Сумерки. (TWILIGHT)
Шрифт:
Вы можете предположить, что люди из другого мира так же попадают к нам. Я знаю один такой случай, произошедший в Аргентине, в то время я как раз был там неподалеку. Однако это совсем другая история.
Поэтому, дорогой Моффет-пароход, если «Мария Селеста» и другие корабли пересекли барьер, они вполне могут еще плавать в другом мире. Однако, в случае с «Марией Селестой», экипаж мог быть похищен для исследования пилотами НЛО или другим кораблем, пришедшим из-за другой стороны барьера. И то и другое вполне возможно.
Глава 10
С помощью своего маленького старого транзистора я слушаю трагедию народа, и меня переполняет ужас. Возможно, когда вы будете читать эту книгу, сегодняшние новости утратят
Трагедия США, это не трагедия президента. Трагедия в том, что причиной всех неприятностей стала пресса и злые, трусливые журналисты. Меня удивляет, что многие здравые, с виду, люди поддерживают прессу. Ей определенно нужна цензура, однако никому из политиков не хватает смелости не только ввести ее, но даже предложить.
Я хорошо знаю, как лживая пресса фабрикует «доказательства», обвиняет, преследует и приговаривает человека, в котором нет ни на йоту вины.
Я вовсе не говорю, что президент Никсон невинен, даже самый сильный из этих широко рекламируемых стиральных порошков не смог бы превратить его в Белоснежку. Он много раз попадал в неприятности, однако он не настолько плох, как это представляется в прессе; скажу даже больше, он вел себя не хуже любого другого президента. Я прекрасно понимаю взгляды президента Никсона и могу назвать его совершенно обычным, «коренным» американским президентом.
У прессы нет права вмешиваться в политику больше, чем в дела церкви. Меня всегда удивляет, когда, например, в Ирландии кто-нибудь из проповедников Библии бросает аналой или кафедру, чтобы стать революционером. Как же имя этого парня? По-моему, Пайли. Почему человек, борющийся за Святой Порядок, так внезапно стал отдавать революционные приказы?
То же самое относится и к старому Макариосу, который убежал с Кипра с такой скоростью, что никто не смог его схватить. В лице этого архиепископа перед нами еще один пример того, как человек забывает о своем святом учении и вступает на путь революции, а с моей точки зрения, любые революционеры — лишь банда убийц. Каждый имеет право на собственную точку зрения, в том числе и я. Я думаю, что каждый духовник, который бросает свою паству, чтобы взяться за оружие, должен быть лишен сана.
Я множество раз подвергался гонениям со стороны прессы и, хотя не могу прямо сказать, что ненавижу кого-то, я ненавижу прессу настолько, насколько явлюсь жителем этого мира. Скорее я согласился бы пожать руку сатане и его бабушке (интересно, есть ли у сатаны бабушка?), чем позволил бы себе поддерживать отношения с журналистом; эти люди — мусор Земли. Каждый, кто слушает их по радио, содрогается от высокомерной манеры обращения с людьми, содрогается от способов, которыми журналисты вынуждают свою жертву говорить то, что им нужно. Однажды я слышал, как по случаю вступления в должность журналисты поучали Джеральда Форда тому, что должен делать президент. Если журналисты настолько важны и всезнающи, то зачем Америке нужен президент? Почему бы сенату, конгрессу или бойскаутам не звонить каждое утро в газеты и не принимать приказы от журналистов? Мне кажется, что журналисты, — это невежественные, неграмотные глупцы, всегда готовые нажиться на чужом страдании и даже на национальной трагедии.
