Таблицы Рошарха
Шрифт:
– А почему же они не забрали у него оружие? – мрачно спросил Друян. – Для блатного пистолет – дороже денег.
– Торопились, наверное, – равнодушно пожал плечами прокурор. – Или помешал кто-нибудь. Может, тот, кто звонил вам. Это уж пусть товарищи из другого района выясняют. А у нас с вами забот хватает. Буду я еще голову над этим ломать. Есть на пистолете отпечатки пальцев Тарана?
– Есть, – неохотно подтвердил Друян.
– Из этого пистолета убит директор и его посетитель? – продолжал наседать прокурор.
– Из этого. Только вот…
– Только – что? –
– Существуют еще данные трассологической экспертизы… А согласно им, Тарану следовало бы быть чуть ли не на полметра выше его роста.
– Че-пу-ха! – отмахнулся прокурор от этого факта. – Где гарантия, что их выводы безошибочны? Тут достаточно ошибки при замере входного пулевого отверстия на миллиметр, и все расчеты можно послать к чертям! Мы – после убийства Тарана – можем в этом деле поставить точку. Так что передайте все документы по этому делу стажеру… как его?
– Игнатенко, – подсказал Сергей Викторович.
– Передай ему дело, – перешел на дружеский тон прокурор, – он все доведет до ума. Я ему подскажу, что надо сделать. Для него это будет хорошая практика. А сам иди спокойно в отпуск, – добро душно улыбнулся прокурор, – а то Зоя Александровна, наверное, уже проклинает меня за то, что не даю ее мужу отдохнуть.
– Понятно. А вы, Андрей Иванович, в шахматы не играете? Не любитель? – задал вдруг Друян неожиданный вопрос.
– А что? – прищурился прокурор.
– Просто спросил.
– Да нет… Просто ты не спрашиваешь. Я с тобой не первый годработаю. И тебе тоже привычки своего начальства пора знать. Но раз спросил, отвечу: с умным партнером всегда рад партию сыграть. С ним не проиграешь: в крайнем случае он постарается свести партию вничью. Чтобы никому не было обидно. А вообще… Я вижу, вы с Кириковым лезете напролом. Благоразумные люди так не поступают! – неожиданно взорвался прокурор. – Сами в беду лезете, и меня тащите! И раз уж речь пошла о шахматах, придется вам один этюд показать.
Прокурор поднял трубку телефона и стал набирать номер. По его обращению Друян понял, что он разговаривает с капитаном Кириковым.
– Да, подъезжайте ко мне, я вам с вашим другом хочу кое-что показать. Новости есть? Ну вот и расскажешь потом, – предложил прокурор. – А может, после этого и не захочешь рассказывать. У вас с Друяном, что ни день, то новости, – положил трубку Андрей Иванович.
Посидел молча, бездумно глядя на лежавшие перед ним бумаги, потер ладонью большой красивый лоб, и, устало махнув рукой, сказал:
– Иди, Сергей Викторович, встречай своего приятеля, а я скоро освобожусь, и проедем в одно место.
Капитан Кириков приехал неожиданно быстро. Вид у него был возбужденно-радостный, движения порывистые. Левое ухо рассечено и сильно опухло, на лбу – ссадина.
– Что это у тебя вид такой, – удивился Друян, – будто ты водки стакана два врезал?
– Еще не врезал, но в конце дня обязательно причащусь! – пообещал капитан. – Придется опять к тебе в гости идти: у меня в общежитии такой праздник грех отмечать. – И, уже не в силах больше сдерживать
– Врешь! – привстал со стула Друян.
– Взял… Еще бы немного – и снял засаду. А он сегодня к утру пришел, голубчик. В логово потянуло… Отстреливаться хотел, гад! Но не успел… Нервничал, наверное, а может, просто испугался. Не ожидал нас там увидеть. Мы его возле гаража взяли… Я так рассудил: всю территорию больницы оцепить – у меня людей не хватит. А он может в любом месте ограду перелезть. Кругом лес, откуда удобнее, оттуда и подходи. Сразу в больницу, думаю, не пойдет: осмотрится сначала. Да и закрыто все ночью, стучать не будет. А гараж ему – как родной угол, он ведь все время с машиной был занят. Ну, на всякий случай, сержанта с его Алтаем взял.
– А кто это? – не понял Друян.
– Да пес его, который монтировку нашел.
– А-а-а…
– Ну ты знаешь, он здорово помог, а так бы Жогин кого-нибудь из нас продырявить успел бы… Ухо вот рассадил, подлец, – пожаловался капитан. – Ну хрен с ним – заживет.
– Допрашивал ты его?
– А как же? – даже удивился такому вопросу Денис Николаевич. – Сразу, по-горячему… Молчал долго. Потом попросил: дай, говорит, отдохнуть. Дудки. Думаю, – «отдохнуть». А я отдыхал все это время? Переодел его в форму старшего лейтенанта, посадил рядом с ним еще трех в форме и погоны им такие же… А потом пригласил понятых и приказал привести Галея.
– А где ты его прячешь? – усмехнулся Друян.
– Да там у нас каморка отдельная есть… Отсыпается… Да-а… Галей как вошел, на остальных даже не взглянул, а сразу на Жогина указал: «Вот этот, говорит, Саньку с санитарами забирал». А тот ему в ответ: «Жалко, говорит, что и тебя вместе с ним не прихватил. Сейчас бы ты уже не вякал». Ну, а после этого он обмяк как-то и говорит: «Я – пешка. Делал, что приказывали, но чужих «мокрух» брать на себя не буду! Тут я чист. Патов постарается все свалить на других. Ему, конечно, веры больше… И голыми руками, капитан, ты его не возьмешь. А я рядом с ним к стенке становиться не хочу. Его в последний момент в сторону отведут, а меня шлепнут. У него где-то в больнице тайники есть с каракулем и валютой. Найдешь – припрешь его, как горбатого к стенке, а нет – вывернется. Связи у него те еще!»
– А санитаров ты тоже задержал? – спросил Друян.
– Нет… Хочу их взять вместе с Патовым. Они же еще не знают, что я Жогина задержал, так что накрою их внезапно. Оставил там в лесу на всякий случай пару человек.
– А Патов приехал?
– В больнице и дома не появлялся. А должен уже приехать: завтра у него отпуск кончается. Я и ребят уже своих сюда прихватил, – сообщил Денис. – Сидят в машине ждут. Прямо отсюда поеду в больницу и возле его дома людей оставлю. Пусть попробует теперь твой шеф отказать мне в ордере! – зло сказал Кириков, имея в виду прокурора. – Помнишь, сотрудница из конторы артели говорила, что Шуртов звонил какому-то Виктору? Это он Патову звонил. Вот, и того друга надо брать разом. Куда ты звонишь? – спросил он Друяна, увидев, что тот снял трубку телефона.