Судьба
Шрифт:
— Есть много способов, мой господин. Я знаю Таллинор, знаю коллективный разум народа этой страны, и то, как он работает. Я знаю короля и его недостатки. Я знаю Торкина Гинта и его сотоварищей. Представляю, как все они выглядят. Я могу привести вас к тем, кто его поддерживает, защищает или прячет.
Гот мог бы продолжать, но почувствовал, что сказано достаточно. Он видел, как златовласый человек кивает в задумчивости, обдумывая услышанное.
— А что вы хотите в обмен на такую верную службу?
— В обмен?
Готу очень понравилась эта мысль, и он даже начал прохаживаться по залу, размахивая руками, чтобы подчеркнуть свои слова.
— Из руин Таллинора мы можем построить новое королевство, мой господин. Ваше королевство, которое вы присоедините к Кипресу. И я стану им править для вас. Да и зачем останавливаться на Таллиноре? С вашей силой и моими знаниями мы можем захватить и другие страны.
Услышав о грандиозных планах Гота, Орлак засмеялся:
— А больше ничего не хотите?
Гот замер на месте.
— Да, сир, хочу. Я хочу присутствовать во время убийства Торкина Гинта. Но прошу, чтобы вначале его заставили смотреть, как его любимой Элиссе вспарывают живот, обезглавливают ее, а потом четвертуют. И я хочу стать ее палачом. Хочу смотреть ей в глаза и быть последним человеком, которого она увидит перед тем, как умереть.
Орлаку показалось, что этот Гот мыслит очень сходно с Доргрилом. Дядя уже предлагал найти и уничтожить всех членов семьи и друзей Гинта. Так что Гинту придется постоянно проявлять осторожность и обороняться. По мнению Доргрила, он никогда не сможет атаковать. Орлак видел в этом предложении смысл, а теперь появился этот незнакомец с похожим планом. Возможно, от него будет прок. Гот воспользовался своим преимуществом.
— Сир, чтобы помочь вам, я должен знать, что вы планируете для Кипреса.
— Планирую? Просто править.
— Как?
— Что вы имеете в виду, Гот? Вы же слышали, как я сказал тому скрипучему старику, что я буду править через женщину. По крайней мере, я с почтением отнесусь к их традициям.
— Значит, вы будете править через принцессу Сэйрел? — спросил Гот, пытаясь понять Орлака и зная, что рискует обратить на себя гнев этого могущественного человека.
Теперь в тупик был поставлен Орлак.
— Я пока не думал ни о какой конкретной женщине.
Гот нервничал, но продолжал задавать вопросы:
— Значит, вы можете убить королеву и поставить другую.
— Нет никакой королевы, Гот. Теперь вы меня раздражаете. Это вы ее убили,
Готу показалось, что у него в венах застыла кровь.
— Нет, мой господин, — ответил он, тщательно подбирая слова. — Я убил королеву Сильвен. А сейчас я говорю о принцессе… которую вскоре должны короновать и сделать королевой Сэйрел.
Орлак распрямился и уставился на Гота. Уродец удивил его, и Орлак пока не знал, как отнестись к этой новости.
Доргрил, который очень внимательно прислушивался к разговору, решил высказаться:
«Ее нужно найти и убить. Она слишком опасна».
«Зачем убивать?» — спросил Орлак, зная ответ в глубине души.
«Люди не успокоятся, пока имеется наследница. Всегда найдутся те (причем, таких немало), кто захочет видеть на троне королеву, которой этот трон принадлежит по праву. Ведь ты не хочешь, чтобы здесь началось восстание, пока ты решаешь вопросы в Таллиноре? Не теряй времени», — проворчал Доргрил.
Старший бог решил, что его племянник, несмотря на все магические силы — бесхарактерный и мягкотелый тип. Когда придет время, Доргрил с ним справится раз и навсегда, но этого момента следует подождать — до тех пор, пока он не возьмет под свой полный контроль все магические силы мальчика. Перед тем, как принимать решительные меры, надо точно выяснить, на что способен племянник.
Гот откашлялся, ему было неуютно. Он обратил внимание, что Орлак часто смотрит словно бы в пустоту. Эти паузы в разговоре нервировали бывшего Главного Инквизитора. Создавалось впечатление, будто внимание Орлака уходило совсем в другую сторону, что он видел что-то еще, разговаривал с кем-то другим.
Молодой бог вышел из задумчивости и посмотрел на Гота сверху вниз.
— Где находится принцесса?
Гот с облегчением заговорил снова. Молчание ему не нравилось.
— Предположительно у себя в покоях, — сообщил он. — Ее мало кто видел после смерти ее матери в Ниме и прибытия в город. У нее есть служанка, которая оберегает принцессу ото всех.
Гот очень тщательно выбирал последнюю фразу. Он решил, что выбрал подходящее определение, и удержался от ухмылки. Может, ему удастся вышвырнуть Хелу из дворца. Еще лучше, конечно, было бы ее убить или, что дало бы ему еще большее удовлетворение, заполучить в качестве рабыни.
Голос Орлака вывел его из мечтаний.
— Приведите девочку ко мне. Я поручаю вам, Гот, найти и привести ее.
— Прямо сейчас, Ваше величество?
Гот не был уверен, стал ли этот златокудрый мужчина монархом, но считал, что должен выказывать ему уважение. Орлак проигнорировал обращение.
— Неужели вы подумали, что я имею в виду завтра?
Гот почувствовал, что краснеет. Его нечасто удавалось уличить подобным образом.
— Нет, сир. Я предположил, что вы хотите увидеть ее прямо сейчас.