Судья
Шрифт:
— Ну, — вздохнул капитан. — Пошли!
К ним подошел мужчина в сером плаще. У него было очень напряженное лицо.
— Простите, я из комиссии по делам несовершеннолетних. Нужна ваша подпись.
Точилин ощупал его взглядом с головы до ног. Наморщил лоб, будто пытался вспомнить, где видел этого человека.
— Это не ко мне, — отмахнулся Быстров. — А что у вас?
— Ходатайство о лишении родительских. Шестьдесят девятая статья.
— Вы из школы?
— Да, я классный
— Вам к Чернухину. Пройдемте, это сюда.
Все трое вошли в кабинет. Быстров отвел Павла к столу Чернухина, а сам вместе с Точилиным прошел в дальний конец комнаты.
Инна Нестерова сидела на диване, глядя в одну точку.
Когда открылась дверь, Инна вздрогнула, но быстро овладела собой. Ее пальцы стискивали сжатые колени.
Точилин взял стул. Поставил напротив дивана, спинкой вперед. Сел, положил локти на спинку, свесив вниз руки. Инна сжалась под строгим, настойчивым взглядом глаз со стальным блеском.
— Снова здравствуйте, Инна Кирилловна. Я — Точилин Александр Сергеевич, следователь по расследованию особо тяжких преступлений областной прокуратуры в звании майора юстиции. Будем разговаривать.
Инна пристально смотрела на него.
— В чем меня обвиняют?
Голос ее прозвучал так громко и резко, что все, включая Павла, посмотрели на нее.
Павел уже получил подпись. Ему следовало уйти. Но он застыл у стены с документом в руках, странно глядя на Инну.
— Ни в чем, — вздохнул Точилин. — Пока ни в чем.
Он задумался.
— Расскажите нам еще раз, как все было.
Инна вздохнула.
С того самого момента, когда они с дядей ссорились у машины, и появился незнакомец в черном плаще, все пошло кувырком. Эти два дня Инна прожила в аду.
Она приехала к Илье на квартиру, где, как всегда, творился настоящий бедлам.
Девушка остановилась на пороге, усиленно улыбаясь. Никто не обращал на нее внимания. Впервые в жизни голову Инны посетила мысль, что друзьям нет до нее никакого дела. Умри она сейчас — вечеринка продолжится.
Илья поймал ее взгляд. Он сидел во главе стола. Рядом, пунцовая от вина и счастья, Вероника в голубом топике и джинсах с низким поясом. Правую руку Илья просунул под мышкой, сжимая ее грудь.
Инна с болью следила, как Илья наклоняется к Нике. Шепчет на ушко. Та смотрит на Инну с торжеством.
Илья убрал руку с ее груди. Встал из-за стола. С возгласом: «А вот и наша Инна!»
— Легка на помине! — крикнул кто-то.
— Вспомнишь говно, вот и оно! — процедила Вероника.
Илья поцеловал ее.
— Как доехала? Нормально?
— Да.
Илья усадил ее за стол под грохот металла — Pantera, или что-то в этом роде — и все было как всегда.
Инна сидела молча, почти не
Она заперлась в ванной. Оперлась руками на раковину. Посмотрела в зеркало.
За спиной стоял Он. Черный плащ с капюшоном без тела. Поднимает ладонь с длинными тонкими пальцами. Приветливо, издевательски машет.
Инна вскрикнула. Обернулась. Никого.
Она осела на пол вдоль стены. Спрятала лицо в ладонях.
Выплеснув боль и отчаяние в слезах, встала, привела себя в порядок.
Илья стоял в коридоре, скрестив на груди руки.
— Колись. Что с тобой?
— Ничего. Все в порядке.
— По-твоему, я дебил?
Инна молчала.
— В чем дело?
— Ни в чем, — она выдавила улыбку.
— Тогда встряхнись и не порть мне праздник. Сидишь с кислой рожей. Смотреть тошно.
— Хорошо, — Инна кивнула. — Прости.
Они вернулись в безумие залы. Но девушка не могла избавиться от ощущения, что все смотрят на нее с подозрением.
А потом — звонок в дверь.
Инна вздрогнула. Со страхом посмотрела в сторону двери. Илья, Вероника, Болт, Мигунов сразу смолкли. Кто-то бросился открывать и вернулся с мертвым лицом.
В зал вошли менты. Быстров с отвращением огляделся.
— Нам нужна Инна Нестерова. Кто знает, где она?
— Это я, — Инна сжалась. — Что вам?
— Ваш дядя найден в лесу. Он убит.
Инна дернулась, словно осужденный на электрическом стуле. Неестественно округлила глаза.
— Что? — ахнула она. — Как? Где? Господи…
Она всю жизнь будет стыдиться своей неубедительной актерской игры в тот миг. Даже Болт и Мигунов не поверили. А уж их-то никто не назовет ценителями искусства.
— Вы должны ехать с нами.
Инна подчинилась. Она покидала квартиру, ощущая промеж лопаток прожигающий взгляд Ильи. Девушка знала — после допроса в отделении ее ждет еще один, домашний. И неизвестно, что хуже.
Она объяснила милиции все как есть. Ей не поверили (что неудивительно). Взяли мужика с камерой, поехали на место. Инна все показала. Где стояла она, дядя, как подошел убийца, как убил дядю. Конечно, многое она опустила — например, странные слова Господина Убийцы. Когда все закончилось, приливом нахлынуло облегчение.
На следующий день встретилась с Ильей. Тот наказал ее за то, что засветилась у ментов. Очень серьезно наказал. Так, что Инна два дня не вставала с дивана. И ходила с кровью. Она смотрела на кофейного цвета мочу в унитазе, и думала: «Вот он, цвет моей любви» И хохотала.