брак и одобрение на проездные документы с Комарры до Барраяра для двух иждивенцев военнослужащего.
У Деплена глаза на лоб полезли.
– Айвен! Вот так неожиданность. И ведь даже словом не обмолвился – она комаррианка? Конечно, в этом нет ничего дурного, даже уже вошло в моду, но… а твоей матушке об этом известно?
– Датированные вчерашним числом, – решительно закончил Айвен, не давая адмиралу ни малейшей возможности дальше развивать в уме свои фантазии касательно тайного межпланетного романа.
Деплен умолк. Подобрался. И продолжил куда более прохладным тоном:
– Понятно. Так когда же на самом деле состоялось ваше бракосочетание, Форпатрил?
Все-таки не «капитан»; у Айвена еще оставалось пространство для маневра.
– Сегодня на рассвете, сэр. Так что, думаю, разрешение, подписанное сегодняшним числом, тоже было бы действительным, но вряд ли мы успеем это сделать до приземления.
– Полагаю, тебе следует начать с начала.
– Я так и хотел, сэр.
Айвен собрался с мыслями, пытаясь прикинуть, как бы свалить побольше вины на Байерли. Оперативники традиционно были отнюдь не против раскритиковать СБ за любой просчет, от самого незначительного до монументального. «Да, свалить все на отсутствующего никогда не вредно».
– Все началось трое суток назад, когда ко мне в квартиру заявился агент СБ, работающий под глубоким прикрытием, и попросил о помощи…