Свидетель
Шрифт:
– Немного, - ответила я, подумав.
– Кто вы?
– Доктор, - послышался мужской голос откуда-то слева, смутно знакомый.
– Да, я врач, просто врач, - покорно подтвердил мужчина передо мной, словно уговаривал меня поверить. Возможно, себя тоже.
Он наклонился ко мне и распахнув пальцами веки, внезапно посветил фонариком. Я отпрянула. Врач придержал меня заботливо, пощупал пульс.
– Аккуратненько. Надо лежать. Без сомнений - у вас сотрясение.
Опираясь на устойчивую боль в затылке, как слепой на клюку, я начала медленно
Скинув пиджак и ослабив галстук, в кресле сидел спасший меня блондин. Наши взгляды встретились. Он встал и подошел к кровати - под свет бра, и я, наконец-то, получила возможность хорошо его рассмотреть: лет под сорок, ровный нос, глубоко посаженные серые глаза, светлые брови, короткая стрижка, массивная нижняя часть лица, как у тяжелоатлетов, и маленькие уши. Весь его вид выдавал уверенность и сквозящую сквозь видимое спокойствие готовность к чему угодно - даже в толпе по такой едва уловимой напряженности и повышенной внимательности за черными гвоздиками зрачков можно легко угадать телохранителя или спецагента.
– Раз наша пациентка пришла в себя, - заметил блондин, - мы с ней поболтаем немного. Георгий Петрович, оставьте нас, пожалуйста.
Доктор послушно направился к двери, задержавшись лишь на секунду.
– Если девушке станет хуже, я в соседнем номере.
Блондин кивнул и обратился ко мне:
– Давай без интермедий. Я спас тебе жизнь. Ты мне должна. Так что рассказывай, чем насолила Шиманскому. Как на духу.
Под прицелом его глаз было неуютно. Борясь с головной болью, я осторожно села и оперлась о спинку кровати.
– Кто такой Шиманский?
– пробормотала я.
– И кто вы такой?
Блондин медленно принялся закатывать рукав рубашки, обнажив крупные часы на запястье. В памяти высветилась рекламная иллюстрация с бравым моряком на фоне волн, которую недавно доводилось переводить - совершенно такой же. Занимаясь вторым рукавом, блондин продолжил:
– Не люблю, когда из меня делают дурака. Люди Шиманского пытались тебя прикончить. Одному почти удалось. За что? Ногу на танцах отдавила?
Я закашлялась, потому что в горле отчаянно запершило - как раз в том месте, куда давили пальцы нападавшего.
– Не знаю никакого Шиманского.
– Я пыталась звучать убедительно, хотя казалось, что мне все равно не поверят - такое же чувство я вечно испытывала у врача в детской поликлинике: вроде и болела на самом деле, а не могла отделаться от мысли, что симулирую. Я повторила: - Я не знаю, кто такой Шиманский. Но видела, как мужчина средних лет, очень похожий на криминального авторитета, застрелил парня на заднем дворе клуба. В желтом пиджаке. Парень в желтом пиджаке... Был... Потом убийца увидел меня. И все
Брови блондина изумленно взметнулись.
– Убийство? Если Шиманский... И если ты его правда не знаешь, отчего сказала иначе в холле?
– Мне надо было выйти из клуба. В тот момент я бы Обаму назвала другом детства.
Блондин одобрительно усмехнулся. Затем пошарил в кармане и вытащил телефон.
– Сейчас я покажу тебе Шиманского, и ты скажешь, он был или не он... Погоди.
– А мой телефон?
– Я опустила пальцы в карман Никиного пальто, лежащего рядом на тумбочке, и выудила свой смартфон.
– Я вам сама покажу. Так получилось, что я сняла убийство на камеру.
Мой собеседник присвистнул.
В глазах рябило, и я не могла сфокусировать зрение, чтобы выбрать видео из медиа- галереи. Блондин не выдержал и изъял у меня мобильный. Пощелкав пару секунд, он уставился на экран и снова присвистнул.
– Вы отвезете меня в полицию? Надо в полицию сообщить, - облизнув пересохшие губы, сказала я.
– Не надо в полицию, - тихо ответил блондин, не отрываясь от просмотра.
– Да, это Шиманский. И он - сам полиция.
– В смысле?
Блондин поднял голову и, глядя исподлобья, проговорил медленно, почти по слогам, будто азбучную истину:
– Местные власти надо знать в лицо. Это полицейский генерал, одна из шишек вашего региона.
– Не бандит?
– Кажется, я глупо моргала, не понимая, зачем меня разыгрывают.
– Вы не обманываете?
– Зайди в интернет и полюбуйся, - склонил голову блондин.
В комнату ворвался высокий мужчина в наскоро наброшенной рубашке. Я узнала олигарха. Он полоснул по мне взглядом и коршуном налетел на блондина:
– Сергей, зачем ты притащил ее сюда? Что вообще происходит?! Что ты натворил?! Айболит сказал, я не поверил...
– Валера, не кипятись, - остановил его, спокойно подняв ладонь, блондин, названный Сергеем.
– Ты хотел подарок судьбы? Вот тебе подарок судьбы.
– Пионерка?! На кой она мне?!
Сергей протянул ему мой смартфон и с расплывающейся на лице улыбкой пояснил:
– Это не пионерка. Это козырь в рукаве, и еще какой козырь! Туз. Смотри, что она записала.
Бурля гневом, Валерий мельком взглянул в экран, потом вперился в него своими огромными глазами, которые, казалось, с каждой секундой становились еще больше. Наверное, прокручивал запись снова и снова.
– Черт бы меня побрал...
– пробормотал он и зыркнул на меня: - Вы все видели? Это вы снимали?
– Да, - ответила я чуть слышно.
Если у Сергея взгляд был прицельный, то у этого - огненный. Сведенные на переносице брови, темные глазищи, подведенные черными, будто бархатными ресницами. Мне опять стало не по себе, будто я лгу, и меня вот-вот выведут на чистую воду. Я автоматически обхватила себя руками и сжалась. Утешало только одно: эти двое убивать меня не собирались... А как же полицейский генерал?