Сы Мин
Шрифт:
Сы Мин вновь рассмеялась.
— Люди говорят, что моя ручка пишет судьбы, а ручка судьи определяет смерть. Когда я была Звёздной Госпожой, я писала судьбы с божественной силой. Но Саньшэн, будучи богиней судьбы, видимо, не обладала достаточными способностями, поэтому она украла ручку у судьи в мире мёртвых. Теперь я могу рисовать как жизнь, так и смерть. Саньшэн наделила меня великой силой творения, и это поистине бесценный дар!
— Чан Юань, я готова создать для тебя мир, полный красоты. Ты согласен?
— Конечно, —
— Сейчас?
— Если ты так хочешь...
Конец.
Экстра 1. Учащенное сердцебиение
Лунная ночь, бамбуковый домик.
— Подожди... Чан Юань, подожди, мне больно.
— Больно? Хорошо... Мы остановимся, — произнес он, словно намереваясь уйти.
Сы Мин стиснула зубы и ударила его по бедру:
— Не смей!
Он не осмелился уйти, но и не двигался. Его тело напряглось, и он замер над ней, уткнувшись лицом в ее грудь. Тяжелое и теплое дыхание Чан Юаня обжигало ее кожу, заставляя Сы Мин краснеть.
Он был внутри неё, но не двигался. Эта необычная ситуация лишь усиливала его волнение. Сы Мин чувствовала, как его трепет передаётся ей.
Тёплая жидкость вытекала из её тела, смазывая их соединение. Сы Мин взяла руку Чан Юаня и положила её на свою грудь:
— Есть... есть способ, который, возможно, поможет избежать боли. Помоги мне, помассируй.
Чан Юань, едва сдерживая свои эмоции, нежно массировал её тело, не задавая лишних вопросов. Спустя некоторое время он с удивлением поднял голову и, взглянув на неё, произнёс:
— Сы Мин, это... изменилось.
Лунный свет, проникая сквозь бумажное окно, освещал лицо Сы Мин, залитое румянцем, словно кровавым. Она прикусила палец, сдерживая свои чувства. Её полные эмоций глаза блестели, делая её ещё более привлекательной. Чан Юань ощутил, как его тело вновь напряглось.
Этот непроизвольный толчок заставил Сы Мин вскрикнуть.
Чан Юань, глядя на неё, не смог сдержать улыбки. Увидев её в таком состоянии, он почувствовал себя по-настоящему счастливым.
— Не смотри так, — пробормотала Сы Мин, прикрывая лицо. — И перестань стоять на месте.
Наконец он уловил её сигнал и спросил:
— Ты хочешь, чтобы я двигался только вперёд?
Сы Мин, вздохнув, молча кивнула.
— Сы Мин, если тебе будет больно, скажи мне.
— Хорошо.
Каждое движение Чан Юаня, каждое их прикосновение словно зажигали огонь на их лицах. Он двигался медленно, и чем медленнее, тем сильнее разгоралась в Сы Мин страсть. Она не могла сдержать стоны, а его дыхание становилось всё тяжелее.
Тепло их тел наполняло комнату.
Достигнув кульминации, Чан Юань хрипло спросил:
— Больно?
Конечно, это было больно. Даже если она не видела, она знала, что кровавые пятна покрыли простыни. Но она покачала головой и с улыбкой посмотрела ему в глаза:
— Нет.
Чувства
Энергия Чан Юаня была безгранична, и Сы Мин едва справлялась с ней. Но каждый раз, когда он спрашивал, не больно ли ей, она лишь улыбалась и качала головой. Быть вместе и заниматься этим делом приносило ей больше радости, чем любая другая боль.
Чан Юань обретал всё большую уверенность, а их движения становились все более страстными. Удары сердца отдавались в груди, а перед глазами Сы Мин возникало лишь лицо Чан Юаня, ставшее вечным отпечатком в её сердце.
— Чан Юань, Чан Юань... — шептала она.
— Да, я здесь, — его голос дрожал от наслаждения.
— Я люблю тебя, очень люблю... — её слова лились потоком.
Чан Юань, не способный выразить свои чувства словами, лишь крепче прижался к губам Сы Мин и страстно поцеловал её. Она дрожала в его объятиях, её тело охватила волна удовольствия.
Он тоже не смог сдержать стон наслаждения. Сы Мин крепко обняла его, а он, продолжая двигаться, оставил на её шее отметину, словно клеймо.
— Ты моя, а я твой, — прошептал он.
— Я твоя, а ты мой, — эхом повторила она.
Экстра 2. Драконье яйцо
В бескрайних просторах Пустоши Десяти Тысяч Небес Сы Мин создала свой собственный мир: небо, солнце и луну, горы, реки и озёра. Этот мир был обширен и тих. В нём она и Чан Юань жили счастливо, хотя иногда им и бывало одиноко.
Однако вскоре их спокойная жизнь подошла к концу. Сы Мин нежно погладила свой округлившийся живот и, посмотрев на сидящего рядом Чан Юаня, спросила:
— Чан Юань, кого ты хочешь — девочку или мальчика?
Она задавала этот вопрос множество раз, и каждый раз Чан Юань отвечал: «Неважно». Однако сегодня он казался особенно взволнованным.
— Я переживаю, будет ли это ребёнок или яйцо. Если ребёнок, то всё хорошо, но если яйцо, то как его высиживать? Или... — Его лицо побледнело от ужаса при мысли о том, что может произойти. — Человеческая голова и тело яйца? Или тело человека с головой яйца?
Какой это будет монстр...
Сы Мин закатила глаза:
— Чан Юань, ты слишком много думаешь об этом.
Но не успела она закончить фразу, как почувствовала острую боль в животе. Она нежно коснулась своего живота, который начал сильно сокращаться, и её лицо побледнело. Она прошептала:
— О, мне кажется... — Боль становилась всё сильнее, и Сы Мин побледнела ещё больше. — Скоро мы узнаем правду.
— Что? — Чан Юань замер, увидев, как по её лицу течёт холодный пот. Его подбородок задрожал. Очнувшись, он быстро успокоился, поднял Сы Мин на руки и отнёс её в дом, чтобы уложить в постель. Он сноровисто снял с неё одежду, разжёг огонь и подготовил воду. Он всё подготовил заранее для этого дня.