Сыщики на острове
Шрифт:
Попугай опустился на крышу неподалёку от освещённого окна, и Никель решила постучать по стеклу своей крошечной лапкой. Тогда толстяк из соседней квартиры точно ничего не услышит! Она осторожно заглянула в окно, но увидела только задёрнутые занавески с весёлыми, пёстрыми зверятами.
– Вообще-то, это очень похоже на комнату ребёнка, – прошептала морская свинка.
– Почему? – спросил Хорн, вспомнив прошлую
– Из-за занавесок, – пояснила Никель.
– У господина Локона тоже висят на окнах занавески, – не понял попугай.
– Но ведь они не с забавными зверятами! Такие занавески обычно вешают в детской. У девочки, которой меня когда-то подарили на Рождество, тоже висели на окнах пёстрые занавески со зверятами. Только вот оказалось, что девочка не очень любила животных. Если бы обо мне не заботился её папа, я бы не говорила сейчас с тобой.
– Мы что, будем сейчас вспоминать о прошлом, или у нас есть чёткая задача? – раздражённо спросил попугай. Он злился, потому что сам не сообразил этого. Никель подняла переднюю лапку и осторожно постучала в стекло.
– Даже я ничего не слышу, – прошипел Хорн.
– Это нормально, у тебя ведь нет ушей! – огрызнулась морская свинка.
– Птицы прекрасно слышат и без ваших ушных раковин на голове, которые похожи на тряпки, – с обидой возразил попугай. – Но человек даже со своими ушами всё равно не услышит, как ты гладишь лапкой окно. Твоего стука не услышит даже слон с огромными ушами!
Никель боязливо посмотрела на второе окно, за которым было темно и тихо. Она снова подняла лапку и осторожно царапнула коготками стекло. Через мгновение в окне появилась тень и отодвинула занавеску. Да, на этот раз они не ошиблись и постучали в нужное окно, ведь перед ними появился Пауль в пижаме в бело-голубую полоску. При виде морской свинки и попугая мальчик улыбнулся и открыл окно.
– Привет, – прошептал он. – Я уже понял, что вчера господин Гробиан так кричал из-за вас, поэтому решил сегодня не спать.
– Кто вчера кричал? – переспросил Хорн.
– Господин Гробиан, – ответила Никель. – Так зовут соседа Пауля.
– Ага, ты права, – подтвердил мальчик. – А теперь заходите скорее в комнату, пока он снова не проснулся.
Было
– Не очень свежая, – заключил Хорн. – По-моему, трёхдневная. Я догадываюсь, что в этом ящике спал похищенный зверёк.
– Да, – грустно подтвердил Пауль. – Там жила пукалка.
– Неужели у этой зверушки нет имени? – спросила Никель, когда Пауль опустил её на пол, и подбежала к ящику.
– Мой двоюродный дедушка называет её «Флатуленция». А я называю её Пукки. Она такая маленькая и хрупкая! – ответил мальчик.
– Неплохое имя, – одобрил Хорн. – Но почему этого зверька вообще так называют?
– На самом деле это заднеафриканская пукалка, – добавил Пауль.
– Значит, этот зверёк привезён из Африки, – заключила Никель, протирая очки, чтобы получше рассмотреть ящик. У морской свинки была дальнозоркость, и очки были ей нужны прежде всего для того, чтобы разглядеть вещи, находящиеся вблизи.
– Но почему же она пукалка? – спросил попугай.
– Почему скунса называют ещё и вонючкой? – вздохнула морская свинка.
– Не надо умничать, – сказал Хорн. – Конечно же, его так называют, потому что он плохо пахнет. Но ведь ни один зверь не может всё время портить воздух! А кроме того, ты ведь тоже не маленькая свинья, живущая в море, хоть ты и морская свинка. Да и я обычная птица и никого не пугаю, хоть и зовут меня попугай.
– Не спорьте, – попросил Пауль. – Я так рад, что вы пришли! А этот зверёк, Пукки, и правда много пукает, причём очень громко.
– Может, у тебя найдётся её фото? – спросила Никель.
– Нет, к сожалению. Этот зверёк такой редкий, что его фоток нет даже в Интернете. Мой двоюродный дедушка приедет на следующей неделе вместе с фотографом. И что я скажу ему? Я страшно волнуюсь, что мы не сможем отыскать крошку! К тому же Пукки ест только особенные бобы!
Конец ознакомительного фрагмента.