Шрифт:
Глава 1
— Ну что, катаемся или деградируем в баре? — голос Лукаса донёсся сзади. Он лениво махнул рукой в сторону зала, где уже гремела музыка, лились напитки и кипела та самая «элитная жизнь» из рекламных буклетов и чужих мечтаний.
Я стоял на краю трассы. Солнце тонуло за хребтом, воздух холодел, снег голубел как дорогая косметика. Картинка идеальна — если не смотреть глубже.
— Может, позже, — бросил, не оборачиваясь. — Вы идите.
— Только не теряйся, —
Двинулся вдоль трассы. База считалась элитной — переводилось это как «очень дорогая и максимально одинаковая». Когда-то я гордился этим местом. Теперь — просто знал его наизусть. Как и лица вокруг. Как и правила.
Когда-то мы приезжали сюда праздновать успехи. Теперь — просто появляться, чтобы оставаться «в пуле». Побеждать было не нужно, достаточно не упасть.
— Дэниэл, ты что, опять в одиночках? — Элла возникла как по команде. Голос — мягкий, как шелк от партнёрского бренда.
— Позже, Элла. Найди кого-то, кому ещё весело.
Фыркнула. Не обиделась. Не по сценарию.
Внутри бар гудел — от музыки, смеха, от обсуждений, где за каждую шутку прилагается счет с пятью нулями. Парни у стойки делили очередной «контракт», в котором больше воздуха, чем смысла, но зато блестит.
— Ну, как база? — спросил Ник. Всё такой же ухоженный, уверенный и нажористый. У него всё обращалось в выгоду: связи, женщины, паузы.
— Шик, блеск, выгорание, — пожал плечами.
Он усмехнулся. Его не трогают диагнозы, он в них инвестирует.
— Дэн, хватай стакан, — крикнул он. — У нас тут праздник жизни.
Подошёл. Бармен налил без слов — тут знали вкусы.
Виски резал, но не согревал. Всё это было привычным танцем привилегий, где шаг влево — измена бренду.
— Где твоя спутница? — спросил Лукас, иронично.
— Скоро будет, — и почти сразу — вот она.
Кайли вошла, как будто её катапультировали с обложки. Чёрное платье, яркие губы, шпильки выше чьей-то самооценки. Умела входить эффектно — и выходить без следа.
— Прости за опоздание, — мурлыкнула, прижимаясь. — Надо было соответствовать.
Передал ей бокал. Кайли была идеальной эмблемой этого мира: глянцевая, дорогая, временная. И, главное, — в курсе своей роли.
— Как тебе база? — спросила.
— Аттракцион для тех, кто забыл, зачем сюда приехал.
— О, брось, — её волосы коснулись кожи. — Пятница же. Расслабься.
Потянула танцевать. Я пошёл. Не потому что хотел — потому что отказ объяснять было дольше.
Танец — как и всё здесь — был на грани и шаблоне. Правильный ритм, правильные касания, правильное напряжение. Всё — почти настоящее.
В VIP-комнате всё было готово: диваны, закуски, шампанское,
— Завтра на пятую трассу? — Ник обнимал очередную сертифицированную близость.
— Ставлю, ты слетишь на середине, — лениво сказал Лукас.
— Тогда лёд был хуже, — фыркнул Ник. У него всегда есть объяснение. Даже проигрыш — часть стратегии.
Я сел. Кайли рядом, пальцы щекотали запястье. Всё как надо. Всё по протоколу.
Но в голове — статика. Фоновый шум. Как будто внутри кто-то щёлкал тумблером, проверяя, осталась ли ещё эмоция.
— С нами, Дэн? — Ник глянул поверх бокала.
— Конечно. Сделаю вас обоих.
— Я пас, — Кайли хмыкнула. — Мы завтра в спа.
Я кивнул. Её планы — её забота. Мои — снежная трасса, скорость, попытка заглушить фон.
И вдруг — стоп.
Щёлкнула дверь. Вошла девушка. В руках — документы, но это были просто аксессуары.
Взгляд.
— Мне нужно передать документы Нику от мистера Самерса! — выдохнула она, но слова затонули в шуме и музыке. Всё, что услышал я — это её голос.
И этого хватило.
Охранники сработали автоматически — перехватили за руки, сжали запястья. Чётко. Быстро. Я обучал их так.
Но она даже не дёрнулась.
Просто стояла. Глядя. Прямо на меня.
Мир затормозил. Всё вокруг — разговоры, свет, музыка, дыхание — превратилось в фон. Как в замедленном кадре, где фокус держит только одно: её лицо.
Тепло вспыхнуло под кожей. Нет — огонь. Узнавание пришло раньше мысли. Раньше логики. Инстинкт. Волк внутри рванулся с яростью, с жадностью. Я сжал кулаки, чтобы не сорваться — на неё, на охрану.
Моя.
Её запах вернулся, будто никогда не уходил. Он был особенным. Не сладкий, не приторный, как у других. Он был холодным, как утро после бури. Чувствовал его тогда, в той комнате, в той постели, где она лежала рядом и дышала во сне так ровно, что у меня сжималось в груди.
Одна неделя. Всего семь дней, когда она работала на мероприятии — вроде бы случайно. Официантка? Помощница организатора? Неважно. Сразу заметил её: движения — лёгкие, но не угодливые; взгляд — ясный, но не снисходительный.
Аромат её кожи мешался с запахом кофе и миндаля, когда мы столкнулись в холле. Пальцы её задели моё запястье — короткое прикосновение, но волк внутри уже шевельнулся.
Сначала — разговоры. Осторожные. Потом — искры. Долгие взгляды. И, наконец, та ночь. Одна ночь, в которой всё было — и страсть, и тепло, и глупое ощущение, что я нашёл что-то не по сценарию. Она смеялась, обнимала меня, как будто не боялась. А я… я почти поверил, что возможна жизнь вне этой машины власти и расчетов.
А утром — пусто.