Сын ярла
Шрифт:
– Хватит болтать! Смотрите.
Фриддлейв показал на тропинку, что вела от усадьбы к мосткам на берегу ручья, у самого водопада. Около мостков, справа и слева, темнели заросли ивы. Кажется, слева, в кустах, что-то шевельнулось. Нет, показалось. Хельги потряс головой и вместе с другими спрятался за деревьями: на тропинке показались вышедшие из лесу девчонки. Трое, как и говорил Ингви. Шли весело, переговариваясь и смеясь, в одних тонких туниках – ночь выдалась теплая. Одна темноволосая, длинная, другая рыжая, а третья… Третья – настоящая красавица. Лица, правда, не разглядеть, но Хельги чувствовал – красавица! А как серебрились в свете луны
Смеясь, девчонки по очереди потрогали ногами воду в ручье и дружно сбросили туники. Харальд Бочонок цинично прищелкнул языком, а примолкший Снорри забыл все свои вопросы.
Впрочем, нагие приезжие нимфы не очень-то долго позволили любоваться собой: поднимая тучи брызг и радостно визжа, с разбегу бросились в воду.
– С ума сошли! – ахнул Приблуда. – Холодина же!
– Пожалуй, пора запускать Снорри, – деловито предложил Ингви Рыжий Червь.
– Давай, давай, Снорри, раздевайся, – поддержал его Фриддлейв. – Да побыстрее, что ты там копаешься? Подплывешь к девчонкам, скажешь, что с соседнего хутора, мол, и друзья твои на том берегу купаются, ну, дальше сам сообразишь, не маленький. Да не дрожи ты, уж тебя-то они точно не испугаются.
– Они-то не испугаются, а я? – снимая рубаху, прошептал Снорри. – Штаны-то хоть оставьте.
– Как хочешь, – пожал плечами Фриддлейв. – Хочешь обратно мокрым идти, пожалуйста, лезь в штанах в ручей.
Пройдя по берегу до кустов, Снорри бесшумно погрузился в холодную воду и быстро поплыл к девчонкам. Ивовые заросли слева от мостков снова шевельнулись. Хельги покрутил головой. Интересно – ветра вроде бы нет. А, это, наверное, Трэль Навозник, бросив стадо, спустился с верхних лугов, подсматривает, мать его за ногу! Надо б его за такие дела вздуть как следует.
Снорри между тем уже подплывал к девчонкам, и те, судя по всему, его не очень-то испугались. Вылезли на берег, быстро оделись. О чем-то заговорили, засмеялись, засмеялся и Снорри, показал рукой на лес – мол, там дружбаны сидят, дожидаются, познакомиться хотят аж до страсти.
– А сколько их там? – с интересом поглядывая на Снорри, спросила одна из девчонок, длинная.
– Че… четверо… Не считая меня, – отозвался тот.
– Что-то больно уж много, – стрельнув глазами, хохотнула рыжая и предложила, неожиданно подойдя сзади: – А может, он врет все? Давайте выбросим-ка его обратно в ручей!
– Не надо в ручей, – всполошился Снорри. – Не надо! Не на…
Все-таки девчонки его окунули. Вынырнув, Снорри выбрался на берег, обиженно отфыркался, громко обозвал девок дурами и заявил, что сейчас вообще уйдет восвояси.
– Ну, это если мы тебя отпустим, – под общий хохот тут же сообщила рыжая. – Ну ладно, зови давай своих друганов. Пускай к ивам плывут, да только не очень торопятся, мы хоть причешемся. И смотри, чтоб не увидал никто. Давай, давай, плыви, не подсматривай!
– Больно надо, – отмахнулся Снорри, чем вызвал новый приступ веселья.
Одна из девчонок – та самая, с серебряными волосами, что так понравилась Хельги, – оставив подруг, отошла за ивы, к ручью.
– Куда ж ты, Эрна? – закричали вслед те.
Эрна лишь отмахнулась: на хуторах парни неторопливые, пока появятся эти деревенские ухажеры, лучше еще раз окунуться – водица, правда, холодна, да ночь теплая. Когда еще тетка Грачиха с усадьбы выпустит!
Харальд с Ингви и Фриддлейвом уже подходили к девчонкам, а Хельги, зайдя за ивы, не отрывал глаз от Эрны. Как
Хельги скинул тунику и нырнул. Ледяная вода обожгла тело. Вынырнув, юноша принялся яростно работать руками. С шеи его на тонкой цепочке свисал амулет – золотое изображение Мьельнира, волшебного молота Тора… Да, так и есть! Кто-то быстро плыл к беспечной купальщице. Интересно, с какими целями? Девчонка ведь не одна, с подругами, да и усадьба близко. Хоть и скрыта за лесом, да ведь стоит только крикнуть… Если, конечно, успеет. А что? Подплыть прямо под девчонку, дернуть за ногу, чуть-чуть притопить, потом вытащить на берег и пять минут делай с ней все, что хочешь, если и выживет – так все равно ничего помнить не будет. Покуда там подруги прочухают, тем более они, кажется, и впрямь увлеклись новым знакомством. Что ж, их понять можно: надоест каждый день веретена крутить, не норны же, в самом-то деле! А потом – и вовсе выкинуть в ручей, сама утонула, и поделом, кто ж в этакой воде купается?
Эх, жаль, меч остался на берегу! Впрочем, а зачем меч? Ведь можно же сделать с неведомым злодеем то, что он хочет сделать с девушкой. Нет, не изнасиловать его, конечно, а так же – чуть притопить… Вон он как раз погружается глубже. Рыжая шевелюра, мощное мускулистое тело, мокрая бородища – ха, так это же Бьярни, младший из братьев Альвсенов! Надо же… Тогда он точно не оставит девчонку в живых. После, когда найдут труп, запросто свалит все на нидингов, тех, кто якобы покушался и на его коров. О, боги! Да на них же, молодых, и свалит все свои гнусности Бьярни: коров чуть не угнали, почему б и не лишить чести девчонку? Поди потом попробуй докажи что другое на тинге!
Не раздумывая больше, Хельги поднырнул под уходившего в глубину Бьярни и с силой дернул его вниз, обхватив ноги… И как только шею его сдавили короткие пальцы Бьярни, сообразил: какой же он идиот. Не Бьярни идиот, он, Хельги, сын Сигурда ярла. Ну, ясно же было с самого начала: таился от людей младший Альвсен, еще б ему не таиться, коли такое задумал, а значит, можно было просто вынырнуть, заорать, напугав и его, и эту девчонку, Эрну. Бьярни тут же б и ретировался, не совсем же круглый дурак, хоть и прозвали его Бьярни Тупой Котел – это оттого, что башка его круглая уж больно на котел похожа…
Однако и силища же в руках этого рыжего тролля! Хельги почувствовал, что еще немного, и он навеки останется здесь, на дне ручья. Уперся в дно, поднимая песок, изловчился, выкрутил голову и изо всех сил укусил Бьярни за руку, еле видную в сбаламученной, почти черной воде. Тот дернулся, и Хельги молнией вылетел на поверхность, жадно хватая воздух, словно вытащенная из воды рыба.
Девчонка, Эрна, обернулась, увидела Хельги, закричала. Тот не стал ничего объяснять, лишь выбрался на берег, подтянул мокрые штаны и улыбнулся, увидев, как спешит к нему все компания.