Сыщик для феи
Шрифт:
Особой нужды торопиться, честно говоря, я не видел. В любом случае, даже если августейшая беглянка со своим наперсником все это время двигалась галопом, что при холмисто-овражистой местности вокруг столицы само по себе было нереально, наши кони могли покрыть дистанцию, пройденную ее высочеством, за час, от силы два. Хорошо бы уточнить направление, но в принципе и это не слишком важно. И без того понятно, что сладкая парочка движется к месту исчезновения Элизея. А поскольку кратчайший путь из пункта А в пункт Б пролегает через уже знакомую нам Малиновую линию, то, стало быть, и ловить их надо где-то
Хотя, если мои предположения верны, Повелительница драконов расстарается, на животе испляшется, лишь бы сделать Машину дорогу в свои объятия максимально безопасной. Ежели от кого и надо сумасбродную принцессу оберегать, то более всего от самой себя. Как бы она от излишней отваги и чрезмерного усердия дров-то не наломала. По всему пути соломку-то не подстелешь!
Обсудив эти и подобные вопросы, мы вновь оказались во дворце. Личные покои воспитательницы ее высочества были невелики, всего-то три комнаты плюс скромное помещение для прислуги, гардероб, пара чуланов да небольшая караулка с круглосуточным нарядом дворцовой стражи. Впервые за время пребывания здесь мы очутились в гостях у Делли и, осознав, что находимся в жилище самой настоящей феи, начали с интересом осматриваться, стараясь получше запомнить увиденное для грядущих, хотелось верить, рассказов в семейном кругу.
Честно говоря, ничего заслуживающего особого живописания не замечалось. Разве что в одном из чуланов, в который Вадюня тайком заглянул, на полках вперемежку громоздились банки с надписями «Варенье земляничное», «Молотый зуб дракона», «Клюква в сахаре», «Слюна летучей мыши», «Глазной сок змеи уфор», «Повидло яблочное».
– На, держи. – Решительно настроенная фея торопливым движением вручила могутному витязю перетянутый ремнями торок. – Здесь одежда. Теперь снаряжение. – Делли заметалась по комнате, доставая из сундуков и комодов незамысловатые на вид штуковины.
Чтобы не мешать взвинченной женщине, пусть даже и фее, в экстренных сборах, я забился в угол и, стараясь поменьше отражаться в висевшем рядом зеркале, исполненном в виде симпатичной плоской рыбы, замер, дожидаясь конца предотъездной суеты.
– Так! Гребень, – роясь в инкрустированном слоновой костью ларчике, сама себе командовала Делли. – Не этот, не этот… А, вот этот! – Она извлекла оттуда простенький деревянный гребешок вроде тех, которые во множестве продаются народными умельцами заезжим туристам под видом предметов старинных промыслов. – Не смотри, что прост! – перехватывая мой недоуменный взгляд, прокомментировала кудесница. – Глянь, как выйдет в рост! Штуковина это не простая. Коли ее позади себя кинуть, точно из-под земли станет лес частоколом, да такой, что хоть целый день по нему иди, а конца не сыщешь.
– Полезная вещь, – согласился я, кивая. – Для озеленения территории просто незаменимая. У тебя, случайно, еще нет? Дома с руками оторвут!
– Сейчас нет, – неожиданно сбиваясь с темпа, удивленно проговорила фея. – Вернемся, еще парочку сделаю, а нынче, сам понимаешь, недосуг. Ладно, что там у меня еще? А, вот! – Фея отворила один из сундуков и выдернула из него широкий пояс, усыпанный каменьями. – Тоже ценная штука.
– Ага,
– Правильно! – кивнула Делли. – Отойди. – Она подвинула витязя, и из очередного ларя на свет божий явилась длинная белая скатерть, шитая по краям затейливым разноцветным орнаментом.
– Это че, в натуре самобранка? – едва находя слова от восхищения, выдохнул Ратников.
– Нет, – аккуратно складывая длинный белый холст, помотала головой Делли. – Это дорога скатертью. Кинешь ее: через горы, через болота, через реку дорога проляжет. Хоть пеший, хоть конный, хоть на возу езжай, все выдержит.
– Воз не поместится, – критически оценивая ширину скатерти, вставил я.
– Пожалуй, – согласилась наша верная соратница. – Но выдержать она его выдержит. Опять же, ежели на двух колесах поз пустить, то очень может быть, что и поместится. Ладно, Виктор, не отвлекай меня по пустякам! Вдруг что важное забуду, где потом искать станем? Так, это взяла, это взяла и это взяла, – скороговоркой проговорила фея, и отобранные ею вещи сами собой перекочевали в объемистую суму. – Что еще? А, вот! Вадим, посмотри, там, у очага, должно быть простенькое такое зеркальце в оловянной оправе. Нашел? Давай его сюда! – скомандовала кудесница.
– Из него че, типа озеро получается? – заворожено глядя на магический предмет, спросил Злой Бодун.
– Получается, – подтвердила фея. – Так, где мой сарафан? – Фея скрылась во втором, еще не исследованном пытливым взором моего приятеля чулане, и спустя минуту вернулась, неся в руках ярко-зеленое, усеянное крупными красными цветами одеяние.
– Оба-на! А это че? – в недоумении глядя на цветастую шмотку, заморгал витязь, мучительно пытаясь воскресить в памяти сказочные эпизоды, связанные с волшебным сарафаном.
– Знатная вещь, – похвалилась сотрудница Волшебной Службы Охраны. – Если его под ноги преследователям кинуть, расстелется меж вами поле зеленое, усыпанное маками. И кто на то поле ступит, от дурманного аромата на пять дней беспробудным сном заснет.
Мне очень живо представилась картина: улепетывающая от неведомого врага Делли в последний миг, когда грязные руки коварных злодеев уже тянутся к ней, рывком сдергивает сарафан, и мерзкие негодяи, не в силах отвести взгляда от того, что скрывалось под сарафаном, ошарашено ступают на внезапно возникшую маковую плантацию, чтобы безнадежно заснуть, упиваясь снами явно не пуританского содержания. Пожалуй, я бы не отказался отступать в этот момент вместе с феей.
– А это чего, тоже волшебное? – В мощных пальцах Вадюни мелькнуло что-то, похожее на крупный грецкий орех.
– Положи, где взял! – поспешно возмутилась фея. – Не для тебя кладено!
Но было уже поздно. Из открытого орешка выпорхнуло нечто белое, воздушное, кружевное, призванное облегать стройную женскую фигурку.
– А, это того, я чисто понял! – немедля выдал на-гора восхищенный увиденным Злой Бодун. – Если это бросить, вырастут заснеженные горы и бездонные пропасти!
– Если это бросить, можно схлопотать по шее! – пунцовея на глазах, отрезала Делли. – Это, между прочим, дамское белье. И куплено оно, к слову сказать, в вашем Кроменце в очень занятном магазине.