Сын Солнца
Шрифт:
Впрочем, этим проблемы самопровозглашенного Сапа Инки не заканчивались. Благодаря действиям агентуры Уаскара из северной армии еще до этого началось дезертирство солдат-южан, но в целом Атауальпе еще удавалось сохранить порядок в войсках. Но никто из новых властителей не обладал достаточным для этого авторитетом, и армия начала разваливаться. Южане целыми подразделением оставляли казармы, отправляясь на юг, северяне присягали разным вождям в зависимости от племенной принадлежности и предпочтений их командиров. Ситуация обострилась до предела - бывшие друзья и союзники, несмотря на угрозу с юга, готовы были вцепиться друг другу в глотки. Нужен был лишь небольшой толчок, который нарушил бы это неустойчивое равновесие…
Недовольство
Часть 2.
Глава 10.
Чалкучима вернулся в Хауху с принцем Киллискачей на следующее утро.
Они ехали на носилках Чалкучимы в сопровождении великолепного кортежа.
Военачальник пришел к Эрнандо Писарро, и они вдвоем провели целый день
в переговорах, которые ни к чему не привели. Писарро пытался уговорить
Чалкучиму поехать с ним в Кахамарку, заявив, что Атауальпа хочет, чтобы
его военачальник был рядом с ним. Чалкучима объяснил, что Атауальпа еще
раньше прислал ему приказ оставаться в Хаухе, поэтому он не двинется с места,
пока не получит четкий контрприказ. Если бы он уехал из Хаухи, вся эта область,
несомненно, восстала бы и перешла на сторону Уаскара. Обе договаривающиеся
стороны еще не пришли ни к какому соглашению, когда наступила ночь. Испанцы
опять провели ночь в боевой готовности, в то время как Чалкучима обдумывал
доводы, высказанные ему днем. По какой-то неизвестной причине он решил
уступить.*(59)
(Тауантинсуйу, окрестности о. Титикака. 17 марта 1529 года)
Размеренная жизнь военного городка под Тиуанако, где собирались главные силы наступательной группировки, была прервана 27 дня Месяца Великой Возрастающей Луны, когда от Титу Атаучи - главнокомандующего армией и исполняющего обязанности Сапа Инки на время отсутствия того в столице - из Куско пришел приказ на выступать на север. И хотя был уже конец месяца, сборы начались немедленно:
– Отпразднуем начало Месяца Произрастания цветов в дороге, - сказал командовавший их армией генерал Топа Атау, - Нужно спешить.
Поскольку двигаться предстояло по глубокому тылу, где на каждом шагу имелись склады с запасами продовольствия, оружия и снаряжения, то сборы не затянулись. Уже утром 28 числа первые подразделения ‘Южной армии’ покинули расположение, двинувшись на север. Уже в дороге их застало и новое послание - на этот раз от самого Сапа Инки. Содержание его, впрочем, практически полностью дублировало то, что прислал за день до того Титу Атаучи…
***
(Тауантинсуйу, Томебамба. 16 марта 1529 года)
Ждать окончания праздника не стал и Уалтопа. Уже на следующий день после убийства Атауальпы он приказал Улко Колья собирать племенное ополчение Томебамбы и окрестных городов, и поселков. Конечно, в свете новых событий необходимость сдачи Томебамбы могла отпасть (на что в мыслях и надеялся наместник), но это не отменяло необходимости по возможность создать проблемы противнику. Чем больше он сейчас выиграет времени - тем выше вероятность, что армия Сапа
Двадцать шестого числа месяца Великой Возрастающей Луны племенное ополчение каньяри численностью в 15 тысяч - большая часть способных держать в руках оружие мужчин города - выступил на север - как и Топа Атау, праздник он решил отметить в пути…
***
(Тауантинсуйу, Куско. Апрель 1529 года)
Столица Куско напоминала собой растревоженный улей. Казалось, что надвигающаяся война - ее неизбежность стала очевидной уже для всех - была единственной темой, обсуждаемой в последние дни. Встречавшие Сапа Инку Аток и Титу Атаучи едва ли не первым делом доложились, что ‘громотрубная армия’ а также гарнизон Куско - общей численностью в 5 тысяч человек - готовы к бою и рвутся к новым подвигам. Остальная часть армии - еще 12 тысяч солдат, - сосредоточенная севернее Тиуанако у озера Титикака будет в Куско через двадцать дней. Вот на эти 17 тысяч и можно рассчитывать - дальше оголять границу слишком опасно. Правда, можно еще объявить мобилизацию, но не сейчас - приближается время сбора урожая.
– Но ведь можно выдать людям продукты со складов?
– ради интереса спросил я.
– Не стоит, - возразил Титу Атаучи, - Чтобы вновь наполнить их уйдет пять лет. А вдруг неурожай?
‘А вдруг испанцы?’, - мысленно добавил я, согласившись со сказанным. Тем более, на севере после окончания войны, скорее всего, будет полная разруха. А морить голодом своих же людей я не заинтересован.
А тем временем из уну Кито приходили все более и более интересные вещи. Смерть Атауальпы - общепризнанного вождя местных племен - возродила давно, казалось бы, затухшие местные разборки. Руминьяви хоть и объявил себя Сапа Инкой ‘Северной Тауантинсуйу’, на самом деле был в большей мере продолжателем традиций доинкского ‘царства’ Кито. И хотя в первый момент хатун курака Кито - вождь племени кара - думал было стать правителем сам, он понимал, что армия (во всяком случае, ее значительная часть) пойдет не за ним, а за Руминьяви - так что договориться удалось весьма быстро. Как потомок (пусть и по женской линии) местных вождей Руминьяви был объявлен царем Кито. Впрочем, это решение принесло больше вреда, чем пользы. Не желая восстановления государства племени кара, вожди ряда окрестных племен заключили союз. Союзу присягнула и часть Северной армии - выходцы из этих племен. Так на территории уну Кито возникли два враждебных друг другу лагеря. Практически забыв про угрозу с юга - неизбежный приход стремящейся покарать мятежников армии Великого Инки - и те, и другие спешно готовились к войне друг с другом. В общем, ситуация складывалась относительно удачная.
Едва добравшись до Куско, немедленно собрал военный совет, на котором был собран весь высший командный состав ‘громотрубной армии’ и гарнизона Куско.
– Но выступить с пятью тысячами против тридцати?
– поразился задуманному плану Титу Атаучи, - Это ж немыслимо! Нужно дождаться подхода главных сил!
– Время дорого. Я не хочу видеть руин Томебамбы и Тампис, - отмел я все возражения, - Тем более, следует учесть и еще несколько обстоятельств. Во-первых, уже не против тридцати тысяч. Как сообщает Уалтопа, часть Северной Армии осталась верна присяге и поступила под его командование. Во-вторых, оставшаяся армии сейчас разделилась на два враждующих лагеря. Наступать на юг, имея у себя в тылу многочисленную вражескую армию Руминьяви не может и должен сначала установить контроль над провинцией - само собой, при этом погибнет немало солдат. Ну и самое главное - у нас есть громовые трубы, в то время как ни у Руминьяви - да и вообще ни у кого из северян их нету. А на что они способны - вы видели на полигонах…