Святой

Сноу Э. М.

Я глубоко вздыхаю и смотрю в потолок, подгружаясь в поток мыслей о Лиаме. Я не возвращалась в бассейн с тех пор, как он ясно дал понять, что не станет помогать мне с Сэйнтом. Похоже, нам не о чем больше говорить.

На самом деле, мне невыносима мысль о том, что я смогу оставаться с ним в дружеских отношениях, когда он и пальцем не пошевелит, чтобы защитить меня от своих друзей. Но все же, несмотря на то, как я зла и разочарована, мне даже немного грустно. Я вроде как скучаю по нашим ночным купаниям, и это чертовски

странно осознавать. Возможность сосуществовать с ним в этом пространстве дала мне обманчивое чувство надежды на то, что для меня все может наладиться. Без него и этой надежды заставить себя вставать с постели каждое утро стало подвигом. Лучше бы я ему ничего не говорила. Я хотела бы, чтобы мы могли вернуться в прошлое, когда я все еще могу цепляться за эту надежду.

Внезапный звонок телефона отвлекает меня от моих гнетущих мыслей, и я поднимаю глаза, чтобы увидеть, как Лони что-то читает на своем экране. Ее глаза загораются, и она смотрит на меня сверху вниз, а ее блестящие губы изгибаются в усмешке.

— В чем дело? — спрашиваю я, удивленная ее растущим волнением.

— Так, я только что получила сообщение от своей подруги Марты, которая супер крутая и не сучка, что сегодня вечером на соседнем пляже будет вечеринка. Она спрашивает, не хотим ли мы все пойти?

— Мы? — Я почти смеюсь при мысли, что кто-то мог пригласить меня на вечеринку.

Лони выразительно кивает головой.

— Да, мы. Марта и ее друзья не вращаются в кругах сатаны. У них нет причин ненавидеть тебя, и она знает, что мы друзья, поэтому она специально включила твое имя в сообщение.

— Дай мне посмотреть.

Я не поверю в это, пока не получу убедительных доказательств того, что она не просто пытается заставить меня чувствовать себя лучше из-за того, что я неудачница.

Она без колебаний протягивает мне телефон, и, к своему удивлению, я вижу, что она права. Марта действительно упомянула меня по имени в своем сообщении, как и Генри.

Я возвращаю телефон Лони, немного ошарашенная.

— Эм…Я имею в виду, я думаю, это может быть круто.

Лони издает возбужденный вопль и отскакивает от кровати, отчего ее котенок визжит и мчится в ванную.

— Ура! Это будет так здорово для тебя, Мэл, просто пообщаться с людьми, которые не являются психопатами. Возможно, еще есть надежда на твою светскую жизнь!

Я сажусь и смотрю, как она подпрыгивает к своему ближайшему шкафу, пораженная ее изобилием. Хотя я ценю ее решимость спасти меня от моего состояния социального изгоя, я не оптимистична в том, что одна пляжная вечеринка исправит весь ущерб, который Сэйнт и его команда причинили мне.

Тем не менее, звучит это хорошо, и я не хочу разочаровывать Лони, поэтому я широко улыбаюсь, когда она появляется из своего шкафа в милом белом летнем платье, и веду себя так же взволнованно, как и она.

Вечеринка

оказывается не так ужасна. На самом деле, я бы зашла очень далеко и сказала, что я хорошо провожу время. Лони была права, Марта и ее друзья — классные. Все они в некотором роде утверждают, что являются маргиналами в Ангелвью, никто из них на самом деле не дружит с командой Сэйнта, и они не считают себя сильно популярными, но они рады держаться вместе и избегать драмы, которая, кажется, следует за “крутыми” детьми, где бы они не находились. Это отстраненная группа людей, и никто из них даже не бросает на меня мерзкий взгляд.

Я должна признать, что это довольно здорово, не чувствовать себя полностью презираемой.

Лони подбегает к тому месту, где я стою у большого костра, сжимая в руке красную чашку Соло.

— Веселишься, любовь моя? — спрашивает она, и ее глаза светятся надеждой.

Я улыбаюсь и киваю.

— Да, вообще-то. Я действительно рада. Спасибо, что привела меня.

Огромная улыбка озаряет ее черты.

— Ты заслуживаешь немного веселья после всего, с чем ты столкнулась. Я просто рада, что ты согласилась дать этим ребятам шанс.

— Я тоже.

Я делаю глоток напитка, который она мне принесла, водки с клюквенным соком, и впервые за несколько недель позволяю себе по-настоящему расслабиться. Из чьего то джипа играет музыка, одна из новых песен Дуа Липы, и мне хочется начать танцевать. Я покачиваю бедрами взад и вперед, подол кокетливого сине-белого платья с открытыми плечами, которое я позаимствовала у Лони, обхватывает мои бедра, пока я делаю ещё один глоток. Водка согревает меня изнутри, и я начинаю чувствовать себя обычным подростком, которого не держит никакой багаж прошлого. Никаких прошлых ошибок, нависших над моей головой. Никакой вины и ночных кошмаров.

Я просто нормальная девушка, у которой нет настоящих забот.

История должна была научить меня, что ничто хорошее не длится вечно. Пока мы с Лони танцуем и смеемся у костра, к нам внезапно подбегает Генри, на его лице смесь ярости и паники. Мы замираем, и мой лоб морщится, когда клубок страха распутывается у меня в животе.

— В чем дело? — спрашивает Лони, подходя к нему и кладя руку ему на плечо.

Однако он не смотрит на нее, когда отвечает. Он смотрит на меня.

— Они здесь.

Я знаю ответ еще до того, как говорю:

— Кто здесь?

— Сэйнт и его ублюдки. Они все приехали, чтобы сорвать вечеринку.

Меня мгновенно тошнит, страх плохо сочетается с водкой, бурлящей в моем животе. На мгновение мне кажется, что меня сейчас вырвет, но я сдерживаюсь и делаю глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями.

— Нам нужно убираться отсюда, — бормочет Лони, поворачиваясь ко мне с беспокойством в ее темных глазах.

Тогда они просто подумают, что я трусиха.