Супердевушка
Шрифт:
–Откуда у них самолеты, если поставки военной техники запрещены?
–Они построили их сами.
–Но я где-то слышала, что построить современный самолет очень трудно. Для этого нужны всякие разные материалы, специальное оборудование, опытные конструктора… Как им это удалось?
–Они пошли другим путем – понастроили аэропланов, примерно таких, какие были во время первой мировой войны. Там двигатель совсем простой, корпус из деревянных реек, обитых тканью. На каждом таком самолете можно поднять пару 20-килограммовых бомб. Пилотов обучать тоже особо не нужно. Курс обучения полетам
–Это совсем не серьезная сила. Такую машинку даже ракетой сбивать не нужно. Ее может подстрелить простой солдат с винтовкой.
–Да, все верно. Но я еще не сказал главного! Дело в том, что таких самолетов наштамповали около двух миллионов!
–Обалдеть!
–Они подобны рою пчел. Никаких солдат не хватит, чтобы их всех порасстреливать! Мы подсчитали, что если такие аэропланы налетят на наши войска и мы в ответ используем всю свою противовоздушную мощь, включая истребители, зенитные ракеты, пушки, пулеметы, пистолеты и прочие железки, они уничтожат примерно десять процентов вражеской техники. Тем временем, остальные девяносто процентов своими бомбочками превратят всю нашу технику в груду железа. После этого, как мы думаем, они будут бомбить города в соседних странах. И прежде, чем мы уничтожим в боях хотя бы половину этих аэропланов, армия Одной Ближневосточной страны захватит весь ближний восток!
–У вас наверняка созрел какой-нибудь коварный план, чтобы избежать такого развития событий?
–Конечно! План этот не блещет изяществом, но он довольно действенный. Думаю, все получится. Мы доставляем на границу Одной ближневосточной страны несколько тысяч танков. Танки едут своим ходом до столицы Одной Ближневосточной страны и сравнивают ее с землей… ну или входят в город, подъезжают к резиденции тамошнего властителя и вынуждают его сдаться. Мы еще не решили, как лучше. После этого они дадут гражданам Одной ближневосточной страны демократию, устроят грандиозный костер, в котором спалят все их два миллиона аэропланов, заберут себе в качестве компенсации все нефтяные вышки, которые там есть и все будут довольны!
–А если пока танки будут ехать до столицы, в воздух поднимутся эти самые аэропланы и превратят всю технику в железный фарш?
–Все предусмотрено. Танки будут покрываться специальным камуфляжем. Сверху на фоне песка их будет совершенно не видно. У вражеских аэропланов нет ни радаров, ни систем навигации! Они попросту не заметят наши танки. Кроме того, существует план Б: на всякий случай в Персидский залив прибыл американский ракетоносец, вооруженный ядерной ракетой. Если что-то пойдет не так, они шарахнут этой ракетой по столице. Наши дипломаты уже предварительно договорились об этом с соседями Одной ближневосточной страны и с русскими. Все они не будут против.
–Отлично! По-моему, это действительно хороший план! И тут возникает один резонный вопрос: причем же здесь агентство мировой безопасности?
–Адольф Никсон! Недавно его видели в компании с Усамой бен Ибрагимом – властителем Одной Ближневосточной страны. Мы в НАТО хорошо знаем: если в деле замешан Адольф Никсон – самые блестящие планы оборачиваются полным крахом! Не известно, что он задумал, но понятно – если мы не
Генерал опустил голову, но затем закончил:
–Операция начнется через два дня. Если мы не раскроем замыслов Адольфа Никсона, за это время, операция будет отменена.
Хельга обратилась к Гельмуту: «Что должно произойти, чтобы я была освобождена от этого дела?»
–Это приказ сверху. Думаю, даже смертельная болезнь не избавит тебя от командировки в Одну Ближневосточную страну! Кстати, самолет уже ждет. Вылет через три часа!
–Это не реально! Я не успею собраться. Мне еще надо прикупить что-нибудь из одежды. Это шесть часов как минимум. Потом я устану, мне надо будет отдохнуть. В общем, я буду готова завтра!
Выражение лица Гельмута ничуть не изменилось после такой отповеди
–Хельга! Через три часа ты будешь сидеть в самолете! Это приказ шефа. Генерал Штифт будет тебя сопровождать.
–Ладно! Ты меня уговорил. Но ты мне должен! С тебя шоколадка. И с шефа тоже. Поехали!
Полет проходил спокойно. Генерал Штифт во время всего пути рассказывал о подвигах, доблести и благородстве американских солдат. Хельга слушала его вполуха и задумчиво разглядывала белые пушистые облака, проплывающие под ними.
–Снижаемся – раздался голос командира самолета – хорошо, что успели до шести часов вечера, сэкономим немного керосина!
–Прибрежный ветер меняет направление – пояснил генерал – до шести часов зайти на посадку намного проще. Потом ветер становится боковым относительно самолета. Начинает сильно болтать, приходится активно маневрировать, тратить больше топлива.
–Понятно. Очень ценная для меня информация. Постараюсь ее как можно быстрее забыть. Кстати, мои часы показывают только пять.
–Переведите их вперед, здесь другой часовой пояс.
–Хорошо, я так и сделаю – ответила Хельга и посмотрела еще раз на свои часы. Дорогие, кварцевые, подаренные шефом по случаю счастливого завершения одной из операций. С тех пор они ни разу не останавливались и не отстали ни на секунду. Хельга никогда не переводила стрелок и не знала, как это сделать. Поэтому мудрый совет Штифта вскоре был забыт.
Посадка прошла успешно. Когда дверь самолета распахнулась, пассажиров обдало раскаленным воздухом. Вокруг была бескрайняя желтая пустыня. Солнце быстро клонилось к закату. У трапа их встретил молодой солдат.
Солдатик отдал честь.
–Капрал Джонс к вашим услугам! Я направлен помогать вам, и разместить вас в нашем лагере. С жильем у нас не очень, живем в палатках, но, как говорится, чем богаты, тем и рады. Разрешите, я возьму ваши вещи! Пойдемте, я покажу вам ваш номер!
Пока они шли, Хельга расспрашивала капрала Джонса о ситуации.
–Пока здесь тихо. Враги из Одной Ближневосточной страны никак себя не проявляют. Но мы знаем, что они в любую минуту готовы обрушить на нас всю свою ярость, поэтому мы всегда на страже. Вот, только без семьи тяжело. Дома у меня жена осталась. Три месяца ее не видел.