Сводные сёстры
Шрифт:
— А у вас есть содовая? — обратилась та к миссис Уолнер. — В кока-коле слишком много калорий.
Миссис Уолнер с удивлением посмотрела на Джесси.
— Только не говори, что тебя беспокоит твой вес. Если ты еще хоть немного похудеешь, тебя вообще не будет видно.
Мистер Уолнер громко рассмеялся: Джесси все время что-то беспокоит.
— А у вас, молодой человек, как дела? — спросил он у Рича, молча сидевшего в конце стола.
— Нормально, — ответил мальчик, пожав плечами.
— Может, ты закроешь книгу и попробуешь
— Ладно, — Рич закрыл книгу.
— Положить тебе мороженого? — спросила мама.
Тот в ответ что-то пробормотал.
— Говори громче, Рич, — заметил мистер Уолнер. — А то тебя слышат только твои коленки.
— Да. Дайте мне мороженого, пожалуйста, — громко произнес мальчик ломающимся голосом.
Мистер Уолнер засмеялся.
— Да ты у нас можешь петь сопрано!
Рич вспыхнул и опустил глаза".
— Папа, не цепляйся к нему! — Джесси бросила на отца выразительный взгляд.
— Я же просто шучу. — Мистер Уолнер отправил в рот большущий кусок ванильного пирога и глотнул кофе.
— Тоже мне шуточки, — пробормотал Рич, не поднимая глаз.
— Что ты сказал? Опять бормочешь?
— Отстань от него, папа, — резко сказала Джесси. Рич с шумом отодвинул стул и неловко поднялся.
— Могу я просто пойти наверх и почитать? — Не дожидаясь ответа, он схватил книгу Стивена Кинга и, не глядя ни на кого, выскочил из комнаты.
— Да что я такого сказал? — мистер Уолнер растерянно и как-то по-детски развел руками.
— Вечно ты его обижаешь, — поморщилась Джесси."
— Я не хотел, — ответил отец, запихивая в рот очередной кусок пирога. — Вот сейчас доем, поднимусь к нему и извинюсь. Все-таки у нас сегодня праздник.
— Стоит ли ему читать такие книги? — забеспокоилась мама. — "Кладбище домашних животных", кажется, довольно мрачная книга.
— Он любит Стивена Кинга, — запальчиво ответила Джесси.
— Настоящий книжный червь, не то что его старый папочка, — проговорил мистер Уолнер, подливая себе кофе. — После института я не прочитал ни одной книжки.
Эмили с Нэнси переглянулись. Нашел чем хвастаться, мелькнуло у обеих. Как хе он отличался от их отца! Эмили исподлобья рассматривала сидящего напротив отчима — в растянутой желтой майке без рукавов и мятых коричневых штанах с эластичным ремешком. Она вспомнила, как хорошо одевался папа. Дэн Кейси был детским врачом. Моложавый, подтянутый, он всегда носил строгий костюм с накрахмаленной белой рубашкой и галстуком, чтобы солиднее выглядеть в глазах пациентов. Отец прочитывал в неделю две-три книги и любил обсуждать их с дочерьми.
Как могла мама выйти замуж за человека, столь непохожего на отца? Мистер Уолнер работал менеджером на мебельной фабрике и даже на работу ходил без галстука.
"Мама была так одинока; может быть, с ним она чувствует себя увереннее", — подумала Эмили.
Она старалась не думать о том дне на озере — и не могла отогнать воспоминания. Они жили независимо
Отец очень любил семейные вылазки на природу, и все с удовольствием принимали в них участие. Иногда семья даже не дожидалась теплой погоды. Они загружали в машину туристское снаряжение, палатку, которая обычно хранилась в гараже, еду и отправлялись в лесопарковую зону, в лес, к реке. Тот злосчастный выходной они решили провести на маленьком безлюдном острове, расположенном посреди озера, в полутора часах езды от города. Погода была неважной, если не сказать хуже. Сильный порывистый ветер гнал по темному озеру белые барашки. Палатка громко хлопала пологом на ветру. Им с трудом удалось разжечь костер — языки пламени метались в разные стороны. В воздухе стоял запах хвои и озона.
Даже Нэнси, которую буквально пришлось тащить за собой волоком, поскольку у нее было назначено свидание с Джошем, ожила на свежем воздухе. Мысль о том, что они единственные люди на острове, приятно волновала и наполняла предвкушением чего-то необыкновенного.
Эмили хорошо помнила этот день, но почему-то из памяти совершенно выпало то, как они вдвоем с отцом садились в моторную лодку, куда собирались плыть. Быть может, решили побороться с волнами. Она помнила, как мама и Нэнси махали им рукой с лесистого берега — две маленькие фигурки на фоне высоких раскачивающихся сосен. Она помнила рев мотора, подпрыгивающую на волнах лодку и легкую слабость в ногах. Было холодно, ледяные брызги веером летели в лицо и оседали на волосах, развевающихся на ветру. Она обернулась посмотреть на отца, он улыбнулся ей в ответ — руки на руле, капли воды стекают по голубой ветровке. Мотор ревел, маленькая лодка парила на бушующих волнах, и оба они были в восторге!
Но очень скоро восторг обернулся кошмаром.
Вот Эмили протягивает отцу термос с дымящимся благоухающим кофе. В какое-то считанное мгновение термос выскальзывает из влажных рук.
Отец автоматически тянется за ним… И в ту же секунду налетает ветер.
Мир вдруг перевернулся, и Эмили не сразу поняла, что это опрокинулась лодка. Все было как во сне: еще не ощущая холода, она ушла под воду. Не может быть! Все это происходит не с ней! Собрав все силы, Эмили, задыхаясь, вынырнула на поверхность.
— Папа! Папа, где ты?
Вдали, на фоне серого неба, темнела узкая полоска острова. Перевернутая лодка раскачивалась в нескольких метрах от Эмили. Волны тянули девочку назад, с силой ударяли в лицо, ледяная вода заливалась в рот, но Эмили упорно продолжала барахтаться.
— Папа, где ты?
Она коснулась лодки, и, хотя та была очень скользкой, ей все же удалось уцепиться за нее.
— Папа! Папа!
Где он? Может быть, поплыл к острову? Да нет, не мог он уплыть и бросить ее одну.