Сумасброд

Епринцева Яна

Незнакомец ничего не заметил, развернулся и направился в ту сторону, откуда пришёл до этого.

Я же осталась в подворотне и попыталась забиться в самый дальний уголок, чтобы не попадаться на глаза тем, кто, возможно, сюда забредёт. А что ещё оставалось делать? Скитаться по ночному городу, в поисках новых приключений? Искать безопасное место? Но где его искать, я не знала. Да и сказать по правде, для одинокой девушки нет на улицах ночного города такого места.

Я прижалась к стене, дрожа и всхлипывая. В этот миг на меня навалилась

такая всепоглощающая безысходность, хоть волком вой.

«Мне не выжить на улице», – билось в голове, а воображение рисовало ужасающие картины моей предполагаемой гибели.

Из горестных размышлений меня вывел уже знакомый голос.

– Ты почему домой не идёшь? Ждёшь, пока вернётся та шантрапа?

Я вскинула голову и встретилась взглядом с удивительно красивыми синими глазами, окружёнными тёмными ресницами. Казалось, они светятся изнутри, что делало их ещё более необыкновенными. Надо мной склонился тот самый незнакомец, что только что спас из рук местного отребья.

Заворожённая его восхитительными глазами, я не сразу смогла ответить, а просто сидела на земле и, открыв рот, пялилась на резко очерченное лицо.

– Идти некуда? – догадался парень.

Я кивнула.

– Ты не похожа на уличных девок. Испуганная, как пойманный в силки зайчонок. Говори, как сюда попала?

И я рассказала ему всё с самого начала. Рыдая и всхлипывая, поведала обо всех тех несчастьях, что обрушились на меня. О болезни и смерти родных, о потере дома и лавки, о том, что осталась на лице и что не ела уже второй день.

Парень слушал внимательно, пристально разглядывая меня синими глазами. А когда я умолкла, задумчиво произнёс:

– Что-то мне это напоминает. Во всяком случае, родственнички, желающие уничтожить ради своих интересов, у меня тоже имеются. Ладно, идём.

– Куда? – встрепенулась я.

Незнакомец пожал плечами и протянул мне руку, предлагая помочь подняться.

– Ко мне домой.

Я замерла, не смея принять его руку. Идти куда-то с незнакомым мужчиной, не самая хорошая идея. Мало ли что этот большой и сильный парень захочет со мной сделать. Хотя, что бы он ни задумал, на улице меня ждёт ещё более ужасающая участь, в этом я даже не сомневалась.

Парень не настаивал. Было очевидно, что ему совершенно всё равно – приму я его помощь или нет. Он явно не собирался уговаривать меня или принуждать. Не соглашусь – спокойно уйдёт. Соглашусь – примет это как само собой разумеющийся факт.

И я решилась. Терять-то всё равно уже было нечего. Вложила свою худую руку в его большую ладонь и встала на ноги.

– Я снимаю маленький дом в паре кварталов отсюда. Ближайший месяц поживу в вашем городе, можешь остаться на это время. А там видно будет, – сказал он, отпуская мою руку и делая знак следовать за ним. – Меня Велес зовут. А тебя как?

– Горинка, – произнесла я своё имя.

Парень вышел из переулка и направился вдоль освещённой масляными фонарями улице. Я семенила

за ним, изо всех сил стараясь не отставать.

– Красивое имя… Что ж, Горинка, спокойной жизни я тебе обещать не могу. Возможно, ночью кто-то попытается проникнуть в дом и прирезать меня. Или нам придётся спасаться бегством, если вдруг явится отрад княжеских чародеев, арестовывать неугодного правительству человека, то бишь – меня. Но, во всяком случае, у меня есть немного еды и свободная кровать, где ты сможешь выспаться лучше, чем в этой подворотне. Как-то так, – сказал он, шагая по мощёному камнем тротуару.

На красивом лице не было ни тени отчаяния или страха, как будто он говорил не о реальной угрозе своей жизни, а обсуждал поездку в театр на вечернее представление.

Глава 2

Дом Велеса находился в самом конце улицы. Он стоял в отдалении от остальных участков, окружённый старыми соснами и густыми зарослями шиповника. Приземистое и мрачное строение смотрело на мир чёрными провалами окон, тускло поблескивающих в свете одинокого фонаря.

Почему-то мне стало страшно идти по заросшей сорной травой дорожке, среди тёмных кустов, из которых то и дело доносились пронзительные крики ночных птиц и оглушительный стрекот сверчков. К тому же вспомнились слова парня об убийцах, желающих прирезать его. Вдруг они затаились где-то поблизости?

– Здесь никого нет. Поверь моему чутью, – бросил Велес, как будто почувствовав мой страх.

Я кивнула и поспешила вслед за ним, стараясь держаться как можно ближе к своему нежданному защитнику.

Когда мы вошли в дом, к нам навстречу выскочил подросток с горящей свечой в руке. Худощавый и взъерошенный, он зевал и морщился, всем видом показывая своё недовольство. На мальчишке была льняная рубашка, просторная и, из-за позднего времени, не подпоясанная, а также тёмные штаны, заправленные в мягкие кожаные сапожки. Так, обычно одевались слуги богатых горожан или купцов.

– Где ты был, Велес… – начал было подросток, но увидел меня и воскликнул: – о-о-о, а это ещё кто?

Спасший меня чародей прошёл вглубь комнаты и уселся в стоящее у стены кресло. Он вольготно закинул ногу на ногу и лишь после этого ответил:

– Это Горинка. Поживёт у нас.

Мальчишка уставился на меня, с видимым недовольством изучая пронзительными чёрными глазами.

– Что-то она мне не нравится. Как бы, не украла чего, – пробормотал он, с вызовом задрав острый подбородок.

Я так и задохнулась от возмущения, ведь таких обвинений мне ещё никто не предъявлял!

– Что? Я не воровка… – голос мой сорвался от обиды, а на глазах навернулись слёзы.

Как же ужасно быть бесправной и одинокой! Я моментально почувствовала себя лишней в этом доме, да и вообще во всём этом жестоком мире. Никому не нужная, измученная и униженная, я вынуждена выслушивать дерзости от малолетнего слуги.