Сы Мин
Шрифт:
— Да, что-то не так, — произнесла она, коснувшись своих губ. — Чан Юань, ты использовал какую-то магию? Почему мне стало так приятно от твоего укуса?
Он посмотрел на неё с удивлением.
— Возможно, это остатки магии в твоём теле, — предположил он.
Он не договорил, но подумал: «Мне тоже было приятно».
Осознав, что его притягивает ощущение её близости, он почувствовал, как это начинает его пугать. Он снова повторил про себя мантры, чтобы успокоиться.
Затем они шли молча, погружённые в свои собственные мысли. Единственный
Когда туман начал рассеиваться, Эр Шэн увидела вдалеке огромный каменный монумент, возвышающийся до небес. По мере приближения она заметила, что на нём вырезаны изображения драконов. Драконы выглядели настолько реалистично, что казалось, вот-вот оживут и взмоют в небо. Это зрелище внушало благоговение.
Чан Юань поставил её на землю. Эр Шэн, заворожённая монументом, сказала:
— Драконы вырезаны потрясающе.
— Это не резьба, — холодно ответил Чан Юань. — Это останки древних драконов, которые погребены здесь навечно.
— Почему? — удивилась девушка. — Они что-то сделали не так?
— Это наказание, ниспосланное небесами. Независимо от того, были ли они виновны, они должны были понести его.
Эр Шэн, видя выражение лица Чан Юаня, ощутила боль в сердце. Она подошла к нему и, приподнявшись на цыпочки, нежно коснулась его волос, произнеся:
— Наказывать невиновных — это ошибка небес. Мы выше этого, и нам не следует обращать на это внимания.
Эти слова утешения удивили Чан Юаня. Он опустил голову, позволив Эр Шэн нежно гладить его волосы. Её мягкий голос постепенно успокоил его.
Спустя некоторое время Чан Юань спросил:
— Ты хорошо себя чувствуешь здесь?
— Да, — ответила Эр Шэн. Её тело уже привыкло к энергии этого места благодаря насекомым, которых она ела в лесу.
Чан Юань кивнул, выкопал несколько корней травы и разломал их.
— Мне нужно почтить память предков. Оставайся здесь. Я вернусь завтра или послезавтра.
Эр Шэн неохотно согласилась.
— Два дня? Постарайся вернуться поскорее. Подожди! Дай мне ещё пару корней!
Она проводила его взглядом, прижалась к корням и, постепенно, погрузилась в сон на траве.
В Долине Хуэйлун поднялся ветер, который пронёс мимо неё слова:
«Сы Мин, не управляй своей судьбой, не противься небесному предначертанию».
Эр Шэн не поняла их смысла, но всё же погрузилась в сон.
«Ты не должна была входить в Пустошь Десяти Тысяч Небес», — строгий мужской голос прервал её покой. — «Ты ещё и пытаешься освободить его».
«Почему нельзя?» — этот женский голос звучал с уверенностью и решимостью. — «Он никому не причинил вреда, и у него есть право на свою судьбу. Небеса не могут держать его в заточении из-за какого-то древнего пророчества. Он стремится к свободе и заслуживает её».
«Сы
«Хм, если Небеса несправедливы, я пойду против них».
«Как дерзко!»
«Император», — в её голосе звучала насмешка. — «Ты мне нравишься, и ты можешь не замечать этого, но ты не можешь запретить мне испытывать к тебе чувства. Так же и сейчас, я освобожу его. Ты можешь помешать мне, но я должна это сделать».
«Ты...»
— Эр Шэн? — раздался мягкий голос, который вернул её к реальности.
Шум в ушах постепенно стихал. Она открыла глаза и увидела над собой голубое небо с белыми облаками. Чан Юань с нежностью смотрел на неё.
— Плохой сон?
Эр Шэн протёрла глаза и удивлённо спросила:
— Ты же говорил, что уйдёшь на день-два, почему так быстро вернулся?
Он был озадачен.
— Я действительно уходил на два дня. — Он посмотрел на почти нетронутые корни рядом с ней. — Ты спала всё это время.
— Ого... Так долго, а мне снился всего один сон.
Чан Юань нежно коснулся её волос, и в его взгляде отразилась забота.
— Ты, должно быть, очень устала за эти дни, — произнес он с нежностью.
Он помог ей подняться и протянул длинный чёрный меч. Это было внушительное оружие с лезвием, ещё не заточенным, но уже излучающим холодный блеск.
— Это редкий и хороший меч, — сказал Чан Юань с гордостью.
— Что это? — спросила Эр Шэн, в её голосе слышалось удивление.
— Я заметил, что у тебя нет оружия для самозащиты, и решил сделать его для тебя, — ответил он с лёгкой улыбкой.
Эр Шэн с радостью приняла меч и внимательно осмотрела его. Её глаза засияли от восторга.
— Какой прекрасный! Ты сам его создал, Чан Юань? Как же он называется? — спросила она с восторгом.
Он на мгновение задумался и ответил:
— Пусть это будет Меч Единственной Чешуи.
— Меч из чешуи? Ты сделал его из своей чешуи? Поэтому он чёрный. Но название...
Её имя показалось ей странным, и Чан Юань почувствовал себя неловко. Он поспешил поправить:
— Нет, это Меч Единственной Чешуи. Ты, наверное, ошиблась.
Хотя новое название звучало не так изысканно, как предыдущее, оно всё же было лучше. Эр Шэн не могла оторвать взгляд от меча, радуясь и восхищаясь им. Внезапно она задала вопрос:
— Чан Юань, если этот меч сделан из твоей чешуи, то было ли тебе больно, когда ты её снимал? Была ли кровь? Где ты её взял?
— Всё в порядке. Это всего лишь одна чешуйка.
На самом деле, эта чешуйка была с его груди, она защищала сердце. Чан Юань достал из рукава два маленьких белых кусочка:
— Посмотри, подходят ли они для твоих передних зубов?