Сын Собека
Шрифт:
— Ты в порядке? — спросил меня Перси.
Я задыхался, но мне все же удалось легонько кивнуть. Кто-то из детей предложил мне водяной пистолет, но я отмахнулся от него.
— Ребята, — обратился Перси к детям. — Вы слышали сирены? Я поручаю вам важную миссию: что есть силы мчать навстречу полиции и задержать их. Скажите, что здесь слишком опасно. Остановите их!
По каким-то причинам, дети послушались его. Возможно, они были счастливы выполнить хоть какое-то задание, но, слушая речь Перси, у меня появилось чувство, что ему уже приходилось когда-то вдохновлять
Как только дети убежали, я сумел произнести:
— Отличная идея.
Перси мрачно кивнул. Крокодил был все еще отвлечен носовым нарушителем, но я сомневался, что шабти продержится достаточно долгое время. Под таким давлением, он, скорее всего, скоро растает и обратно превратиться в кучку воска.
— А ты не промах, Картер, — признался Перси. — Какие еще фокусы ты знаешь?
— Никаких, — уныло произнес я. — Мой энтузиазм иссяк. Но если бы я смог добраться до застежки, то думаю, я смог бы открыть ее.
Перси смерил глазами Петсухоса. Тупик все больше заливало грязной водой, стекающей с его кожи. Сирены звучали все ближе. У нас совсем не оставалось времени.
— Кажется, теперь настала моя очередь отвлекать крокодила, — сказал он. — Приготовься достать ожерелье.
— Но у тебя даже меча нет! — запротестовал я. — Ты погибнешь!
Перси криво улыбнулся.
— Просто постарайся добраться до него до того, как это начнется.
— Начнется что?
Крокодил чихнул, запустив воскового бегемота по ту сторону Лонг-Айленда, и обернулся в нашу сторону. Он зарычал в гневе, когда Перси кинулся в атаку.
Как выяснилось, мне совсем не нужно было спрашивать у Перси, что у него было на уме. Когда он начал приводить свой план в действие, все стало довольно-таки очевидным. Он встал прямо напротив крокодила и поднял свои руки вверх. Я понял, что он собирается использовать какую-то магию, но я не слышал, что бы он произносил магические заклинания. У него не было ни палочки, ни посоха. Он просто стоял там, смотря на крокодила, и будто бы говорил: «А вот и я! Аппетитная вкусняшка!»
Казалось, крокодил на мгновение удивился. Если бы не это, мы бы погибли, зная, что сумели изумить этого монстра уже много, много раз.
С тела крокодила лился пот. Солоноватая жижа была уже возле края тротуара, доставая до наших лодыжек. Она стекала в канализацию, не переставая литься из его кожи. Затем я увидел, что происходит. Перси поднял свои руки, и вода начала закручиваться против часовой стрелки вокруг ног крокодила. Водоворот набирал скорость до тех пор, пока не охватил весь тупик. Его вращение было настолько сильным, что я почувствовал, как он оттягивает меня в сторону. Когда я понял, что надо бежать, течение уже было слишком сильным. Пришлось доставать ожерелье другим путем.
«Один последний трюк», — подумал я. Я боялся, что дальнейшее использование магии может сжечь меня заживо, но все же собрал остатки своей магической энергии и превратился в сокола — священного животного Гора. Мгновение, и мое зрение стало в сто раз острее. Я взмыл высоко над
Весь тупик охватил ураган. Перси неподвижно стоял на краю, но вода прибывала настолько быстро, что даже крокодилу было сложно устоять на ногах. Сломанные машины скрежетали по тротуару. Почтовые ящики, ранее стоявшие на газонах, разлетелись в стороны. Воды становилось больше не только по объему, но и по скорости. С каждым приливом ее количество возрастало, превращая весь поселок в жидкообразную центрифугу.
Настала моя очередь быть удивленным. Всего несколько секунд назад я ни за что не принял бы Перси за мага. Однако я никогда не видел мага, который может контролировать столько воды. Крокодил спотыкался и барахтался в гигантском водовороте.
— Рад помощи в любое время, — пробормотал Перси, сжав зубы. Без слуха сокола я ни за что бы не расслышал его сквозь шторм, но все же понял, что он обращался ко мне. Я вспомнил, что и для меня еще осталась работенка. Никто, будь он маг или не маг, не мог бы контролировать такую силу на протяжении долгого времени.
Я сложил свои крылья и нырнул в сторону крокодила. Добравшись до застежки ожерелья, я обратно обратился в человека и крепко схватил ее руками. Вокруг меня бушевал ураган. Я едва мог видеть сквозь туман и водоворот. Течение было настолько сильным, что оно, касаясь моих ног, намеревалось затащить меня в свой поток.
Я жутко устал. Я не чувствовал такого напряжения с тех пор, как сражался с Апофисом, самим богом Хаоса. Я провел рукой над иероглифами на застежке. Там должна была быть подсказка, позволяющая открыть ее. Крокодил ревел и бултыхался, пытаясь устоять на ногах. Где-то слева от меня, в ярости и разочаровании закричал Перси, пытаясь удержать шторм, но водоворот начал замедляться.
У меня было всего несколько секунд прежде, чем крокодил вырвался бы на свободу и атаковал. В таком случае, Перси и я были бы мертвы. Я почувствовал четыре символа, которые составляли имя бога. Последний символ не представлял собою ничего. Этот иероглиф был предназначен для богов. Он подсказывал, что буквы «СБК», которые стояли перед ним, составляли имя, принадлежащее божеству.
«В любой непонятной ситуации, — подумал я, — жми на божественную кнопку». Я надавил на четвертый символ, но ничего не произошло.
Шторм слабел. Крокодил начал оборачиваться против течения, прямо лицом к Перси. Краем глаза, сквозь туман и дымку, я увидел, как Перси падает на одно колено.
Я провел пальцами над третьим иероглифом — «плетенной корзинкой» (Сейди всегда называла его «чашкой»), который означал звук [К]. На ощупь он был теплым, или это было всего лишь мое воображение? Времени на раздумья не было. Я нажал на него. Ничего не произошло.