Сын змеи
Шрифт:
– Астид, представляю тебе Эйдара из дома Фаннайрэ. Его сыновья – Эйнар и Иллорис. А дивное создание, от которого ты не можешь оторвать глаз, их сестра Элайна.
Астид оглядел гостей – высокие, золотоволосые, с холеными лицами аристократов. Он, черноволосый, в запыленной охотничьей куртке, смотрелся рядом с ними, как ворона среди породистых голубей.
– Светлейший князь, - изобразила удивление Элайна.
– Не отстрелил ли себе язык этот меткий охотник? Он так молчалив. Хотя глаза его весьма красноречивы. Не подпали мне платье
И она засмеялась. Братья поддержали её легкими смешками. Полукровка вспомнил похожих посетителей «Златолесского вепря» - насмешливых, надменных, и весь его трепет перед красавицей улетучился.
– Мне нужно переодеться, - совладав с собой, Астид развернулся, намереваясь уйти.
– Мы ждем тебя, - в голосе Гилэстэла он услышал предупреждение, и, оглянувшись, согласно кивнул.
За ужином Гилэстэл был весел и много шутил. Гости пили вино, хвалили хозяина – все как всегда на подобных пирушках. Астид чувствовал на себе взгляд Элайны – заинтересованный и оценивающий. Исходящее от неё желание смущало и беспокоило его. Исподтишка стрельнув на неё глазами, Астид поймал её многозначительную улыбку. Она провела по губам пальцами, словно бы смахивая с них капельку вина, и повела ими в сторону полукровки. Астид отвел взгляди поднялся из-за стола.
– Если позволите, Ваша светлость, - склонился он перед Гилэстэлом.
– Иди, - махнул рукой князь.
Астид закрылся в своей комнате и, не зажигая огня, притаился у двери. Он не ошибся в предположениях – через несколько минутпо ту сторону двери послышались легкие шаги и тихий дробный стук.
– Астид, - донесся до него шепот Элайны.
– Могу я поговорить с тобой? Ты там?
Астид бесшумно отошел к окну, распахнул створки, и, выпрыгнув наружу, ушел в ночной лес.
Гости покинули охотничий дом в полдень следующего дня. Астид, скрывшись в ветвях придорожного дуба, видел, как четверо всадников неспешным шагомудаляются по лесной тропе.Сыновья ехали впереди, Эйдар с дочерью следовали за ними.
– Князь Гилэстэл, надо признать, гостеприимный и щедрый хозяин, - расслышал Астид слова эльфа. – Этого у него не отнимешь. В общем и целом, мне нравится бывать в Вердэлэйне.
– Но этот его воспитанник, Астид – ну совершенно дикий! – со едва скрываемым сожалением пожала плечами Элайна.
– Чем тебе приглянулся этот змееныш? – обернулся к сестре Эйнар. – Тем, что не дался в руки? Хочешь, я куплю его тебе? Выдрессируешь по своему усмотрению.
– Приглянулся, но не настолько, чтобы тратиться на него, - рассмеялась та. – Я могу взять это даром.
– Не разочаровывай меня, Элайна, - нахмурился отец.
– Твое пренебрежение правилами приличия меня настораживает. Ты знаешь, я не одобряю связей с людьми и полукровками.
– А как же Гилэстэл?
– взглянула Элайна на отца с хитрым прищуром.
– Гилэстэл – исключение. Он племянник короля, и это многое искупает.
– Тогда, может быть, выдашь меня за него?
–
Элайна снова рассмеялась, и, тронув лошадь, обогнала отца.
Когда их голоса стихли вдали, Астид спрыгнул с дерева и направился к дому.
– Где ты пропадал? – укоризненно взглянул на него полуэльф, когда Астид уселся за стол рядом с ним, подтягивая к себе тарелки с остатками утренней трапезы.
– В лесу, - набив рот хлебом, ответил тот.
– Мне не понравились ваши гости, князь.
– Я думаю, в особенности гостья, не так ли? – насмешливо взглянул тот на воспитанника. – Она осталась разочарованной твоим отношением.
Астид неопределенно пожал плечами.
– Не стоит быть таким невежей. Залог хороших взаимоотношений с соседями – гостеприимство и приветливость.
– Если бы вы знали, что они о вас думают, вы бы их так не принимали.
– Я знаю, что они обо мне думают, - криво усмехнулся Гилэстэл.
– А зачем пресмыкаетесь? – изумился Астид. – В ваших силах просто испепелить их одним щелчком пальцев!
– Я? Пресмыкаюсь? – вскинул брови полуэльф. – Ну, знаешь ли…. Мне не пристало, как ты выразился, пресмыкаться. Я выказываю им лишь уважение.
– Вас послушать, так я в знак уважения должен был лечь под эту спесивую потаскушку? Вот и уважили бы её сами.
– Я, к моему облегчению, уже давно ей не интересен, - откинулся на спинку кресла Гилэстэл, притушив загоревшийся в глазах огонек. – А в тебе она узрела нечто привлекательное и неизведанное для себя.
Астид недоверчиво покосился на князя.
– Да, она смотрела на меня, как на одно из угощений на вашем пиру. Зубы так и клацали. Ну, уж нет. Я больше не желаю, чтобы мной владели.
– Тогда научись владеть сам. Смотри на это с другой стороны.
– Поздно учиться. Она уже уехала.
Гилэстэл расхохотался.
– Надо было объяснить тебе это вчера. Тогда Элайнабыла бы в лучшем настроении, уезжая, - смеясь, выговорил полуэльф. – Ну, ничего, у тебя еще будет возможность реабилитироваться перед ней.
– Что? – Астид проглотил кусок и нахмурился. – Они вернуться?
– Нет, мы навестим дом Фаннайрэ.
– Когда?
– Весной, по пути в столицу.
– /-
Недолгая малоснежная зима Маверранума сменилась буйной и стремительной весной. Парк, прилегающий к поместью Гилэстэла, зазеленел и зазвенел голосами птиц. Гилэстэл стал готовиться к отъезду, и привлек к этому важному делу Астида. Полукровка, глядя как его наставник упаковывает в библиотеке книги и свитки, только диву давался. Помогая ему, он паковал старинные фолианты и тубы с пергаментами в ящики, перекладывая их соломой.
– Нет-нет! – Гилэстэл забрал одну из книг у Астида, пролистал и вернул на место на стеллаж. – Я же сказал: брать книги только с этих полок. Эти не трожь.