Сын Багратиона 2
Шрифт:
— Братья твоего отца прибыли сюда вместе со своими семьями, помогать тебе будут. Ради этого они даже со службы уволились.
«Вот только этого мне и не хватало для полного счастья», — подумал я про себя, но высказаться по этому поводу не успел. Тётя Тамара, будто читая мои мысли, поспешно затараторила:
— Не куксись. Очень достойные люди, лишними они здесь точно не будут.
С этими словами она подхватила меня под руку и поволокла вдоль пирса, к которому были пришвартованы сразу два корабля, в сторону стоящей чуть в стороне группы людей.
Я, ошалевший от происходящего, начал было задавать ей вопросы о том, как она-то здесь оказалась. Но ответов, как не трудно догадаться, не получил.
— Потом обо всем поговорим, потерпи немного, сейчас другие дела важнее.
Во время представления я окончательно потерялся.
Я знал, что у отца есть братья, племянники, племянницы и множество другой родни по линии его родных дядек. Но, что их столько, как-то не представлял. Поэтому не мудрено, что практически сразу я запутался, кто есть кто. Только и запомнил, что этих самых отцовских братьев, двух, ещё относительно молодых мужчин лет тридцати с хвостиком, и их жён. Все дело в том, что помимо родни, здесь было дофига и других знатных грузин из числа потомков дворян, прибывших когда-то в Россию вместе со своим царем. Как выяснилось чуть позже, эти переселенцы-грузины приехали сюда совсем даже не из Грузии, а из России, где они так и проживали своеобразным анклавами.
Если говорить коротко, то, узнав о появлении у Багратионов своего княжества, эти люди без сомнений оставили обжитые места и решили переселяться в это самое княжество. Отец, сориентировавшись в ситуации, когда его начали донимать просьбами о помощи в переселении, в свою очередь, обратился к братьям и предложил им тоже уехать на край света, помочь племяннику, то бишь мне, в деле становления княжества.
Санта Барбара отдыхает в сравнении с этими раскладами. На самом деле, я был рад родственникам, и тем более, людям, решившим вспомнить былое и уйти на службу моему роду. Только селить их в одном месте своеобразным анклавом я был не готов. Мне не нужны в будущем проблемы со всякими национальностями. Поэтому, я как бы и радовался такому пополнению, но в тоже время напряженно размышлял, как правильно поступить в этом случае.
Все разрешилось вечером во время разговора с тётей Тамарой и братьями отца, которых, кстати сказать, звали Роман Иванович и Александр Иванович. Сначала, конечно, поговорили с тётей Тамарой. Правда, практически на бегу. Слишком уж много дел на нас с ней навалилось в связи с одновременным приездом такого количества переселенцев. Шутка ли? Чуть более трехсот семей, притом, в значительной части дворянских. В общей сложности, приехало более полутора тысяч человек.
Убился я напрочь, пока всех разместили и обеспечили эту толпу хоть каким-то минимумом условий для нормального отдыха после тяжелого пути.
Тётя Тамара не только рассказала, почему сорвалась ко мне сама, но и привезла очень даже немало новостей и писем. Сама она решилась на переезд только из-за того, что сюда в полном составе переселяется сиротским дом. По её словам, поневоле курируя это заведение, она сама не заметила, как начала относиться к детишкам, как к родным, соответственно, и не смогла отправить их в неизвестность без присмотра. Самолично организовала обоз, который сейчас был в пути. Сделала все возможное, чтобы путешествие у детей прошло благополучно. Только убедившись, что все нужное для переезда детей организовано, как нельзя лучше, она умчалась вперёд, примкнув к грузинским переселенцам, с целью подобрать для детей наиболее подходящее для проживания место.
Тут свою определённую роль сыграл ещё и переезд на Кавказ деда Вахтанга, который решил уйти на покой и заниматься только производством интересных напитков. Как сказала тётя Тамара, уехала она ещё и для того, чтобы не ругаться с выжившим из ума стариком, который вбил себе в голову, что у него
Я из разговора с тёткой для себя вынес конкретное определение — она тот ещё авантюрист, но продуманный. Она приволокла с собой два десятка бочек саженцев винограда, и я предполагаю, что в недалеком будущем у неё с дедом Вахтангом начнутся соревнования, чьи напитки круче. Я научу её делать виски, пусть побеждает. Но это потом, сейчас же надо думать о другом.
Прочитав письмо отца, я задумался, а нужно ли мне вообще ломиться участвовать в войне с Наполеоном. По его словам, уже сейчас подготовлена и перевооружена армия в тридцать тысяч человек, и государь на этом останавливаться не собирается. К началу войны эта армия увеличится, как минимум втрое. Учитывая огромное количество минометов, находящихся на вооружении, по идее, с Наполеоном справятся без всяких проблем, и моё участие в войне не обязательно. Стоит над этим подумать, особенно о том, так ли уж мне нужен грабёж Франции, или может ну его. Не факт, что, учитывая затраты на экспедицию, получится значительно заработать. А переселенцев-мастеров может быть даже дешевле будет тупо переманить.
В письме отец рассказал не только о делах с армией. Очень подробно он поведал ещё и о неоднозначной реакции государя на мои японские дела. Ему очень не понравилось, что я могу втянуть страну в войну с европейскими государствами, совсем сейчас ненужную. Оказывается, государь прекрасно знает, что Япония входит в сферу интересов Португалии и Испании.
Запоздалая, надо сказать, обеспокоенность царя. Даже представить себе не могу его охренение, когда он получит моё письмо и узнает, что Япония вошла в состав княжества. Но это будущие дела, соответственно, и думать об этом я буду позже.
Ещё отец в письме пожаловался на аристократов, которые замучили его всякими предложениями, связанными с основанием новых княжества и извинился, что всех их он перенаправил прямиком ко мне. Аргументировал это тем, что затея с княжеством не его, а значит, и разговаривать о взаимодействии он не может.
В общем, судя по стопке писем как раз от аристократов, родитель меня нехило подставил, спихнув разборки с ними на мои плечи. Эти письма я, кстати, перечитал сразу после маминого, оставив письмо государя напоследок. От него тётя Тамара тоже привезла пухлый пакет бумаг. Если мама в своём репертуаре писала обо всем и ни о чем, рассказывая новости и описывая поведение детей, то аристократы, как по мне, просто дурковали. Как иначе относиться к их бредовым проектам и предложениям, я не знаю. Эти хитрованы решили, что я почему-то обязан помогать им основывать для них княжества, да ещё и в Африке, взамен ничего не получая. Ладно бы действительно предлагали что-то стоящее и взаимовыгодное. Так нет, все они хотят, чтобы я им помог, а потом будем дружить княжествами и поддерживать друг друга во взаимоотношениях с царем. Странные люди. Очень хорошо, что все они от меня далеко. Даже думать особо над их предложениями я не стал, решил, что как-нибудь обойдусь без их поддержки. До этого же обходился.
Поэтому даже не буду им отвечать. Могли же письма до меня не дойти? Когда, наконец, дошли руки до бумаг от царя, первые прочитанные строки ввели меня в состояние гроги и заставили задуматься над тем, долго ли ещё государь будет меня внаглую грабить? Ведь иначе, чем грабежом его предложение, высказанное в приказном порядке, не назвать. А хочет он не много и немало, а чтобы я выкупил у него за три миллиона золотых рублей Аляску и включил её в состав моего княжества. Только он при этом не объяснил, нафига она мне нужна вообще и где мне взять для этого денег. Да и что значит купил? Если все равно моё княжество, по сути, в его распоряжении? Грабеж чистой воды, по-другому это не назвать.