Я получил письмо от человека, который не мог понять следующее:
«В ваших книгах, как и во многих других, говорится, что очень часто мир претерпевает изменение циклов, смену цивилизаций, однако в таком случае должны оставаться следы иных цивилизаций. Мы никогда не находили подобных следов, это наводит на мысль, что вы говорите неправду. Мне
Этот парень, видимо, журналист! Однако забудем про это. Представьте на мгновение, что вы превратились в муравья, гуляющего по полю какого-то фермера. Внезапно вы заметили, что издалека приближается огромно облако. Вы — Мудрый Муравей, поэтому, как можно скорее, вы бросаетесь к ближайшему дереву и, отчаянно перебирая всеми шестью лапками, забираетесь на самую верхушку. Перед вами открывается прекрасный вид на мир.
Фермер останавливает свой пыхтящий трактор, выбирается наружу, открывает ворота изгороди, окружающей поле, снова садится в трактор и въезжает на поляну. Немного почесав голову и прикурив сигарету, фермер могучим рывком прикрепляет позади трактора плуг. После этого милая поверхность вашего мира, покрытая прекрасной травой, начинает постепенно охватываться суматохой. Фермер решил вспахать свое поле. Он все пашет и пашет, ваш мир рушится на глазах, превращаясь в земляные комья, все перемешалось в ужасном беспорядке. Ваши друзья исчезли навсегда. Одно из лезвий плуга довольно решительно прошлось по муравейнику. Он перевернулся вверх дном, посыпались комья, идущее следом лезвие завалило все пластом земли, теперь от исчезнувшего муравейника не осталось и следа. На следующем проходе заднее колесо трактора еще глубже вдавило все в землю.
Все, вы — последний в мире муравей (вы же помните, что ваш мир ограничивается полем) — дрожите от страха. Все вокруг приняло совершенно другой вид. Вывороченная земля лежит там, где раньше росла замечательная трава. Не осталось ничего, что вы знали раньше. Однако если вам отведен достаточный жизненный срок (я не знаю, сколько живут муравьи), то через некоторое время вы заметите, что ветер и дождь снова превратили уродливые земляные комья в ровную поверхность. Хотя, наверное, еще до этого фермер или его сын приедут сюда на сеялке, еще одном приспособлении, которое слегка взрыхлит землю и засеет ее новыми семенами. За сеялкой потянется полчище птиц. Поэтому бедному муравью будет лучше поджать свой хвост, чтобы не потерять его насовсем.
Точно так же бывает и на Земле. На земле сейчас существует то, что можно назвать могучими цивилизациями, например Нью-Йорк (не знаю, остался ли он могучим после Уотергейта?). Предположим, что наступил конец цикла, случилось ужасное землетрясение, превосходящее все, что вы когда-либо себе представляли (впрочем, и не нужно ничего представлять, вам это не грозит). В земле образовалась трещина, проглатывающая здания. Она все увеличивалась и увеличивалась, пока весь Нью-Йорк не провалился вовнутрь. Земля снова сомкнулась, и с течением времени не осталось и следа от могучей прежде цивилизации.
Реки изменили течение. Гудзон исчез в чреве земли. Океан затопил часть суши, и, возможно, Нью-Йорк оказался на океанском дне. Все, что мы о нем знали, исчезло навсегда.
Тем не менее не верно говорить, что все бесследно и навеки утеряно. Интересные находки могут совершать шахтеры. Все глубже продвигаясь в поисках угля, они могут наталкиваться на статуи, достигающие пятнадцати футов в высоту. Они могут обнаруживать предметы, изготовленные людьми, эти предметы будут доставляться на поверхность и передаваться в музеи. Циклы на Земле могут все повторяться и повторяться. Придя на ферму и покопавшись в земле, вы вряд ли сможете сказать, что за растения росли здесь десять лет назад. Вы не сможете определить даже, что росло здесь в прошлом году, потому что земля уже перепахана. Растения могут истощать землю, поэтому иногда фермер вспахивает ее и оставляет на целый год под паром. Затем он вспахивает все снова и садит другие растения. Так продолжается из года в год. Таким же образом землетрясения перепахивают нашу планету, а вслед за землетрясениями приходят наводнения и торнадо, они вымывают верхний слой земли, приглаживают ее, не оставляя следов от того, что было на ней раньше.