Свидетель
Шрифт:
— Хм, — Мороз оглядел субтильную фигуру Ромашова. — По твоему виду никак не скажешь, что любитель. Ладно. Сальникова ко мне. И срочно.
Паша себя ждать не заставил.
— Как там моя зеленоглазенькая поживает?
— Хорошо поживает. Завтра вернешься с «Гражданки» и можешь брать ее к себе. Я разрешаю.
— А ну как кочевряжиться начнет? Скажу, что ты приказал?
— Скажи. И пригрози, что к Мамочке отправлю, если что.
— Славно. Только ей туда рановато, лучше скажу, что свою брошу, а на ней женюсь. Она глупая еще, чего там, всего пятнадцать. Поверит. Уломаю. А что на
— Типа того. Ратников вызывает второй отряд. Так что готовь своих. А вот этих, — Мороз передал ему список-предписание, — этих мне потом обратно с дрезиной отправишь…
Ну вот. Как это там? Рубикон перейден…
Э-эх… Опять ждать. Сходить, что ли, на кухню?..
Но дрезина вернулась пустая, а сразу после ее прихода Морозу сообщили, что его вызывает Рат.
Казачок лихорадочно перебирал в голове причины, но которым он так неожиданно мог понадобиться начальству. Рат прознал про его планы? Исключено!.. Недоволен, что он проводит расследование? Вообще не то, сам же велел… Хочет спросить с него за исполнение обязанностей? Что сделал и как? Вот это теплее. И тут он отговориться сможет. Как-никак, расследованием занят был. Результаты? Будут результаты, просто не готов сейчас… Чего-чего, а «включать дурака» Мороз умел мастерски. Выкрутится…
Но ехать все равно не хотелось. Еще беспокоило то, что совсем непонятно было, по какой причине не явились вызванные им люди. А с другой стороны, вроде и неплохо… Хотя… Запер он бы их сейчас где-нибудь в подсобке, дождались бы, не переломились. Но время! Время поджимает!
Перед отъездом он зашел на кухню.
— Вера, аперитивчик остался?
— Ой, конечно. Пять капель?
— Стакан лей!
Вот так-то будет лучше. Хорошая «бормотушка»!
— Убью!
Мороз, уже поднявший руку, чтобы постучаться к начальнику, отшатнулся от двери. Заявочки… Чего это там у него?! Ясно одно: входить пока не надо.
В коридор на шум выглянул Координатор. Убедившись, что тут все спокойно, кивнул Морозу и вновь закрыл дверь.
— Успокоился? А теперь идешь к двери и закрываешь ее с обратной стороны.
Ну-ка, ну-ка… Ай, как нехорошо подслушивать! Тем более у двери собственного начальника. Но как полезно! Мороз ликовал: о таком он, Андрейка-Казачок, даже и мечтать не смел — с обоими одним махом! Давай, давай Алекс Грин, кричи громче, угрожай своему патрону!.. Чтобы все слышали и знали!
— … Крыська будет, поделюсь.
Дверь в кабинет открылась. Мороз щелкнул предохранителем.
— Куда это ты разбежался, голубок?..
— Извини, начальник, что я вот так, без стука.
Мороз расположился у двери так, что и Алекс, и Рат были в поле его зрения.
— Ты не спятил, Казачок? Или, может, до белой горячки допился? Дуру-то свою опусти. Она еще и стреляет иногда.
Рат сразу, как только увидел в руках у своего заместителя оружие, понял, что тот задумал. Вот так Мороз! Недооценил он его, оказывается. Или переборщил где-то, надо бы поласковее с ним? Только кто же знал-то…
— Ратников, ты ручки-то на столе держи, и не дергайся. Вот так. Подожди,
«„Стоять, где стоишь“… Стою. Эх, чтобы придумать, как бы отвлечь его? У Рата оружие, но этот выстрелит быстрее…».
— Казачок, а Казачок?
— Говори, начальник, говори.
— Ты что же, думаешь, живым потом уйдешь отсюда?
— Героем! Ратников, героем! Жаль, вот только тебя не уберег, не успел. Только ты уж тут сам виноват, не надо было девку сильничать. Вот мужик-то ее и осерчал. Не удержался. А я не успел. Но его, гада такого, — Мороз кивнул в сторону Грина, — хлопнул все-таки. Не беспокойся, тебя мы с почестями похороним. Рядом с дочкой. А вот Грина придется собакам на прокорм…
— Радужные перспективы, — Ратников ухмыльнулся. — Думаешь, поверят?
Заговорить его, заговорить, а там он что-нибудь придумает. Нет, надо же! Так бездарно попасться! Эх… И оружие рядом, а не успеет. Казачок, скотина, раньше среагирует.
— Поверят! У меня ведь и свидетель есть! И какой свидетель! Козырный! Крепче двери-то закрывать надо, коль ругаться собрались!
— А ты гнида, оказывается, Казачок.
— А учитель хороший был!.. Все, хватит! Заболтались! Ну, молиться будем? Или в грехах покаемся?
Оказывается, это только в мыслях легко нажать на спусковой крючок… Сколько раз Мороз представлял себе этот момент, но вот дошло до дела, и он спасовал…
— Да, кстати! Раз патрон наш не кается… Думаю, перед смертью тебе, Алекс Грин, он же Сашка Гринев, он же Гоша, он же Гога, — Мороз рассмеялся над своей шуткой, — будет полезно узнать, что это мы с дружком моим, Пашей Сальниковым тогда тебе в водку наркоты подлили. Потом в тот туннель отволокли, где с толстым удовольствием и отпинали! А придумал все это Ратников! Придумал и приказал! Для чего, как считаешь? Ладно, так и быть, скажу: чтоб ты покладистым стал, чтоб не хорохорился лишний раз! А то, боялись, чистоплюйничать начнешь. Но ты молоток, быстро тогда свою выгоду понял, не подвел! Сколько на тебе невинной крови? Не считал? А ты у Рата спроси, он всех хорошо помнит.
И он, Алекс, всех до одного помнит. И про наркоту догадался, только поздно, кровью его уже повязали. А вот что тут и Мороз постарался — не знал. Что же, лишние подробности не повредят. Даже вот сейчас, перед смертью, приятно узнать, за кого потом перед чертями в аду походатайствовать отдельно.
— Ну, все! Аллилуйя! До встречи в преисподней!..
То, что случилось потом, иначе как чудом назвать было нельзя. Хотя любые чудеса бывают, как правило, или результатом чьих-то добрых дел, или, наоборот, просчетов.
Мороз же как раз и допустил просчет. Самый крупный просчет в своей жизни. Ошалев от радости, он просто не подумал, что в кабинет к Рату кто-то может зайти…
Обстановка поменялась в одно мгновение.
Координатор, привлеченный непонятным шумом в кабинете начальника, приоткрыл дверь. Мороз на секунду отвлекся, и этого хватило для того, чтобы Саша бросился ему под ноги, стараясь уронить на пол. Вслед за этим раздался выстрел. Но стрелял уже не Мороз, а Рат…