Сумерки Джедаев
Шрифт:
Он остановился, повернулся к ней и помахал рукой так, чтобы это хотя бы казалось реальным подтверждением.
– Еще одно маленькое дельце, - крикнул он в ответ. Лейя гневно нахмурилась и еще раз развернулась к рейсовому офицеру, разрываясь между ним и порядочного размера толпой, собравшейся у основания посадочного трапа корабля.
– Корабль, несомненно, сможет вместить еще немного.
Губы офицера превратились в узкую полоску.
– Мы уже загружены по максимуму, посол, - он проследил за ее взглядом, обращенным на толпу, потом
– Но, возможно, мы сможем втиснуть еще немного.
Лейя с признательностью коснулась его предплечья, и они вдвоем поспешили к трапу. За барьером солдат во главе ряда эвакуируемых стояла группа инопланетян с хвостами, колючими волосами и бархатным мехом, одетых в яркие, хоть и потертые юбки с запахом. Рины, с удивлением поняла Лейя - вид, к которому принадлежал новый друг Хэна Дрома.
– Четверо, - напомнил рейсовый офицер, пока Лейя считала ринов по головам.
– Кого-то придется оставить.
Шестерых, если быть точными, сказала себе Лейя. Даже так, лучше четверо, чем ни одного. Она втиснулась между двумя ближайшими к трапу широкоплечими солдатами и поманила инородцев.
– Вы четверо, - объявила она, по очереди указывая на каждого.
– Поторопитесь!
На их лицах появились выражения радости и облегчения. Выбранные четверо повернулись, чтобы обменяться объятиями с теми, кого должны были оставить. Одной из женщин-ринов в первом ряду сзади передали спеленутового ребенка. Лейя услышала, как кто-то сказал:
– Мелисма, если найдешь Дрому, скажи ему, что мы здесь.
Лейя вздрогнула и посмотрела вокруг в поисках того, кто назвал это имя, но искать говорившего рина не было времени.
Солдаты уже отступали по трапу, забирая ее с собой.
– Подождите!
– воскликнула она, неожиданно останавливаясь и отказываясь идти дальше.
– Скиддер! Где Скиддер? Он уже на борту?
Она наклонилась вперед, чтобы взглянуть на опустошенную посадочную зону, и заметила, как он пробивается к кораблю, волоча за собой женщину, а левой рукой укачивая длинноволосого ребенка. Зрелище заставило Лейю замереть. Может быть, Скиддер в конг$е концов и вправду изменился.
– Проследите, чтобы они попали на борт, - проинструктировала Лейя старшего офицера, сделав паузу, когда в пермакрит всего лишь в метре от трапа ударил снаряд, выпущенный кораллом-прыгуном.
– И мне все равно, если вам придется впихивать их с рожком для обуви.
Смерть преследовала челнок до самого космоса. Она плевалась снизу огнем, пронзала ракетами, захватывала довинами-тягунами, спрятанными в военных кораблях, находившихся у атмосферы Гиндина. В задачу эскорта «крес-токрылов» входило проложить дорогу сквозь рой кораллов-прыгунов и открыть огонь по аналогу фрегата, пожертвовав пятью пилотами в этой попытке провести эвакуируемых в безопасность.
Лейя сидела в тесной рубке, наблюдая как бушует битва и гадая, доберутся ли они до транспорта вовремя. Кораблю, стартовавшему до рассвета, не так повезло. С пробитой
Где бы ни блуждал взгляд Лейи, везде он наталкивался на атакующие друг друга лазерами и ракетами судна Новой Республики и йуужань-вонгов; когда корабли врага снижались, крылообразные проекции растягивались, а кораллы заливались малиновым румянцем. Поодаль от планеты находились те прибывшие, о которых упомянул капитан Иланка. Два корабля имели похожие на тенты чехлы, созданные из какого-то прозрачного материала; из чехлов, словно дендриты из гнезда насекомых, торчала дюжина или более конечностей.
Третий ничто так не напоминал, как гроздь слипшихся пузырей или кладку насиженных яиц.
Беженцы с Гиндина в пассажирской каюте челнока разговаривали друг с другом приглушенными голосами или отчаянно молились различным богам. От группы волнами исходил страх, который обжигал Лейе ноздри. Она прохаживалась между ними, когда по кораблю прошла знакомая дрожь, и она с облегчением поняла, что им завладел луч захвата.
Мгновение спустя челнок осторожно, почти нежно, втащили в стыковочный отсек транспорта.
Но смерть настигла их даже там.
Во время высадки в самоубийственном полете в трюм примчалась пара коралловпрыгунов, которые каким-то образом обманули энергетические шиты транспорта. Сделав крутой разворот на палубе, они взорвались, стукнувшись о противоударный щит, который вовремя подняли. Несколько беженцев и членов команды были убиты, еще два десятка - ранены.
Две помощницы Лейи, которые оставались на борту транспорта, поспешили к ней, когда она поднималась с замусоренной кораллами палубы. Она ясно дала понять, что она думает о их попытках убрать волосы с ее лица.
– Вы обеспокоены моей прической, - гремела она, - когда людям здесь нужна немедленная медицинская помощь?
– Но ваша щека, - произнесла одна из женщин, раздосадованная.
Лейя совсем забыла о шрапнели. Рука сама по себе повторила движение, которое она делала на планете, прослеживая кончиками пальцев приподнятые края от раны, которая теперь открылась. Она устало выдохнула и села на палубу, скрестив ноги.
– Извините.
Она молча позволила, чтобы рану обработали, неожиданно осознав, насколько она устала. Когда подошли Ц-ЗГЮ и Олмахк. она сказала:
– Не могу вспомнить, когда в последний раз спала.
– Это было пятьдесят семь часов шесть минут назад, госпожа, - предоставил информацию Ц-ЗПО.
– Стандартного времени, разумеется. Если вы предпочитаете иначе, я могу выразить продолжительность другими отрезками времени, в таком случае…
– Не сейчас, Ц-ЗПО, - слабо запротестовала Лейя.
– На самом деле, может быть, тебе лучше погрузиться в масляную ванну до того, как твои двигательные части застынут.
Ц-ЗПО, почти подбоченясь, склонил голову набок.