Сыскное агентство
Шрифт:
Глава III
«ОКО»
Войдя в ресторан, Кар остановился пораженный. Элизабет смеялась, довольная произведенным эффектом. Она наверняка заранее выбрала это место и предвкушала реакцию Кара. Зал находился в подвале и был декорирован под джунгли. Густые заросли тропических растений сплошь закрывали его стены, с потолка спускались лианы, в небольшом водоеме покоились величественные виктории-регии. В ветвях чирикали, пели, щелкали, хлопали крыльями экзотические птицы, некоторые даже перелетали с
Не было здесь никакой жары, духоты невыносимой, свежо и прохладно, веяло едва уловимым ароматом влаж пых тропиков. Бамбуковые столики были расставлены так, что посетители чувствовали себя уединенно. Царила полутьма. Лишь растительность слабо и искусно подсвечивалась.
Обстановку дикой природы нарушали разве что стоявшие на каждом столике телефоны.
Официантки-негритянки, единственной одеждой которых были крохотные юбочки из перьев и пальмовых листьев, словно призраки скользили в полутьме.
Кар и Элизабет сели за столик, заказали обед, и только тогда Кар пришел в себя,
– Ну и ну! – воскликнул он. – Как они все это высадили! И дышать можно.
Элизабет рассмеялась.
– Совсем потерял голову, ничего не соображаешь. Вот и Лор так же: «Ах, ах! Настоящие джунгли!» Это же все искусственное! И лианы, и кусты, и виктория-регия, и птицы, и попугаи. Только тигр настоящий, да и то его с утра до вечера духами поливают.
Кар был поражен – искусственные джунгли! Надо же. Чего только не придумают!
– И птицы?
– И птицы. Они механические, заведены на разные программы. Двигаются, поют. Здорово, да?
– Не говори. – Кар никак не мог успокоиться. – Могу себе представить, во сколько это обошлось!
– Не пытайся, не представишь, – усмехнулась Элизабет. – Ты думаешь, как я нашла этот ресторан? Когда мы встретились с Лором, он мне рассказал о своей задумке – это ведь ты ему подсказал, чтоб ресторан назвать «Джунглями». Тогда я вспомнила, что года три назад у нас с шумом-гамом открыли этот ресторан – «Африка». Мы зашли, посмотрели, поговорили с хозяином. Он нам все рассказал. «Настоящие джунгли ведь не сделаешь, – говорит, – не приживутся, да и кто захочет сидеть в жаре и духоте!» И он с разными инженерами, дизайнерами, специалистами все это соорудил искусственно. Очень гордится и очень доволен, гребет деньги лопатой…
– Ну и что же? – поинтересовался Кар.
– Да ты знаешь, сколько это стоило? Тут одна лиана – пять тысяч, одна птичка – десять! Сплошная электроника…
– И тигр, наверное, жрет будь здоров… – ни к селу ни к городу заметил Кар.
– Так что надо иметь миллионы, чтоб такой ресторан открыть, – продолжала Элизабет. – Но теперь он гребет, этот хозяин! Небось уже вернул все. Ты поймешь, когда счет принесут. – Она усмехнулась: – Да вот он и сам идет, орангутан. Его неплохо здесь на ветки посадить – вписался бы.
К ним крадущейся
– Рамирес, – представился хозяин ресторана. – У вас все в порядке? Есть пожелания? Давно не были у нас, госпожа… – Он вовремя удержался, чтоб не назвать Элизабет по фамилии – мало ли с кем она пришла, зачем подчеркивать ее семейное положение?
– Все прекрасно, Рамирес. – Элизабет широко улыбнулась. – А это господин Кар, друг моего мужа.
– Рад видеть вас в нашем скромном заведении, – вежливо поклонился Рамирес. – Вы всегда желанные гости.
Он проследовал дальше, останавливаясь у каждого столика, приветствуя посетителей одной-двумя любезными фразами. Кар провожал его задумчивым взглядом. Хотя Рамирес был низкоросл, уродлив, стар, но было в его обезьяньем облике, в умных холодных глазах, в бархатном голосе что-то такое, за чем угадывалась такая сила, беспощадность, жестокость, что Кар подумал: «Да, этот бедняга тигр, что хрюкает там в углу, ему в подметки не годится. Съест и не поморщится». И еще он подумал о том, что нелегко будет пробиваться в этом городе, в этой стране, на этой его родине. Там, на войне, убивали, но не всегда из-за угла, а здесь…
Полной мерой предпринимательские таланты Рамиреса Кар оценил, когда принесли счет; он, конечно, ждал, что цены здесь не как в столовках «Макдональд», но чтобы такие!…
Кряхтя, полез за бумажником. Элизабет тихо рассмеялась и остановила руку.
– Считай, что сегодня я тебя пригласила!
Кар стал настаивать на своем мужском праве уплатить, но Элизабет с улыбкой сказала:
– У меня здесь кое-какая скидка, Ал, не упрямься, – и, поставив на принесенном счете какую-то закорючку, вернула его официантке.
В машине она приоткрыла ему тайну:
– Лор как-то оказал Рамиресу маленькую услугу, с тех пор мы пользуемся в «Африке» особым расположением. В городе многие рестораторы так поступают.
– За маленькие услуги? – не без иронии спросил Кар.
– Не только, – серьезно ответила Элизабет. – Например, известные актеры, журналисты, всякие знаменитости почти нигде не платят. То, что они едят в этом ресторане, – уже реклама, уже прибавляет заведению престиж. Так что впору еще им доплачивать…
«Да, – подумал Кар, – век живи, век учись».
Они ехали по зеленым улицам города, мимо бесчисленных лавок, магазинов, кафе, баров, отелей… Мимо облезлых домов окраин и скрытых за высокими оградами вилл. Ехали просто так – «переварить» обед, как выразилась Элизабет.
Наконец подъехали к дому, в котором Кар с сегодняшнего утра стал владельцем квартиры. Поднялись, зашли, Элизабет вновь придирчиво все осмотрела – как с постельным бельем, столовой и кухонной посудой, всякими мелочами, без которых невозможно жить.