Свет горизонта
Шрифт:
— Нет! – закричал Саске, увидев эту страшную картину. Перед ним будто вновь пронеслись те часы, что он провел в гендзюцу Шисуи, безвольно наблюдая, как тот кромсает и рубит на куски всю его семью.
Учиха стиснул зубы от ярости и со скоростью молнии рванулся вперед, схватив катану наперевес.
— А-а-а! – заорал он, нанося размашистый удар, заставивший не только Фугаку, но и Итачи отскочить в разные стороны. Но Саске продолжил атаковать, разрубая воздух с такой мощью, что волосы ускользающего от ударов отца взъерошились
Саске нанес диагональный удар. Фугаку, не уклоняясь, решил блокировать его и подставил свой кунай. Однако удар был настолько сильный, что тот не смог удержать оружие сына, и длинное искрящееся молниями лезвие вонзилось ему в плечо. Фугаку покачнулся и упал пятой точкой на поверхность крыши.
Томоэ в шаринганах Саске закрутились с бешеной скоростью, и тот занес меч для нового удара. Но отца этот удар не прикончил. Лезвие рассекло шифер и доски, оставив в крыше длинную узкую щель. Фугаку вовремя пришел в себя и выскочил из под Саске, совершив задний кувырок через голову.
Брюнет в белой порванной рубахе вновь ринулся вперед. Фугаку теперь уже не рисковал блокировать удары, понимая, что ярость подпитывает сына. Он перескочил на соседнюю крышу, когда почувствовал, что еще шаг назад, и он сорвется в пропасть. Саске тенью проследовал за ним, нещадно продолжая серию атак. Он даже не целился, не пытался обмануть отца, а, словно сумасшедший маньяк, продолжал рубить и рубить пространство перед собой, не задумываясь о том, что отец под удары не попадает.
За ними ринулся Итачи, оставивший Микото на той крыше.
— Саске! – крикнул он, но брат не слышал.
Итачи показалось, что молодого Учиху начинает окутывать оранжевая чакра, а это могло значить только одно.
Наконец Фугаку выбрал подходящий момент и нанес встречный удар ногой сыну в грудь. Тот отлетел назад, но Итачи вовремя поймал Саске, не давая ему упасть. Младший брат попытался вырваться, чтобы продолжить свою стремительную серию ударов, но Итачи удержал его.
— Саске, послушай меня. Не давай волю эмоциям! Ты становишься предсказуем!
— Отпусти меня! – прошипел Саске, пытаясь вырваться.
— Успокойся! Он только этого и ждет. Ты сейчас очень уязвим.
— Мне плевать!
Итачи вздохнул.
— Обуздай свою ненависть. Если ты хочешь выжить и одержать верх в этой битве, то должен слушать меня. Нам удастся одолеть его только совместными усилиями, — прошептал он брату на ухо.
Тот еще раз рванулся и успокоился, тяжело вдыхая воздух и не сводя взгляд с отца, остановившегося в пяти метрах от сыновей. Учиха выдохся от своих неплодотворных порывов ярости и теперь приходил в себя. Саске был окутан тонкой оранжевой оболочкой чакры. Он помнил, что произошло в прошлый раз. Эта ярость придаст ему сил, сейчас Саске будет силен как никогда.
— Хорошо. Если ты тоже хочешь умыться его кровью, давай прибьем
Итачи, заглянув ему в глаза, убедился, что зрачки вытянуты вертикально, а радужка приняла желтый цвет. Более того, на щеках младшего брата проступили полосы на щеках.
— Слушай, чакры у меня осталось мало, поэтому нужно действовать быстро и слажено, — произнес он.
— Я могу поделиться своей, — ответствовал Саске, посмотрев на свои руки, которые теперь были окутаны оранжевым сиянием, — я чувствую, как ее много.
— Лучше не надо, — отказался брат, — надо зайти с двух сторон. Только тогда он будет уязвим…
— С двух сторон. Понял, — кивнул Саске и ринулся вперед, не дослушав брата. Итачи задумчиво покосился на Кусанаги, лезвие которого искрилось рыжими молниями, после чего незамедлительно последовал за Саске.
Он обнажил свой меч вакидзаши и оказался сзади отца. Саске же несся, как кошка с пылающим хвостом, приближаясь к нему спереди. И вот он размахнулся, после чего нанес ужасающий по силе удар.
Силуэт Фугаку смазался, и он оказался на соседней крыше, а лезвия Кусанаги и вакидзаши Итачи пересеклись перпендикулярно друг другу, а затем оружие Итачи укоротилось вдвое.
— Черт! – выругался Учиха, отбрасывая в сторону испорченное оружие.
«Похоже, в ближнем бою нам его не одолеть. Придется вновь использовать это…» — подумал он.
Саске уже исчез впереди, приближаясь к Фугаку со скоростью поезда. Отец же вновь изловчился, поднырнув под руку Саске и ударил того снизу в подбородок. Юный Учиха в который раз отлетел назад, но на этот раз Итачи его не поймал. Брат был занял другим.
Итачи дождался, пока отец встретится с ним взглядом, а потом резко открыл прикрытый глаз.
— Тсукуёми!
По щеке Итачи скатилась капелька крови, оставляя после себя длинный след. Отец на секунду застыл.
«Неужели получилось?» — с надеждой подумал Итачи, внимательно глядя на противника.
Но вдруг Фугаку дернулся, согнувшись от боли напополам.
«Вырвался? Как это вообще возможно?»
Фугаку поднял на Итачи взгляд, и тот вздрогнул. Рисунок на радужке отца изменился. Вместо трех томоэ на нем появились шесть прямых линий, отходящих от зрачка во все стороны, как лучи от солнца.
— У тебя есть… Мангеке шаринган?
Отец лишь усмехнулся, довольный впечатлением, произведенным на Итачи и Саске.
— Но ты говорил мне, что никто не должен обладать этой проклятой силой. Когда ты узнал о моем Мангеке… Ты же… — пролепетал Итачи. Впервые за несколько лет он был серьезно озадачен.
— Я не мог судить об этом объективно, не зная всех возможностей Мангеке. Мои глаза уже почти потеряли цвет, поскольку я пользуюсь этой силой гораздо дольше тебя, — произнес Фугаку, — все это время у меня был Мангеке, и я берег его на черный день.