Шрифт:
Посвящаю другу Д.В.
10 мая 2013 года
Президент велел не соблюдать китайских церемоний, и кому хватило места, те впритирку сели перед мониторами, прочие стояли сзади.
– Ошибки быть не могло?
– спросил президент. Алексеев вздохнул и развел руками.
То, что висело во Вселенной, неторопливо приближаясь к матушке-Земле, было просканировано и с лунной, и с орбитальной станций. По
станет. Боевых катеров одних несла шестнадцать штук. Их-то и удалось исследовать подробнее. Если верить масштабам и прочим деталям - члены экипажа были двуноги, с головами, только пониже людей. И могло их там находиться от двадцати до тридцати тысяч.
– Сколько у нас времени?- вопрос президента был жесток и конкретен до зябкости в спине.
– Месяца полтора, в лучшем случае - два, - ответил Алексеев.
10 мая 2013 года
После таких собеседований и докладов человека тянет забиться в какую-нибудь щель, да хоть в дешевую бутербродную, и надраться до полного и безупречного склероза. А не сопровождать законную супругу, которая везет никому не нужный кухонный комбайн в подарок подруге. Другого времени не нашлось - вот только сегодня!
Алексеев хотел подождать в машине, но Наташа потащила его наверх, пить чай, а то Юля обидится. Он побрел, получил чашку и сел над ней молчать, пока подружки чирикали.
Слишком многое следовало обдумать. Прежде всего, он не мог понять, откуда эта громадина подкралась к Солнечной системе. И хотелось бы знать, где она начнет тормозить, если уже не начала. Кабы установить эту точку - то уже можно фантазировать на тему, какое горючее используют дорогие гости и какие перегрузки для них считаются нормальными…
Юля время от времени бралась за мобилку.
– Димка все никак до дому не доедет, - пожаловалась она.
– Поехал на Сходненскую за компактами, от нас до Сходненской по прямой - две минуты, и там по бульвару - четыре, еще минута - между домами проехать. Взять компакты - пять минут! Итого… итого…
– Девятнадцать минут, - подсказала Наташа.
– Ну, двадцать! Так его же полтора часа уже нет!
Алексеев отхлебнул чаю. Теперь он думал о том, где могут приземлиться эти жуткие катера, каждый - длиной метров в пятьсот. Наверняка ведь выберут безлюдные места, чтобы благополучно высадиться, скоординироваться и перейти в правильное наступление. А у нас на Севере - до черта для них посадочных площадок… А подбить такую дуру - во-первых, чем, а во-вторых, вот рухнет на Красную площадь… или на американскую Свободу…
На Земле не было такого оружия, чтобы справиться с кораблем гостей. По крайней мере, Алексеев, человек мирный и не дрожащий от азарта при виде стволов и снарядов, такого оружия не знал. Чем-то хвастались американцы, что-то было в разработке у японцев и у индусов… Если бы не его ребятишки, тяжкий крест всей Главной обсерватории, гениальные бездельники и отчаянные
В прихожей подала голос дверь, и на кухне возник этот самый Дима. Алексеев, соблюдая мужской ритуал, встал для рукопожатия.
Дима был высокий, крупный, черноволосый и коротко стриженый мужчина, с особой приметой: там, где у всех людей на переносице продольная морщина, а то и две, у него - поперечная, соединяющая брови. Возможно, признак большого упрямства, подумал Алексеев.
– Вот скажите, - обратилась вдруг к нему закипающая Юля, - от Планерной до Сходненской и обратно может быть полтора часа?
– Может, наверное, - проявил мужскую солидарность Алексеев.
– Смотря как ехать.
– Да это как-то неожиданно получилось, я хотел на Туристскую выехать, еду, еду, смотрю - что-то долго еду, а потом смотрю - я же в Митино!
– Ты не заметил, как заехал в Митино?
– изумилась Юля.
– Ты МКАД не заметил?!
– Ну?!
– вдруг возмутился супруг.
– Потом выехал на МКАД и чесал пятнадцать километров.
– Но как? Как?
– вопрошала Юленька.
– Как это могло получиться? Ты что, право и лево спутал?
– Я не знаю! Ничего я не путал! Я в пространственный туннель въехал!
– Куда-а?!
– Это шутка такая, - вмешался Алексеев, которому не очень хотелось присутствовать при семейном скандале.
– Ничего, главное - вернулся.
– Думаете, это в первый раз?
– весьма патетически спросила Юля.
– Его же никуда выпустить нельзя. Я его в круглосуточный отпускаю - план магазина рисую, где чего! Я думала - туда один поворот и обратно один поворот, где там заблудиться? А он полночи проездил!
Говоря это, маленькая хрупкая Юленька сердито наступала на огромного мужа, а он от нее пятился.
– Там между проспектом Райниса и Туристской действительно черт ногу сломит, - вступилась Наташа.
– А у людей спросить?
Поняв, что скандал все равно состоится, Алексеев заторопил Наташу.
Они уже почти приехали к себе в Бибирево, когда Алексеев вдруг резко сбросил скорость.
– Ты чего?
– спросила Наташа.
– Погоди, мысль…
– Записать?
– Наташа полезла в бардачок за блокнотом и авторучкой.
– Нет… погоди…
Он искал в памяти слово, очень важное слово из начинавшегося скандала. Не то, не то… вот оно!
Юля тогда со всем возможным в женских губках презрением прошипела на змеиный лад, но с кровожадной тигриной яростью: «С-су-с-са-нин!..»
12 мая 2013 года
Есть вещи необъяснимые. Например - на что уходит зарплата. Или, скажем, - как женщинам удается всегда быть уверенными в своей правоте. Топографический кретинизм Димы давно уже стал притчей во языцех. Он умудрялся заблудиться даже в метро, где вообще все написано большими буквами.