Судьба
Шрифт:
От этих размышлений мальчику стало тошно, но не так тошно, как от мысли вернуться к Майлз-сану с пустыми руками, да еще и опоздав на три дня. Он впился глазами в карту, стараясь запомнить улицы и повороты.
– Теперь я знаю, куда идти, – сказал он Мине, стараясь, чтобы это прозвучало уверенно, как и положено говорить старшему брату. – Пошли!
После того как лимузин «Белой Хризантемы» высадил их у консульства, Роик отправился наверх за милордом. Майлз проглотил две таблетки от головной боли и выпил несколько стаканов воды. Вернувшись в холл на
Майлз бросил:
– Общий сбор внизу.
Ворон кивнул и выпрямился, чтобы последовать за ними. По дороге домой почти не разговаривали. Аида сопровождала их на обратном пути. Милорд прикинулся усталым и задремал. Форлинкин, сдвинув челюсти, смотрел в окно. Роик внимательно разглядывал все вокруг, а Ворону просто не хотелось идти против общего настроения. Они спустились к двери комнаты связи и обнаружили ее закрытой и запертой.
Милорд нажал кнопку переговорного устройства:
– Форлинкин, вы там? Открывайте!
– Секундочку, милорд, – донесся из динамика голос Форлинкина.
Секундочка растянулась на несколько минут. Милорд притопывал от нетерпения, Ворон, зевая, присел на ступеньку.
– Напоминает дом с одним туалетом, когда родственники приезжают погостить, – заметил Роик, когда ожидание затянулось.
Милорд сухо посмотрел на него:
– Не знаю. Никогда не жил в доме с одним туалетом.
Роик насмешливо поклонился в ответ.
Наконец клацнул замок, сводчатая дверь распахнулась и консул впустил их. Его голубые глаза лихорадочно искрились, дышал консул прерывисто, словно только что пробежал дистанцию.
– Вы опоздали! – объявил он.
Милорд повел бровью:
– Не в первой. На что на сей раз?
У Форлинкина нервно подергивались губы.
– Я только что отослал кодированным лучом полный доклад обо всем, что видел, генералу Аллегре в генштаб Имперской безопасности на Барраяр! Никогда не думал, что доживу до такого: Форкосиган продался за деньги! Пусть моя карьера пойдет прахом, но и вам теперь конец, милорд Аудитор!
– Что ж, прекрасно. С этой частью разобрались.
Милорд толкнул дверь. Та захлопнулась со вздохом, неспособным передать весь драматизм настроения Форлинкина.
– Что?
Форлинкин сжал кулаки.
– Трудно не согласиться, что у каждого есть своя цена, – дружелюбно продолжил милорд. – Уж Винг-сан с этим согласен на все сто. Я-то больше опасался, что, если он не предпримет наступления сегодня, мне опять придется пережить весь этот парад предложений, как на конференции.
Если консул сейчас же не прекратит вдох, у него легкие лопнут! – подумал Роик и миролюбиво предложил:
– Престаньте дразнить беднягу, милорд!
«Вы ведь уже добились, чего хотели», – не стал добавлять он. Уж очень не хотелось Роику сражаться с консулом на полу, если тот вцепится милорду в глотку. А похоже, на грани такого нападения Форлинкин и находился. Вот интересно, «бесить» – это значит приводить в бешенство или изображать беса? У милорда и то,
Теряя терпение, милорд выдал:
– Люди вроде Винга не швыряются деньгами понапрасну, Форлинкин. Сначала им надо выяснить, можно ли подкупить объект. Я старался изо всех сил, помогая ему принять положительное решение. Садитесь, консул. Доктор, прошу вас. Настала пора поговорить.
Форлинкин приготовился отпустить какую-то колкость, как вдруг уголки его рта поникли.
– Лорд Форкосиган, так это что, спецоперация?
– Теперь – да. – Милорд вытянул консольное кресло и плюхнулся в него. – Сначала мы не были уверены, поэтому, собственно, меня сюда и прислали. Я мог стать и наживкой, и капканом одновременно. Во всяком случае, если б мы ничего не выгадали, то хотя бы сэкономили Империи деньги на скачковых перелетах.
Форлинкин медленно оседал в кресло напротив. Роик перевел дух и расслабился. Консул в смятении уставился на шифрокомм.
– Милорд… Я уже отправил доклад.
– Не извиняйтесь. Ваш следующий официальный посетитель вполне может оказаться нечистым на руку. Я перед вами также не стану извиняться, если вам от этого полегчает. Я уже имел дело с подкупленным дипперсоналом. Мне нужно было убедиться.
– Так вы меня проверяли?
Неприятный огонек, погасший было в глазах консула, вспыхнул снова.
– Ну а зачем, как вы думаете, я потащил вас сегодня за собой и позволил все это наблюдать?
Форлинкин сжал руки, лежавшие на коленях, в кулаки, однако сразу же разжал их – медленно, успокаиваясь.
– Ясно. Весьма действенный способ.
– Постарайтесь, пожалуйста, успевать за ситуацией. – Милорд подобрел и добавил: – Вам будет непросто, этот случай поставил в тупик многих аналитиков Имперской Службы безопасности. – Он повернулся к Ворону: – Ну а вы что интересного обнаружили во время экскурсии со Сторрзом?
Ворон скривил губы, всем видом выказывая сомнение.
– Не думаю, что увидел что-нибудь новенькое. Вся их криопрограмма вполне стандартна, с технической точки зрения – никаких нареканий. Я попросил показать мне процедуру вывода из криостаза, Сторрз ответил: «Таковых не запланировано», что к тому моменту меня уже ничуть не удивило. Правда, лаборатории для разморозки он мне показал. Выглядят вполне сносно. Он попытался выяснить, не привлекает ли меня перспектива работы в «Белой Хризантеме», пытался выяснить, сколько я зарабатываю. Я ответил, что в работе для меня привлекательнее разморозка, как более сложная, с медицинской точки зрения, процедура. Он сказал, что поговорит об этом, правда, не уточнил с кем. Потом мы вернулись и присоединились к вашему веселью, когда акробаты сменились клоунами. Как-то так…
Ворон пожал плечами.
Форлинкин только и мог делать, что моргать:
– Лорд Форкосиган, так доктор Дюрона ваш агент?
– Просто нанятый гражданский консультант, – разъяснил ситуацию милорд, – оплачиваемый из моих личных подорожных расходов. Получаете ли вы одновременно заработную плату от Группы Дюрона, Ворон?
Тот ухмыльнулся:
– Это конфиденциальная информация.
– Значит, да. Поэтому если вам понадобится помощь доктора, не стесняйтесь, пусть работает в две смены.