Сюжет

Синицын Олег Геннадьевич

Юля покинула сопровождающую, от изумления разинувшую рот, и начала протискиваться сквозь толпу к лестнице. Оказавшись в первом ряду, она остановилась.

Никто из сестер не решался встать на белые мраморные ступени, только Юля вышла вперед и коснулась их каблуком изящной туфли. По рядам монахинь пронесся изумленный вздох.

– Бесовские козни!
– раздался нетерпимый голос из задних рядов. Юля не обернулась и начала подниматься вверх по лестнице, шаг за шагом приближаясь к узорчатым

арочным воротам.

Ворота распахнулись от легкого прикосновения. Перед Юлей открылись огромные залы, внутреннее убранство которых немного напоминало мрачный готический стиль, но на самом деле являлось более древней, незнакомой человечеству архитектурой.

– Юля?
– раздался знакомый голос.
– Юля! Как ты оказалась здесь?

Она увидела отделившуюся от стены тень и узнала в ней Ковалевского.

– Приехала на джипе.
– Ее голос легким эхом прокатился по пустым залам.

– Тебе повезло. Я свалился с воздушного шара.

Она шла ему навстречу, слегка улыбаясь.

– Где мы находимся?
– спросила Юля, когда Ковалевский оказался возле нее.

– Это переход от реального мира к миру черных звезд, - раздался справа голос Прохорова.

– И ты здесь!
– радостно воскликнул Сергей.

Юрик был серьезен и радости друзей не разделял.

– Осталось самое важное - найти место, которое послужит проходом к затерянному миру Павлика. Я обошел весь храм, но не отыскал ни одной двери.

Сергей и Юля растерянно молчали.

– На кладбище переход был отмечен могилой со знаком трехлучевой звезды, - сказал Ковалевский.
– Возможно, на одном из этих витражей присутствует такой знак?

– Вчера был другой сюжет, - произнес Прохоров.
– Сегодня новый сюжет и новый мостик.

– Скорее всего ты прав, - согласился Сергей.
– Вчера у нас была пластина с крестами. Она являлась ключом к мостику. Сегодня новый сюжет. Он вовлек и тебя, и меня, и Юлю. Один из нас сегодня должен был найти ключ.

Он посмотрел на Юлю, держащую в руках увесистый сверток.

– Да!
– словно опомнившись, сказала она.
– Это распятие. Мне дал его... в общем один человек, который принадлежит сюжету.

Сергей принял распятие. Прохоров склонился над ним.

– Его нужно во что-то вставить, - предположил Ковалевский.

– А зачем на концах креста отверстия?
– спросил Юрик, подняв взгляд на девушку.

– Он достался мне без объяснений.

Ковалевский вертелся по сторонам, выискивая отверстие или щель, в которое можно вставить распятие. Юрик задумчиво чесал лоб.

– Юрик, нужно искать - куда вставить крест!
– нетерпеливо произнес Ковалевский.

– Погоди...

– Юра,

нужно обойти все залы.

– Ты видел их?!
– неожиданно закричал Юрик.

Ковалевский притих, испугавшись гнева друга.

– А я пробежался по ним, - продолжил Прохоров.
– Ты будешь ходить годы, чтобы отыскать щель в этом обилии барельефов и ажурных колонн! Все должно быть проще...

Не опуская распятие, Юрик стал вышагивать по залу. Ковалевский с виноватым видом поглядел на Юлю. Та пожала плечами.

– Все должно быть проще, - повторял Юрик, словно заклинание.

Он замер.

– Этот храм... Залы храма выполнены в форме креста!

Он повернулся. Юля и Ковалевский со страхом озирались на уносящиеся ввысь стены, теряющиеся во мраке своды и длинные витражные окна.

– Зал, в котором мы стоим - есть основание распятия, - произнес Юрик.
– Он самый длинный, и здесь находятся ворота храма. Вроде как у ног.

– Значит там, - продолжил Ковалевский, указывая вперед, - вершина распятия?

– Но какой зал предназначен для нас?
– спросила Юля.

– Действительно, куда же идти?
– напряженно спросил Ковалевский.

Юрик посмотрел на распятие.

– Эти отверстия на концах креста... Они не напрасны. В них должно что-то вставляться. Некий ключ. Правильный ключ точно сядет в нужное гнездо и укажет один из четырех залов, который нас ждет.

Стены храма для Ковалевского вдруг вспыхнули. Эта вспышка представилась только ему. Ковалевский смотрел на Юрика, не видя друга. Правая рука нырнула в карман. Сергей лихорадочно что-то искал в нем.

– У тебя есть ключ?
– удивился Юрик.
– Ты нашел его?

Вместо ответа Ковалевский поднял ладонь и раскрыл её. На ней лежал зуб.

– Я выбил его у маньяка - произнес Сергей.
– Сам не знаю зачем сохранил.

На миг легкая тень догадки затуманила взгляд Прохорова. Предшествующие события предстали воочию. Ему вспомнился шепелявящий маньяк "Иисус" в окровавленной рубашке. Странные, непонятные на первый взгляд события теперь связывались в единую цепь...

В единую цепь сюжета.

Глаза Юрика прояснились. Он взял зуб с ладони Ковалевского.

В отверстие у основания креста зуб не подошел. Пазы в правой перекладине оказалось велики для него, в левой - малы...

Тяжело дыша, Юрик опустил зуб в голову распятия. Он вошел легко, мгновенно слившись с платиной креста, словно все время находился на этом месте.

Не сговариваясь, друзья бросились в головной зал. Здесь не было алтаря, отсутствовали кафедры. Зал был огромен и пуст. Лишь витражные окна безучастно взирали на трех молодых людей.