Сын Нептуна
Шрифт:
— Вы? Вы мой…
Он взял ее за подбородок.
— Я — Плутон. Жизнь у моих детей никогда не бывает легкой, но у тебя особое бремя. Теперь тебе тринадцать, и мы должны принять меры…
Хейзел оттолкнула его руку.
— Вы сделали это со мной? — спросила она. — Вы прокляли меня и мою мать? Вы бросили нас?
Слезы наполнили ее глаза. Этот белый богач в превосходном костюме был ее отцом? Ей исполнилось
— Вы дьявол! — закричала она. — Вы погубили наши жизни.
— Что там наговорила тебе твоя мать, Хейзел? — Плутон прищурился. — Она тебе никогда не рассказывала, каким было ее желание? А почему ты родилась с проклятием, она не объясняла?
Хейзел была слишком зла, чтобы говорить, но Плутон, казалось, прочел ответ у нее на лице.
— Нет… — Он вздохнул. — Наверно, не говорила. Гораздо легче во всем винить меня.
— Что вы хотите этим сказать?
Плутон снова вздохнул.
— Бедное дитя. Ты появилась на свет слишком рано. Я не очень ясно вижу твое будущее, но настанет день — и ты найдешь свое место. Потомок Нептуна смоет твое проклятие и даст мир твоей душе. Но, боюсь, до этого еще далеко…
Хейзел не поняла его слов. Прежде чем она успела что-то ответить, Плутон протянул руку. На его ладони появились альбом для рисунков и коробка с цветными карандашами.
— Насколько я понимаю, тебе нравятся искусство и верховая езда. Это тебе для искусства. Что касается верховой езды… — Глаза его сверкнули. — Тебе нужно освоить это самой. А пока мне нужно поговорить с твоей матерью. С днем рождения, Хейзел!
Он повернулся и пошел вверх по лестнице — вот так, словно вычеркнул Хейзел из списка назначенных на сегодня дел и уже забыл про нее. «С днем рождения. Нарисуй картинку. Увидимся еще через тринадцать лет».
Хейзел была ошарашена и ужасно зла, мысли ее смешались… она застыла у подножия лестницы. Ей хотелось зашвырнуть цветные карандаши куда подальше, растоптать их. Хотелось догнать Плутона и пнуть его под зад. А еще — убежать, найти Сэмми, украсть лошадь, уехать из города и никогда не возвращаться. Но ничего этого она не сделала.
Наверху открылась дверь квартиры, и Плутон вошел внутрь.
Хейзел все еще трясло от его ледяного прикосновения, но она прокралась наверх, посмотреть, что будет. Что он скажет Королеве Мари? И кто будет с ним разговаривать — мать Хейзел или тот ужасный голос?
Добравшись до двери, Хейзел услышала, как они спорят. Она заглянула внутрь. Ее мать вернулась в свое нормальное состояние — она визжала, злилась, разбрасывала вещи по комнате, а Плутон пытался ее вразумить.
— Мари, это безумие, — сказал он. — Ты будешь так далеко, что я не смогу тебя защитить.
— Защитить? — закричала Королева Мари. — Да когда это ты меня защищал?
Темный
— Ты и понятия не имеешь… — сказал он. — Ты и ребенок живы благодаря мне. У меня повсюду враги — среди богов и людей. А теперь, когда идет война, положение только ухудшится. Ты должна остаться там, где я смогу…
— Полиция считает меня убийцей! — вопила Королева Мари. — Мои клиенты хотят повесить меня как ведьму! А Хейзел — ее проклятие только усиливается. Твоя защита нас убивает.
— Мари, прошу тебя… — Плутон умоляющим жестом распростер руки.
— Нет! — Королева Мари подошла к шкафу, вытащила кожаную сумку и швырнула ее на стол. — Мы уезжаем, — сообщила она. — Можешь оставить свою защиту при себе. Мы едем на север.
— Мари, это ловушка, — предостерег ее Плутон. — Уж не знаю, кто нашептывает тебе на ухо, кто настраивает против меня…
— Ты сам настроил меня против себя! — Она схватила фарфоровую вазу и швырнула ее в Плутона. Ваза упала на пол — во все стороны разлетелись драгоценные камни — изумруды, рубины, алмазы. Вся коллекция Хейзел.
— Вы погибнете, — предупредил Плутон. — Если поедете на север, то умрете обе. Я это ясно предвижу.
— Убирайся! — заорала она.
Хейзел хотелось, чтобы Плутон остался и спорил дальше. Хейзел вовсе не нравилось то, что говорила ее мать. Но ее отец махнул рукой и растворился в воздухе… словно он и в самом деле был духом.
Королева Мари закрыла глаза, глубоко вздохнула. Хейзел боялась, что вот сейчас из нее снова польется тот странный голос. Но она заговорила своим обычным голосом.
— Хейзел, — отчеканила она, — выходи из-за двери!
Хейзел, дрожа, подчинилась. Она прижимала к груди альбом и коробку с карандашами.
Мать посмотрела на Хейзел так, словно та была самым большим разочарованием в ее жизни. Порченое дитя — так говорил тот голос.
— Собирайся, — приказала она. — Мы уезжаем.
— К-куда? — пролепетала Хейзел.
— На Аляску, — ответила Королева Мари. — Будешь заниматься делом. Мы начнем новую жизнь.
По тому, как это было сказано, у Хейзел возникло впечатление, что они будут создавать «новую жизнь» для кого-то другого… или для чего-то другого.
— Что имел в виду Плутон? — спросила Хейзел. — Он в самом деле мой отец? Он сказал, что выполнял твое желание…
— Отправляйся в свою комнату! — закричала мать. — Собирайся!
Хейзел бросилась прочь и неожиданно вернулась из прошлого в настоящее.
Нико тряс ее за плечи.
— Ты опять?..
Хейзел моргнула. Они по-прежнему сидели на крыше святилища Плутона. Солнце низко стояло на небе, вокруг нее появилось несколько новых алмазов, а слезы жгли ей глаза.