Судья
Шрифт:
Он вытянул руку над жертвой. Поднес к запястью лезвие ножа. Резанул. Нестерпимая боль обожгла руку. Илья, не стыдясь, издал звериный крик, чтобы выпустить боль.
Нож перерезал вены, но кровь не хлынула. Илья поднес руку к лицу, разглядывая края раны, похожие на безгубую щель. На коже выступило несколько капель крови. И только.
Саша и Андрей изумленно вскрикнули. Такого раньше не бывало. После обрядов они могли по трое суток не спать, неделями не испытывали голода и
У Ильи задрожали коленки.
— В чем дело, Хозяин? — его голос дрожал. — Ты не принимаешь жертву?
Никто не ответил. Илья бросил нож в угол. Тот со звоном покатился по камням.
— ВСЕ ПРОПАЛО! — закричал Илья, хватаясь за голову. — ХОЗЯИН НАС ОТВЕРГ!
На лицах друзей отразился ужас.
Андрей вытаращился на жертву.
— Сатана не взял ее. Мы убили человека, Илья! Нас будут судить!
Илья сглотнул.
— Берите меня за руки!
Они снова соединили руки над жертвой.
Монотонно и торжественно забубнили на три голоса:
— САНЬИРОТ, САНЬИРОТ, САНЬИРОТ… РОГИ ОВОСНЕД АВОРОГЕ… АВЕ САТАНИ, АВЕ САТАНИ, АВЕ САТАНИ…
Тщетно.
Илья скинул мантию через голову.
— Нам нельзя больше здесь оставаться. Идемте. Вероника, идем. Вероника!
Он обернулся. Девушка сидела на полу, обхватив руками колени, уставясь в никуда.
Илья подошел к ней, взял за руку, помог встать.
Наверх, из пропахшего кровью ада, вели семь ступеней. Семь смертных грехов.
Целомудрие.
Покорность.
Милосердие.
Жалость.
Трусость.
Любовь к ближнему.
Илья взглянул на Веронику. Девушка казалась отрешенной.
— Ника?
— Да.
— Как ты?
Она ответила не сразу.
— Это ужасно, Илья. Ужасно.
Она разрыдалась.
— Бедная девочка. Что она вам сделала?
Илья обнял Веронику. Поцеловал в висок.
— Успокойся. Все позади.
— Обещай, что никогда сюда не вернешься.
— Обещаю, — он лгал.
Илья поднимался вслед за Сашей и проклинал себя. Какого черта он притащил сюда девчонку? Когда они ехали на машине, смеясь над хохмами Андрея, спускались в подвал, это казалось забавным.
«Что я собирался делать? Напугать ее? Похвастаться? Ах да… Чтобы она любила меня. Любила за то, что я режу девственниц».
Сверху забрезжил свет. Повеял свежий ветерок. Послышался шум автомобилей.
Вероника с тревогой взглянула на Илью.
— Любимый. Все в порядке?
Он кивнул.
Саша шел впереди. Его спина и затылок маячили перед глазами. Андрей убежал вперед. Был уже у самого выхода.
— Болт! — позвал Илья.
Андрей развернулся и спустился вниз. Саша остановился,
— Ты выйди. Жди в машине. Через пять минут догоним.
— Чего тебе? — спросил Андрей. Они с Сашей стояли на одну ступеньку выше, глядя на лидера сверху вниз.
Илья бросился на них, схватил за вороты рубашек и скинул обоих с лестницы. С воплями его друзья и соратники скатились по ступенькам.
Андрей сломал шею. Саша упал на него, и потому выжил.
Он встал. Развернулся, сжав кулаки. Илья подскочил к нему. Всадил нож в низ живота. Изо рта Саши хлынула кровь. Глаза остекленели. Хрипя, он рухнул мешком костей. Илья вытер со лба пот. Достал платок, стер с рукоятки отпечатки пальцев. Вложил нож в ладонь мертвеца.
Вероника сжалась на переднем сиденье. По радио звучал «Князь Тишины».
Илья завел мотор. Задом выехал на трассу. «БМВ» помчался к Высоким Холмам.
— Где Болт и Мигунов?
Илья не ответил. Вероника вгляделась в его лицо.
Сказала, чтобы он прижался к обочине.
— Я хочу выйти.
— Хозяин-барин.
Илья открыл дверцу.
— Скатертью дорожка.
Вероника с каменным лицом вылезла из машины. От Ильи не ускользнуло, на заднем сиденье она оставила сумочку.
Он медленно поехал, глядя в зеркальце. Ника прошла десять шагов. Развернулась. Побежала за машиной, крича и размахивая руками.
Илья распахнул дверцу. Вероника влезла в кабину.
— Поехали, — грубым голосом сказала она.
Минуту спустя Илья сказал:
— Ты специально ее забыла.
Вероника молча грызла ногти.
— Я люблю тебя.
Девушка с удивлением взглянула на Илью. Улыбка озарила ее несчастное лицо.
Он впервые произнес эти слова.
На квартире молча раздевались, не глядя друг на друга.
— Ника…
Девушка обернулась. Отвела взгляд.
Илья положил руки ей на плечи.
Ника не успела снять сапоги. Илья задрал на ней юбку, прижал девушку к стене. Вошел в нее сильно и четко, словно воткнул нож в яблоко. Ее пальцы впились в его затылок.
Все произошло стремительно. Ника кричала. Они не думали о том, что слышат соседи. Соседи умерли.
Сидя на полу, среди сброшенных пальто и курток, Илья курил.
«Инна, сука, ты меня кинула. Связалась с ничтожеством».
Илья вспомнил встречу с учителем в клубе. Нельзя сказать, чтобы тот совсем не произвел впечатления. Что-то есть в этом Павле. Рожа у него хитрая и злая.
Илья встал, потушил сигарету о ладонь. В розовой мякоти осталась круглая ранка цвета сырого мяса, с черными от копоти краями.