Сваха для монаха

Двое рабочих долбили эту стену уже третий час подряд. Стена была старая, но кирпичная кладка поддавалась с трудом. К тому же действовать приходилось осторожно, чтобы по стене не пошли трещины.

— Историческая ценность, бабушку ее за ногу! — выругался один из мужчин. — Петька, кончай эту канитель! Пошли перекурим!

— Не, — пропыхтел второй рабочий.

На вид он был помоложе. К тому же обладал крепким телосложением. И мог бы называться симпатичным мужчиной,

если бы не его странный, словно уходящий куда-то в сторону взгляд. Прямо и открыто в лицо собеседника он никогда не смотрел.

— Я еще поработаю, — произнес он, по обыкновению отвернувшись в сторону.

— Чего это? Оно тебе надо?

Второй рабочий молча пожал плечами и вместо ответа спросил:

— Ты вроде бы сегодня пошабашить раньше собирался?

— Ага! — радостно согласился тот и прибавил: — Теща померла. Хоронить нужно. А отсюда пока до города доберешься…

И он махнул рукой.

— Жена меня живьем схарчит, если я на похороны этой старой ведьмы не приеду.

— Так иди, — пожал плечами второй рабочий. — Бригадира все равно нету. А коли что — я тебя прикрою.

Первый рабочий необыкновенно оживился.

— Хороший ты парень, Петька! — прочувствованно произнес он. — Пойду я тогда.

— Угу.

И снова вернулся к своей работе. В отсутствие напарника дела пошли у него веселее. То ли он нащупал слабину в стене, то ли по другой причине, но вскоре в старинной кирпичной кладке образовалось аккуратное отверстие. Однако света, как ожидалось, оно не пропустило.

— Надо же, — сказал он самому себе, заглянул в отверстие. — Похоже, тут какая-то ниша.

Он взглянул на план, который дал ему бригадир. Никакой ниши на плане обозначено не было.

— Странно…

Некоторое время он колебался. Но какое-то чувство заставило его снова взяться за инструмент. Удар, еще удар. И неожиданно целый пласт кирпичной кладки рухнул.

— Е-мое! — вырвалось у него. — Чур меня!

И было чего испугаться. Прямо на него из стены таращился пустыми дырами глазниц череп. Рабочий отпрыгнул назад и истово перекрестился, хотя в бога не верил. А потом на всякий случай огляделся по сторонам — никого.

Хотя в бывшей дворянской усадьбе, ныне переданной новому владельцу, никого и не должно быть. Напарник ушел. Новый хозяин вообще тут не появлялся.

Купил разваливающуюся усадьбу с торгов и нанял бригаду реставраторов, которые обязались дать помещичьему дому новую жизнь. Рабочие никогда не видели этого человека. С ним имел дело только бригадир. Но как его найдешь? Даже телефон у него выключен.

Набрав номер раз и другой, рабочий вздохнул:

— Кого обманываю!

Реставратор прекрасно знал, где его бригадир. В это время суток тот общался с аппетитной молодкой из соседней деревни. И пока ее родители вкалывали в бывшем колхозном коровнике, ныне принадлежащем ООО «Потемкин», молодка ублажала дорогого гостя. Естественно, чтобы процессу не мешали жена или рабочие, предусмотрительный бригадир всегда отключал свой телефон.

Реставратор

оказался наедине с непонятно откуда взявшимся черепом. Поежившись, он все же шагнул к провалу.

— Что же, давай знакомиться, — произнес он и заглянул в нишу.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что череп надежно прикреплен к скелету. На костях еще держались полуистлевшие остатки старинного камзола. А кожаный ремень и металлические пуговицы так и вовсе сохранились почти идеально.

Но не это привлекло к себе внимание мужчины.

— Что за черт?! — воскликнул он, приглядевшись.

И было от чего прийти в изумление. Одна рука скелета была сложена в кукиш. А в другой… в другой он держал нечто вроде тряпичного свитка. И когда реставратор вытаскивал этот свиток, ему показалось, что скелет ухмыльнулся ему. Как сообщнику.

Ночной звонок застал Маришу врасплох. Поеживаясь от прохладного воздуха, который натянуло из приоткрытой створки окна, девушка доплелась до истошно гудящего телефона и взглянула на высветившийся на табло номер. Поняла, кто ей звонит, и Маришу передернуло уже по другому поводу. Звонила ее родная тетка Серафима. Учитывая, что электронные часы на стене показывали половину второго ночи, от этого звонка ничего хорошего ждать не приходилось.

Но делать нечего. Родственников не выбирают. Можно поменять друзей, мужей и любовников, но вот от кровных родственников вы так легко не отделаетесь. Даже если вы в жуткой ссоре, они продолжают оставаться вашими дядями, тетями, бабушками или дедушками. Поэтому, еще раз поежившись и мысленно воззвав к небесам о милости, Мариша протянула руку и сняла трубку.

— Алло! Алло! — тут же истошно завопила та теткиным голосом. — Ты что так долго не подходила? Спишь, что ли?

— Да! — рявкнула Мариша. — И что в этом странного? Ночь на дворе!

— Ты спишь, а твой дядя, между прочим, в больнице!

Мариша помолчала. Она знала, что у дяди проблемы с камнями в почках. И вроде бы он собирался ложиться в клинику, где ему за короткий срок обещали раздробить эти камни в песок и высеять его из дяди прямо в канализацию. Но почему тетка решила напомнить об этом Марише? Да еще почти в два часа ночи?

— Я тебе из больницы прямо и звоню! — продолжала надрываться тетка Серафима.

— А-а-а, — протянула Мариша. — Ну и как там дядя?

— Плох! — грустно сообщила ей Серафима.

— Что такое? Камни слишком крупные? Не колются?

— Какие камни? Ах, это! Нет, Маришечка! Нет! Твой дядя тут не с камнями оказался.

Теперь Мариша ощутила настоящую тревогу. Не просто там какое-то смутное чувство, основанное на одних ощущениях. Нет, теперь у ее тревоги было прочное основание. И она росла и ширилась, заполняя собой Маришу.

— А что такое?

— Все очень скверно! Врачи даже не ручаются, что он выживет. А уж о том, чтобы он когда-нибудь стал прежним, речи вообще не идет.