Сумеречный стрелок
Шрифт:
Я с трудом принял сидячее положение и внимательно оглядел себя. Лучше бы этого не делал! Чумазый, худощавый, в засаленном пыльном рванье. Замечательно! Мало того, что оказался в чужом мире, да еще в теле жалкого задохлика—раба. По привычке попытался диагностировать своё состояние, но натолкнулся на какой-то невидимый барьер. Элементарная магия, доступная каждому в моём мире, здесь не сработала. Демоново пекло! Что бы это могло значить? Только не говорите мне, что ее здесь нет!
Память моего предшественника вновь помогла. Я нашёл нужный клочок
— Ты оглох?! Иди разгребать завалы!
В своей руке он держал… необычную плеть. Её хлыст слегка светился. Значит, в этом мире всё-таки есть магия. В моём мире этот мудак бы уже, хрипя, падал на землю со стрелой в горле. Здесь же я дам ему ещё один шанс. Успокоив себя таким образом направился в сторону ближайшей кучи.
Тот старичок, который меня вытащил из каменной ловушки, споткнулся и упал на пол пещеры. Тут же среагировал один из надзирателей. Я понял это по их синей форме, разительно отличающихся бело-серых тряпок рабов.
— Эй, старик! — крикнул подкачанный цербер, и плеть ярче загорелась у него в руке. — Пошевеливайся!
Но старичок закопошился, а затем вновь упал, запутавшись в своем тряпье. Было заметно, что он выбился из сил.
Щёлк!
Раб жалобно вскрикнул, и на его спине явно стало еще одним рубцом больше, а у меня внутри всё перевернулось. Ненавижу, когда бьют беззащитных. К тому же я обязан этому человеку, а долги Рагнар де Лисс привык отдавать.
— Живей! — прикрикнул надзиратель на старичка и… щелкнул плетью ещё раз.
Старик упал на четвереньки и что-то забормотал себе под нос. Вот же черти, довели дедушку!
— Поднимайся и вали работать! — рыкнул надзиратель.
— Сейчас, сейчас, сейчас, — забормотал себе в бороду дедок и кое-как встал.
— Да что такое?! — надзиратель подошел ближе и приготовил свой кнут. — Считаю до трёх. Раз, два…
— Хватит! Не трожь старика, — вышел я вперед, загородив жертву.
— Ты сдурел?! — закричал надзиратель. — Иди работай и не вмешивайся. А то скоро и твой черед настанет.
— Оставь его в покое! — я никуда не собирался уходить.
Надзиратель какое-то время пребывал в ступоре. Сразу видно, что этот человек не привык, что кто-то из рабов ему мог возражать. Во взгляде его было искреннее изумление. Ну а потом зарычал, и… я не успел среагировать. Ещё недавно быстрый Рагнар теперь кое-как увернулся от удара, а следующий сбил меня с ног, и я полетел носом в землю.
— Ты самый смелый, да?! — громила решил подойти поближе. Я увидел появившуюся у него в руках дубинку. — Я тебя проучу, пыль ты вонючая!
Конечно, он бы мог и кнутом меня ещё раз ударить, но, видимо, привык уже, что таких, как он, здесь боятся. Вот только я не из пугливых.
Громила размахнулся, но я был уже готов к такому повороту событий. Конечно, я понимал,
На глазах изумленных рабов надзиратель упал на колени и принялся хватать ртом воздух. Да он и сам был изумлен не меньше.
Что я не учёл, так это внимание еще трех мучителей. Они были на месте уже через минуту, и принялись знатно хлестать меня плетьми, не давая возможности встать. Примерно на двадцатом ударе я и отключился.
— Зря ты меня защищал, сынок, — прошамкал старик. — Мне уже немного осталось. А вам-то жить ещё да жить.
Мы находились в небольшой пещерке, в углу которой догорал костёр. На нём недавно готовилась какая-то лечебная смесь, а сейчас старик мазал мои раны, как он объяснил, лечебными травами, названия которых мне ничего не скажут. Что удивительно, я почувствовал, как стало значительно легче.
— Я не мог иначе, — ответил ему. — Да и разве это жизнь.
— Это тоже жизнь. Но ты прав, мы здесь все обречены, — вздохнул старик.
— Обречённость? — усмехнулся я разбитыми губами. — Для меня нет такого слова.
Старик вдруг подвинулся ко мне и нахмурил седые брови:
— Ты ведь ничем не отличался от остальных, но после того, как произошел этот взрыв и тебя завалило… что-то изменилось.
— Прозрел, — пожал я плечами, и зря это сделал. Ещё не зажившие раны дали о себе знать. Едва сдержался, чтобы не поморщиться от боли.
— Не шевелись. Так быстрей пройдёт, — прошамкал старик и после непродолжительной паузы спросил меня:
— Знаешь, что дальше будет?
— Понятия не имею.
— Они придут. Очень скоро. И попытаются тебя поднять для работы на руднике. А если ты не встанешь… кинут в яму.
— Яма… что там?
— Оттуда ещё никто не возвращался.
Слова старика дали совершенно противоположный эффект. Он ожидал страха… Я наоборот был очень заинтересован туда попасть. Лучше уж погибнуть в бою, чем влачить такое жалкое существование. Я попытался расспросить своего собеседника об обитателях таинственной ямы. Бессмысленно. Он лишь кривил лицо и точно сказать не мог, что в ней такого особенного. Но, по-моему, просто не знал.
Это произошло, когда старик отсел в сторонку, тихо забормотав себе под нос какую-то белиберду. Явно умом тронулся. Он периодически «очень ненавязчиво» косился в мою сторону, даже не догадываясь, что я это вижу. На фоне очередной вспышки бормотаний «сокамерника» в пещеру вошли два охранника, которые, особо не церемонясь, раскидали наш костёр.
— Встать! — заорал у меня над ухом один из них, более здоровый и агрессивный.
Я покосился на него и «дружелюбно» улыбнулся. Если б он знал, что таит в себе эта улыбка, бежал бы отсюда сломя голову. Только вот я уже не прежний… Сейчас же он воспринял мой жест как насмешку.