Святыня
Шрифт:
Пэджетт пребывал в нерешительности.
— Можно мне сначала выпить?
— Там, куда мы поедем, выпивки предостаточно, — заверил его первый репортер. — Это недалеко. — И повел к двери.
Несколько других журналистов в баре, собравшиеся для принятия утренней дозы (просто чтобы прогнать холод после ночного бдения перед церковью и монастырем), забеспокоились.
— В чем дело, Фенн? — спросила подошедшая Нэнси.
— Эти ублюдки заключили сделку с Алисиным отцом. И не дадут ему ни с кем говорить.
Второй репортер «Экспресс» встал в дверях.
— Все правильно. Теперь он принадлежит нам.
— Минутку, — проговорила американка. —
— Не твое дело.
Фенн хищно улыбнулся.
— Я слышал, что договор ждет подписи. Это значит, он еще не подписан.
Репортер «Экспресс» не стал тратить время на слова, а распахнул дверь, выскочил и захлопнул ее за собой.
— В чем дело? — Высокий бородатый бармен захлопал глазами за стеклами очков, когда толпа бросилась в погоню. Он приветствовал их бизнес, но не одобрял буйного нрава журналистов.
Снаружи на стоянке серебристо-серый «форд-капри» заводил двигатель, и к автомобилю бежал репортер «Экспресс». Он открыл боковую дверь и прыгнул внутрь, когда машина уже тронулась.
Фенну и остальным преследователям пришлось отступить, чтобы не быть сбитыми.
— Куда они повезли Пэджетта? — крикнула Нэнси Шелбек.
— Наверное, в какую-нибудь гостиницу по соседству. Они на несколько дней запрут его там, где никто не найдет.
— Это не может быть законно.
— Законно, если он согласен. — Фенн бросился к своей малолитражке и заскочил внутрь, радуясь, что не запер дверь. Через ветровое стекло он видел, как другие журналисты спешат к своим автомобилям. «Капри» уже скрывался вдали на главной улице. Пока Фенн заводил двигатель, боковая дверь открылась.
— Смешно, — сказала Нэнси и расхохоталась. — Прямо кейстонские полицейские! [24]
У Фенна не было времени оценить ее юмор, как и велеть убраться из машины. Он включил первую скорость, с ревом проехал через стоянку и вырулил на главную улицу, едва взглянув, свободен ли путь. Ему повезло: «капри» с Пэджеттом и двумя журналистами пришлось остановиться у пешеходного перехода, по которому двигались, поглощенные беседой, две престарелые леди.
Фенн, торжествуя, похлопал по баранке.
24
Название телесериала.
— Попались, голубчики! Теперь не уйдут!
Нэнси громко рассмеялась.
— Не верю!
Покрышки пробуксовали по покрытию — и «капри» ринулся дальше. Головы внутри повернулись к Фенну, когда он нажал на педаль и помчался в погоню.
— Полегче, Фенн. Ради этого не стоит жертвовать жизнью!
Две машины с ревом мчались по главной улице, в то время как другие, с более медлительными журналистами, только выруливали со стоянки. С обеих сторон дороги стояли автомобили, превращая путь в узкий туннель и заставляя две машины притормаживать, когда появлялись встречные. Фенн знал, что, когда они выедут из поселка на шоссе, за «капри» будет труднее удержаться. Но у него было преимущество: он знал здешние дороги. Он догадался, что журналисты направляются в Брайтон, чтобы воспользоваться одним из тамошних отелей как тайником, и выругал их (хотя в душе и не мог упрекнуть) за авантюризм Из-за своего участия во всем этом Фенн чувствовал себя некоторым образом собственником здешней истории и считал других газетчиков вторгшимися на его территорию. Из-за того, что узнал о Лене Пэджетте, и вследствие собственных
«Капри» находился в пятидесяти ярдах впереди, приближаясь к концу поселка Фенн видел вдали перекресток, небольшой изгиб, за ним — гараж, монастырь. Здесь не было машин, и он увеличил скорость в отчаянном стремлении догнать «капри», понимая, что тот повернет на шоссе, а не поедет прямо по проселочной дороге. Главная улица была забита спешащими за покупками жителями, многие из которых неодобрительно качали головами, глядя на устроившие гонки машины. Возможно, они уже смирились с симптомами того, что грядет в некогда тихое местечко.
Нэнси Шелбек рядом с Фенном закусила губу, забавляясь гонкой и одновременно тревожась.
Они были уже у поворота. Из бакалейной лавки выходили покупатели с полными кошелками и не такими полными кошельками. Справа перед гаражом стояла огромная желто-зеленая цистерна, выкачивая содержимое в подземные баки. В витрине сбоку от эстакады сверкал девственно свежий автомобиль. Зеленый одноэтажный автобус, направляясь в поселок, преодолел еле заметный поворот и переехал через покрашенный в белое порожек на дороге. Когда автобус выехал на прямой участок, водитель нажал на акселератор.
«Капри», въехав на поворот, даже не притормозил.
Фенн, сам не зная почему, взглянул на кремовую стену монастыря впереди: что-то непреодолимо притягивало его взор.
Он увидел в окне маленькое белое личико на фоне черноты, отчего оно казалось отчетливее. Фенн инстинктивно понял, что это Алиса. Смотрящая на улицу. На автомобили.
Слишком поздно он заметил виляющую из стороны в сторону машину, словно водитель потерял над ней контроль. Они неслись прямо на нее. Фенн попытался выкрутить руль, чтобы не врезаться в виляющий «капри», но руль не влиял на движение, машина, двигалась по своему усмотрению.
Фенн нажал на тормоз, но от паники слишком сильно. Колеса замерли — и машину занесло.
Зеленый автобус g искаженными от ужаса лицами в окнах, похожими на горошины в раскрывшемся стручке, отвернул от бешено вертящегося «капри», но было лишь одно направление, куда водитель мог направить его. На площадку перед гаражом Где бензовоз выкачивал в баки свое содержимое.
«Капри» врезался в передний угол автобуса, его капот тут же смялся, двигатель поднялся вверх и прошел через ветровое стекло — прямо в лица сидящих внутри. Водителя автобуса после столкновения швырнуло вперед, и он влетел прямо под цистерну за долю секунды до того, как в нее врезался автобус. Водителю повезло: он умер, не успев понять, что произошло.
Длинная кишка, через которую бензин тек в подземные баки, порвалась, а от скрежещущего металла во все стороны полетели искры, попав на разлившуюся жидкость.
Увидев столкновение, Фенн закричал. Его собственная машина врезалась в витрину. Он лишь смутно запомнил ослепительную вспышку и оглушительный гром от взрыва цистерны.
Глава 23
— Твоя жизнь кончена! — И он швырнул ее на пол, за волосы втащил в комнату, на колоде обезглавил и всю разрубил на куски, так что кровь залила пол, после чего бросил в корыто к остальным.