Сын палача

Ткачев Андрей Юрьевич

— При всем уважении, — процедил Барнсар. — Мы здесь все же не за этим.

— Это вы так думаете, — женщина слегка пожала плечами, поправив упавший на глаза черный локон. — Даже наверняка придумали для себя некую формулировку, которая не уронит вашей чести. Это не имеет значения, детишки. Но я смилуюсь над вашими незрелыми умами. Говорите. Мне даже интересно, что же вы такое придумали.

Маги переглянулись, и девушка начала:

— Род Эвверан хочет предложить роду Торн прекратить на время вражду. Заключить перемирие в связи с новыми угрозами, выходящими

за пределы противоречий между отдельными родами империи.

— Неплохо, — одобрительно кивнула хозяйка особняка. — Гораздо лучше, чем я ожидала. Впрочем, ожидала я от вас очень мало. Но вы правы, действительно есть новые угрозы. Проклятие — лишь одна из них, мелкая неурядица. Явно измененный силами магов лютоволк. Нападение на паладинов, — продемонстрировала она свою осведомленность о творящихся в окрестностях делах еще до того, как двое магов успели про это рассказать. — Допустим, в ваших словах есть здравое зерно. Бороться друг с другом в такое время… — она неопределенно, и в то же время невероятно изящно пошевелила рукой, наконец, подобрав слова. — Некрасиво, с точки зрения нашего долга перед Империей. Но вот есть один нюанс — я считаю род Эвверанов пустым местом, какое даже не стоит учитывать. Вы просто не в силах повлиять на сложившийся расклад, как бы не пытались.

Слова, ожидаемо, вызвали еще одну вспышку гнева у Барнсара, да и Раде становилось сложнее сдерживаться. Но это было необходимо.

— И все же… — заговорила юная огненная волшебница.

— И все же вы здесь, — оборвала ее женщина. — Не в моих правилах разбрасываться ресурсами, даже совершенно никчемными на первый взгляд. Атарисы поступают по-другому, — сделала волшебница небольшую паузу, выразительно посмотрев на своих гостей. — Мое условие простое — разберитесь, наконец, с этим проклятием, и тогда… — она улыбнулась, хищно, алчно. — Вы докажите мне свою полезность. И через это сможете рассчитывать на полное снятие с вас немилости императора. И поверьте, мне это вполне по силам, — ответила она на вопросительный взгляд со стороны парня. — Но запомните, детишки — назад дороги не будет. Вы выполните для меня некоторую… работу. Иначе вновь станете изгоями, еще большими, чем сейчас.

— Да как ты… — не сумев сдержать эмоции практически зарычал Барнсар, но Рада успела его заткнуть.

Женщина наслаждалась (не капли этого не скрывая) бессильной яростью наследника клана, но молчала.

— Мы согласны, — твердо произнес наследник рода Эвверан, усмирив свою гордость. Вот только его глаза так и полыхали пламенем, чем вызывали еще большую насмешку со стороны хозяйки особняка. — Но не думайте, что у нас нет чести. Если вы потребуете нечто, что идет в разрез с нашими взглядами…

— Мы лучше умрем, чем расстанемся со своей честью, — завершила мысль Рада.

Но волшебница лишь облизнув губы рассмеялась, впрочем, пообещав:

— Не бойся, ублюдка, — в этот раз улыбка женщина была странной… пугающей, презрительной и одновременно садистки любопытной. — Ничего такого, за что тебе было бы еще более стыдно, чем сейчас. Идите. Разговор окончен.

Молодые маги растерянно

переглянулись. Однако выбора у них все равно не было, и Барнсар первым, не без облегчения, покинул кабинет.

Хотя бы добились того, что война с Торнами будет прекращена, как минимум, на время. А то, что эта женщина посмела так говорить с ними… Что же. Эввераны не забывают оскорблений, пройдет несколько лет и настанет ее время отвечать за слова. Очень скоро он станет главой рода, и тогда у него найдутся силы и средства для мести.

— И почему меня не покидает чувство, что от нас таких действий ожидали? — тихо спросил Барнсар сам себя.

— Что будем делать? — спросила Рада.

Взгляд этой женщина оставил у нее неприятные ощущения.

— Мы знаем, где находится физическая привязка проклятия. Выжжем там все, и дело с концом, — уверенно ответил ей Барнсар.

Его бесило это короткое унижение, и он жаждал реабилитироваться в своих глазах, как и в глазах своей возлюбленной.

— Уверен? Но Солрэн сказал…

— Его здесь нет, — оборвал девушку маг огня. — А у нас больше нет времени. Поспешим. Будь уверена — вдвоем мы со всем справимся!

Он с заботой и уверенностью посмотрел на нее, от чего Рада приободрилась. Приятно было положиться на него, довериться его силе, а не пытаться всем показывать, что она знает, что делает, излучая уверенность в своих решениях и действиях.

— Хорошо. Давай сделаем это.

Хозяйка дома проводила покидающих территорию особняка молодых магов насмешливым взглядом.

— Я проиграл вам, госпожа, — признался мужчина, который еще недавно встречал этих детишек в дверях. — Вы в очередной раз доказываете, что ваше чутье превосходит любые выводы наших аналитиков.

— Не подлизывайся, — ответила волшебница, хотя лесть была ей приятна. — На сегодня я уже насытилась чужой беспомощностью.

Он поклонился, спросив:

— Как пожелаете, госпожа. Но вы действительно готовы заступиться за этот род?

— Ты не умеешь смотреть на перспективу. Эввераны очень скоро останутся совсем одни. И либо исчезнут… Либо найдут нового хозяина. Мне лишь нужно сделать так, чтобы новый глава их рода был, — она сладко облизнулась, — подчинен мне. Он станет новой игрушкой в моих руках. А гнев в умелых руках — прекрасный инструмент для манипулирования. Это стоит тех усилий, что потребуются для защиты их маленького рода.

Она провела длинным матово черным ноготком по губам и прикусила его. Мужчина за ее спиной вновь склонился в поклоне, так же улыбаясь, но по совершенно иным причинам.

* * *

Целитель спокойно занимался своими делами, в очередной раз погрузившись в кучу канцелярской работы и связанных с нею бумажек, порой хватаясь за голову и не зная, как со всем этим разобраться. Когда он хотел возглавить больницу, то никак не ожидал, что ему предстоит столько времени уделять таким вещам. Все же Зак был сугубо полевым врачом, и ему куда проще было провести очередную операцию, чем искать способы закупки необходимых ингредиентов для изготовления эликсиров.