Сумерки героя
Шрифт:
Во рту у Ю-ю пересохло. Он услышал какой-то скребущий звук слева и повернулся туда, подняв меч. При свете клинка он увидел, как скрылась за камнями темная тень. Где-то рядом раздалось рычание, эхом отозвавшееся в ночи. Ю-ю окаменел. Руки у него тряслись, и он так сжимал рукоять меча, что не чувствовал пальцев.
«Это просто дикие собаки, заставляющие светиться меч раджни?»
Дрожащей рукой он протер глаза от пота и оглянулся на лошадей. Серая кобыла дрожала от ужаса, выкатив глаза и прижав уши. Гнедой мерин Кисуму рыл копытом землю. Со своего места Ю-ю мог
Эта мысль была как глоток холодной воды для умирающего от жажды.
Он бросил взгляд на Кисуму, сидящего на земле со спокойным, как всегда, лицом, и выругался в приступе гнева.
— Только круглый дурак способен искать встречи с демонами, — визгливо заявил он.
Луна, показавшись в просвете между тучами, озарила призрачный город Куан-Хадор. При ее свете Ю-ю разглядел несколько шмыгнувших за камни фигур — и тучи снова сгустились. Ю-ю облизнул губы и попятился поближе к Кисуму.
— Проснись! — крикнул он, пиная раджни.
Луна проглянула снова, и темные фигуры опять шмыгнули в стороны — на этот раз они уже были ближе. Ю-ю вытер потные ладони о штаны и помахал мечом влево и вправо, разминая мускулы плеч.
— Я Ю-ю Лиань! — крикнул он. — Я великий воин и ничего не боюсь!
Я чую вкус твоего страха,ответил чей-то шипящий голос.
Ю-ю шарахнулся назад, споткнулся о загородку, перевалился через нее и тут же вскочил.
Черная громадина бросилась на него, разинув пасть и нацелившись клыками ему в лицо. Ю-ю взмахнул мечом. Клинок врезался в шею противника, перерубив кость и вызвав фонтан крови. Мертвое чудище рухнуло на Ю-ю, сбив его с ног. Перекатившись по земле, он встал на колени и поднялся на ноги. От убитого демона повалил дым, наполняя воздух жуткой вонью.
Еще пятеро чудищ карабкались через груды камня, окружая Ю-ю. Теперь он рассмотрел, что это собаки, но таких собак он еще не видывал. С огромными головами, с буграми мускулов на плечах, они глазели на него, и в их кровожадных взглядах чувствовался разум.
Серая кобыла внезапно взвилась на дыбы, оборвала привязь и перемахнула через стену. Гнедой последовал ее примеру, и обе лошади галопом понеслись к холмам. Псы не обращали на них никакого внимания.
Голос послышался снова, и на этот раз Ю-ю сообразил, что он звучит у него в голове.
Ваш орден пришел в большой упадок со времен Великой Битвы. Моим братьям приятно будет услышать об этом. Могучие риадж-норы, бывшие некогда львами, превратились ныне в испуганных обезьян с яркими мечами.
— Покажись, — сказал Ю-ю, — и эта обезьяна смахнет с плеч твою вшивую башку.
Так ты не видишь меня? Еще того лучше.
— Зато я тебя вижу, порождение тьмы, — раздался голос Кисуму, и маленький раджни встал рядом с Ю-ю. — Одетый в теневой плащ, ты стоишь на безопасном
Ю-ю заметил, что Кисуму смотрит на восточную стену, и прищурился, стараясь сам разглядеть что-нибудь, но ничего не увидел.
Дьявольские собаки зашевелились, однако Кисуму не спешил обнажить свой меч.
Я вижу, что львы еще остались в этом мире. Но и львы умирают.
Собаки ринулись вперед, и меч Кисуму сверкнул во мраке. Две собаки упали, корчась на камнях, третья врезалась в Ю-ю и вцепилась ему в плечо. Взвыв от боли, он вогнал свой меч в брюхо зверя. Пес, издыхая, разжал челюсти, и страшный вой огласил руины. Ю-ю рубанул его по черепу, меч заклинило. Пока Ю-ю отчаянно пытался освободить клинок, на него накинулись двое оставшихся тварей. Кисуму рассек одному шею, но второй, распластавшись в прыжке, летел прямо к горлу Ю-ю.
В этот миг в черепе чудовища вдруг выросла черная стрела, а вторая пронзила ему шею. Пес рухнул к ногам Ю-ю. Тот, вытащив наконец меч, оглянулся и увидел Серого Человека на мышастом мерине, с маленьким арбалетом в руке.
— Пора уходить, — тихо молвил всадник, показывая на восток.
Оттуда медленно катилась через руины стена тумана. Серый Человек развернул коня и поскакал прочь. Ю-ю и Кисуму последовали за ним. У Ю-ю сильно болело плечо, по левой руке струилась кровь, но он, несмотря на это, бежал что есть мочи.
Видя, что Серый Человек ускакал далеко вперед, он крикнул:
— Чтоб ты сдох, ублюдок!
Туман позади приближался, перемещаясь гораздо быстрее Ю-ю. Кисуму, оглянувшись, подхватил шатающегося Ю-ю под руку.
— Прибавь еще чуть-чуть.
— Он... все равно... догонит.
Но они тем не менее бежали, вкладывая в это все силы. Ю-ю услышал стук копыт и увидел, что Серый Человек скачет назад, держа в поводу кобылу и гнедого. Кисуму помог Ю-ю влезть в седло и бросился к своему коню.
Туман был совсем близко, оттуда несся грозный рык.
Кобылу не пришлось понукать — она мигом снялась с места. Ю-ю держался за седло. Лошадь тяжело дышала, когда они доскакали до холмов, но паника придала ей сил, и она резво двинула в гору.
Серый Человек, ехавший чуть впереди, повернул коня и посмотрел на равнину.
Туман клубился у подножия холма, но выше не поднимался. Ю-ю покачнулся в седле, почувствовал поддержавшую его руку Кисуму и провалился во тьму.
Высокий, одетый в синее лекарь Мендир Син положил свежую примочку на плечо раненого и вздохнул.
— Никогда еще не видел, чтобы рана так себя вела, — сказал он Нездешнему. — Это обыкновенный укус, но он не затягивается, а, наоборот, разрастается. Теперь дело обстоит хуже, чем когда вы его привезли.
— Вижу, что хуже, — сказал Нездешний. — Что можно предпринять по этому поводу?
Лекарь, пожав плечами, стал мыть руки в тазу.
— Я обработал рану лорассием, который обычно хорошо помогает от всякого заражения, но кровь не свертывается. Будь такое возможным, я сказал бы, что в ране содержится что-то, разъедающее плоть.