Свояченица
Шрифт:
Переместившись на заднее сиденье и воткнув дуло своего трофейного оружия в бок очухавшегося охранника, Анна проводила допрос. Руки ему предварительно стянули его же собственным ремнем. Кобура с "макаровым" находилась уже у Алексея. Минут пятнадцать назад он попросил:
– Шеф, давай сделаем небольшой привал, я должен отдохнуть.
Теперь машина стояла на обочине с выключенными фарами, Алексей спал, а Двойник, поблескивая в темноте глазами, сквозь зубы выцеживал информацию...
А после Алексей с Аней подытоживали собранные сведения:
–
В глазах Анны засветилась надежда:
– Ты считаешь, что Юрка на воле, - и исправилась, - то есть, на свободе?
– А где ж ему ещё быть?
– усмехнулся Алексей.
– Мы тебе не сообщали, но он из интерната дважды бегал.
– Куда?
– Первый раз его нашли спустя десять дней в подвале вашего дома. Другой - через двадцать два дня возле Сергиев-Посада на территории мужского монастыря. Но после этого я просил его об одной вещи и очень надеюсь, он не позабыл свое обещание.
– А что он тебе обещал?
– нетерпеливо затормошила его Анна.
– Вот приедем на дачу, - покосился Алексей на Двойника, - я тебя накормлю, напою, спать уложу и стану рассказывать.
Анна усмехнулась:
– А перед едой все порядочные бабки Ёжки гостей своих в бане парят. Я ведь помыться так и не успела.
– Баньку сегодня не обещаю, а душ мы с Андрюхой смастерили. Кстати, твои мальчишки нам здорово помогали прошлым летом. Особенно Павел. Совсем взрослый стал.
– Они же с твоим одногодки. А Катю с Марусей давно видел?
– снова начала расспросы Аня, но сама себя оборвала.
– Нет, о детях поговорим позже, а то я не сгруппируюсь. Нам надо решить, где Борис мог спрятать эти треклятые документы. Хотя бы понять, что они из себя представляют! Может, ты что знаешь?
Алексей задумался, свернул с шоссе к дачному поселку и, пока они ехали к домику, все время молчал. Анна искоса поглядывала на него, не понимая, что на него накатило, и все порываясь что-то сказать. Но он остановил её, глазами указав на притихшего сзади любвеобильного спортсмена.
Наконец, показалась крыша знакомой дачи, почти скрытой в зелени яблонь и слив, которые сажала ещё сестра Люба. Машина подъехала к воротам гаража, выходившего прямо на дорогу.
– Ты пригляди пока за этим, а я пойду открою гараж и посмотрю, что там и как...
Ворота гаража выходили прямо на дорогу. Пока Анна глядела на удалявшуюся фигуру Алексея, в темноте выглядевшего древнегреческим Титаном, её вдруг охватил панический ужас. Даже утром ей было не так страшно. Но тогда она могла рассчитывать только на себя. А теперь, когда почувствовала защиту близкого человека, стала бояться, что Алексей не станет вникать в её дела, ведь в его глазах она по-прежнему - убийца. И тогда он бросит её на произвол судьбы рядом с этим тихо матерящимся типом, который одним только своим видом напоминал весь пережитый сегодня день...
Но, как только она растравила себе душу подобными мыслями,
– Все в порядке. Подожди на крыльце, пока я поставлю машину и пристрою гостя на временный отдых.
Когда они вошли в дом, Алексей не стал зажигать верхний свет. Он включил настольную лампу, показал Ане душевую кабину в углу кухни, дал ей мыло, банное полотенце и свой махровый халат, предупредив, что вода в баке не горячая, но хорошо прогретая на солнце за день.
– "Прогретая за день", - передразнила она.
– За какой день - вчерашний или завтрашний? Уже давно ночь!
– Ладно, не привередничай! Скажи спасибо, что хоть такая есть!
Пока Аня переводила недельный запас воды, хозяин дачи снова пошел в просторный гараж и устроил Двойнику максимум удобств: доставил из сарая пустое ведро, связал руки не за спиной, а спереди. Заодно предупредил, что испортит ему профиль, если тот вздумает мочиться в угол, и запер гараж снаружи. Затем Алексей поднялся на чердак и осмотрел каждый уголок. В конце концов он обнаружил то, что искал: клочок бумаги с каким-то рисунком. Потом спустился вниз, порылся в кухонном шкафчике, нашел пару банок консервов и пачку крекеров, поставил чайник на электрическую плиту. К появлению Ани, посвежевшей после купания, уже и чайник закипел, и консервы были открыты, и тарелки поставлены.
За ужином почти не разговаривали. Когда Анна все съела и попросила ещё один стакан чая, Алексей положил перед ней листок, который нашел на чердаке.
– Смотри, это Юрка визитку оставил. Не забыл про наш уговор!
Мать долго не могла рассмотреть, что начиркано на клочке бумаги. Закапала слезами на листок.
"Из дальних мест пришло письмо от возлюбленного, крепко запечатанное рисовым клеем. Торопишься раскрыть его, а сердце так и замирает..."
Алексей решил отвлечь ее:
– Анна, глянь, мне этот почерк, по-моему, знаком. Что скажешь?
– и выложил ещё один лист: тот самый, что они добыли в лагере.
Слезы мгновенно просохли. Теперь она внимательно рассматривала ровные строки заявления, написанные мелко, разборчиво, размашисто и почти печатными буквами, сильно наклонившимися влево.
"Директору детского оздоровительного лагеря "Дзержинец" Павлову В.П. от Арина А.А.
ЗАЯВЛЕНИЕ
Прошу Вас разрешить мне - Арину Алексею Анатольевичу - забрать на летний отдых находящихся под моей опекой детей:
Арбузову Екатерину,
Арбузова Павла,
Арбузова Юрия,
Арбузова Петра,
Арбузову Марию.
Дети будут находиться на моей даче по адресу: Московская область, Истринский р-н, пос. Строителей, ул. Ильича, д.7
С уважением - А. Арин"
– И адрес твой дал! Откуда они все знают?
Реакция Анны была не совсем понятна Алексею. Он подумал, что она замерзла, укутал ей ноги пледом.
– Ты, Ань, как маленькая, ей Богу! Неужели не поняла до сих пор, с кем дело имеешь?
– подивился он её наивности.