Свечи
Шрифт:
– Да, конечно. То, что время – понятие относительное, известно каждому школьнику. Это ещё Эйнштейн доказал.
– Эйнштейн? Кто это такой? – спросил Джон.
– Какая разница, – ответил Ричард. – Наверное, учёный, который был после нас. Был он или не был, законы мироздания от этого не зависят.
– Ну как, вы готовы к путешествию? – спросил он профессора.
– К путешествию? – растерялся профессор.
– Прежде всего, надо усвоить основные
– Да никак не относился – просто спал и всё.
– Вот в этом и заключается главная ошибка. Вы должны понять, что человек состоит не только из белковой материи, к которой вы привыкли, но, главным образом, из материи информационной. Эта информационная материя и является основной, всё остальное – только производные. Поняли?
– Не очень.
– Что вы видите во снах?
– Да так, ерунду всякую.
– Вот именно. Если не руководить информацией, то последняя будет проявляться хаотично. Появится, как вы говорите – ерунда. Вы же не сможете ходить, если ваши ноги будут выписывать кренделя сами по себе?
– Да, ноги должны совершать определённые движения, – согласился профессор.
– Также и информационная составляющая вашей личности. Если вы научитесь руководить ей, то…
– То что?
– Представьте, что вы не в римской тунике, а во фраке.
– Как представить?
– Да вот так, закройте глаза и представьте.
Егор Степанович закрыл глаза и сосредоточился.
– Да открывайте глаза, – услышал он голос Ричарда. – Мы уже видим, что у вас всё получилось.
Профессор открыл глаза и посмотрел на себя. Его фигуру облегал элегантный фрак.
– Да, вы теперь настоящий музыкант! – улыбнулся Ричард.
– Сыграйте нам что-нибудь на скрипке, – попросил Джон.
– Я никогда не играл на скрипке, – возразил профессор.
– Полно стесняться, – подбадривал профессора Ричард, – человек живёт вечно и, следовательно, когда-то вы играли на скрипке очень хорошо.
– Так ведь и скрипки нет! – не сдавался профессор.
– Егор Степанович, вы в информационном пространстве, – напомнил ему Джон.
Профессор хотел закрыть глаза, чтобы представить скрипку, но его остановил Ричард.
– Не надо закрывать глаза. Теперь попробуйте всё сделать с открытыми глазами.
Егор Степанович взял скрипку, которая лежала на скамейке и сыграл на ней.
– Отлично! – зааплодировали Ричард и Джон.
Профессор так обрадовался своему успеху, что не смог сдержать улыбки.
– Вот только так широко улыбаться не следует, – посоветовал Джон.
Действительно, при широкой улыбке обнажалась верхняя челюсть, где вместо зуба зияла дыра. Профессор понял это и тут же прикрыл дырку рукой.
–
Профессор убрал руку от лица – на месте недавней пустоты сверкал новый зуб.
– Я надеюсь, теперь вы всё поняли? – спросил Ричард.
– Теперь всё, – твёрдо ответил профессор.
Глава 9
Геннадий и Пётр склонились над спящим профессором. Если в глазах Петра был испуг, то Геннадий был само спокойствие и уверенность.
– Может быть, его разбудить? – заскулил Пётр.
– Ещё чего! Пускай спит.
Геннадий надел резиновые перчатки, вытащил ампулу и наполнил лекарством шприц.
– Ты с ума сошёл!? – закричал Пётр.
Не обращая внимания на своего коллегу, Геннадий вколол иглу в руку профессора и выдавил всё содержимое шприца.
– Если кто узнает, нас же с тобой…
Геннадий выдернул шприц и протянул Петру. Тот дрожащими руками взял его и умоляюще посмотрел на Геннадия.
– Дай сюда, а то разобьешь, – улыбнулся Геннадий.
Он забрал шприц, положил его в карман халата, снял перчатки и выбросил их в урну.
– Кто узнает? – спросил он Петра. – Ты? Если кто и узнает, то на шприце остались твои отпечатки.
Пётр побледнел и не в силах удержаться на ногах, опустился на стул.
– Что это они делают? – спросил Ричард профессора.
– Они хотят из меня сделать сумасшедшего, – ответил тот.
– А я что говорил? – воскликнул Джон.
– Неужели, одним уколом можно такое сделать? – удивился Ричард.
– Одним уколом, конечно, ничего не сделаешь, – стал объяснять профессор, – но средство это очень сильное. Возникают необратимые процессы, и человек теряет разум.
– Хорошо, что вы теперь знаете об информационной составляющей, – облегчённо вздохнул Ричард.
– Что толку, ведь ваша составляющая действует здесь, а не там. – Профессор кивнул в сторону своего спящего тела.
– Всё понял, а поверить так духу и не хватает, – усмехнулся Ричард.
– Что ты имеешь в виду? – не понял Егор Степанович.
– Неужели тебе хочется, чтобы эта гадость делала из тебя идиота?
Егор Степанович сосредоточился и посмотрел на своё тело.
Геннадий обмакнул ватку в нашатырном спирте и протёр виски своему товарищу, тот поморщился и пришёл в себя.
– Иди, протри спиртом место укола, – сказал Геннадий. – А то, не дай бог, инфекцию занесём.
Пётр послушно смочил ватку и подошёл к профессору. Он долго осматривал руку спящего, а потом удивлённо посмотрел на своего приятеля.